facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 187 октябрь 2021 г.
» » Леонид Шваб. ВОЗДУШНЫЙ ФЛОТ КАРТОФЕЛЬНЫ ПОЛЯ

Леонид Шваб. ВОЗДУШНЫЙ ФЛОТ КАРТОФЕЛЬНЫ ПОЛЯ



 

* * *

Давным-давно, в незапамятные времена,
Когда звенела соловьем радиостанция,
Я торговал ликером, как понтифик,
И провинившись, следовало отвечать «аминь».

Я ожидал возмездия за бедность,
Я мог бы прозревать картины будущего.
Строительные конструкции представлялись мне авиационными,
Тайны воздухоплавания не существовало.

Холмы соскальзывали в океан,
Показания очевидцев запечатлевались на магнитную ленту.
На крыше мукомольного комбината стоял часовой,
Лунный камень поверх головного убора.

Я чувствовал себя родным в промышленном коридоре,
Когда я мечтал, я истинно отбывал наказание.
Береговые службы, в сущности, бездействовали,
Характер катастроф кричал измену.


 

* * *

Расчеты показали что лучше вернуться домой
Ничего здесь не будет ни руды ни породы
Озеро скалы и мох
До ближайшей деревни четыре дня пешего ходу 

На возвышениях с южной стороны озера
Мы обнаружили остов гигантской деревянной пирамиды
Древесина истлела в труху
Ветхая конструкция грозила немедленным обрушением

Совершенно пустынные дикие места вокруг
Илья и Марта вдруг поцеловались
Григорий уронил карабин и встал на колени
Я ничего особенного не почувствовал было нестерпимо душно

После мы ни разу не вспомнили о находке
Как будто сговорились вычеркнуть тот день из памяти
Илья и Марта поженились, уехали в Чикаго
Григорий погиб, я потерял всякий интерес к изысканиям 

 


* * *

Прошло пятнадцать лет
На берегу Красного моря
Голый царевич мастерит веревочный домик для осьминога
Осьминог умирает выкрикивая просьбы и письма
Продовольствие доставляют на мулах
Золотые сосуды в садах прорастают горлышком вверх  
Достойный правды жалости не достоин


 

* * *

Под первой луной притаился карманный вор
С миндалевидными глазами.
Под второю луной ничего не видать,
Автомобиль тяжелеет, наподобие мирового океана.
Автомобиль размягчается, тяжелеет, наподобие ртути.

Дескать, жизнь оборачивается ремеслом,
Прямую речь расшифровать нельзя.
И хочется картофельного супа,
Удвоить посты, нарушить государственную границу.

Кому доверить теплостанции,
Учетчики распоясались.
Электричество дозволяется навсегда.
Недостающие взгляду предметы воссоздаются по памяти –
И берег морской, и радиоприемник золотой.


 

* * *                           

Гости съезжались на дачу
Под грохот скрипящего снега.
Дача стояла на склоне
Холма, внизу было озеро.

Хозяина не было дома,
Но предметы располагались таким образом,
Будто он на минуту вышел
И скоро вернется.

По комнатам расходились
Руки держа за спиной.
На коврах висело оружие,
Помутневшее от времени.

Стояла тишина, но княгиня
Сказала, молитвенно сложив ладони:
«Пожалуйста, уедем отсюда.
Здесь страшно. Я вас прошу».

Гости очнулись,
Поднялся невообразимый шум,
И через короткое время
Никого не осталось.

 


* * *

Кришна не плачет.
Медведи в саду преследуют дочь англичанина.
Назревает гроза, девочка схоронилась за камнем.
За оградой произрастают петунии.
Чем меньше планета, тем молния долговечней.

На рассвете стучится домой со товарищи англичанин,
Девочка спит на траве, дождь перестал.
Вместо медведей мы видим сборщиков хлопка.


 

* * *                                

Часы звонят, сердяся и пугая,
Мужчина болен, кожа и скелет,
И женщина, как дерево, нагая,
Переломившись, подает обед.

Суп фиолетов, сельдь поет на блюде,
Мужчина вилкой трогает укроп,
И женщина, прикрыв рукою груди,
Глядит в окно, как в мощный телескоп.

Летает сор, вселенная безлюдна,
Ветра гудят и ходят колесом.
Мужчина дышит осторожно, трудно,
И не сопротивляясь, видит сон.

Он спит помногу, сон приходит часто –
Как будто в доме танцы и кутеж,
И он выводит женщину на чарльстон,
И со спины в нее вонзает нож.

 


* * *  

И сестры, осмелев, выходят к полднику,
И пьют ситро, и утирают пот,
И гость снимает со стены гармонику,
И неаполитанскую поет.

И как прибой накатывает ужин,
Окно задето фосфорным огнем,
И сестры полагают гостя мужем,
И переодеваются при нем.

 


* * *

Так злобно и сладко поют молдаване
В садах Леонида по прозвищу Николай
Гуси стремятся к реке
Закаты на том берегу разжижают цвета и погоду

Никогда водоемы не в силах устроить туман
Николай забирается на самую крышу и пишет письмо
Здравствуйте дорогие мои
Государь кажется нездоров но все хорошо

До свидания ваш Леонид
Потому что прямая речь это позор
Как видим погасли огни и техперсонал ворожит
Фиолетовыми и красными глазами чертя мотыльков

В небе висит вниз головой пилот-космонавт
В поселке горит продуктовый ларек
Я молод и весел прошу объяснений передает в эфир Николай
Я сказочно нелюдим переживает в эфире пилот







_________________________________________

Об авторе: ЛЕОНИД ШВАБ  

Родился в Бобруйске. Окончил Московский станкоинструментальный институт.
С 1990 года живет в Иерусалиме.
Публиковался в журналах "Зеркало", "Солнечное сплетение", "Двоеточие".
Книги стихов: "Поверить в ботанику" ("НЛО", 2005), «Все сразу» (совместно с А. Ровинским и Ф. Сваровским) («Новое издательство», 2008).
Шорт-лист Премии Андрея Белого (2004)..скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
4 035
Опубликовано 12 авг 2015

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ