facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 185 август 2021 г.
» » Наталья Якушина. #Я/МЫ ПРОТИВ МУТИНА

Наталья Якушина. #Я/МЫ ПРОТИВ МУТИНА

РЕДАКТОРСКИЙ СПЕЦВЫПУСК


(монопьеса)



Действующие лица:

НАТАША – женщина за сорок, одевается не по возрасту, похожа на девочку или на куклу, носит майки с лозунгами: «Народ против пенсионной реформы», «Борись!», «Спасите Байкал!», «Нет платных парковкам», «Мутин, уходи!».
ДАША – воображаемая подруга Наташи, молодая симпатичная девушка, тоже похожа на куклу. У Даши роль без слов.
СОСЕД Наташи – молодой мужчина, появляется в конце, роль почти без слов.


На задней стене висит большой экран. Посередине сцены стоит диван. На диване лежит две подушки. Перед диваном – два стула. С правой стороны дивана натянута верёвка, на ней сушится бельё. Слева стоит тумбочка, на ней стоит магнитофон. За диваном стоит холодильник, на нём магнитиками прикреплены детские рисунки.

Входят Наташа и Даша. Даша садится на стул и сидит, улыбается всем зрителям, кокетничает. Наташа прохаживается туда-сюда мимо Даши, садит на другой стул.

НАТАША. Даша, ты ещё смотришь «Дом-2»?

Даша кивает.

НАТАША. И я смотрю. Они придумали новый звездец. Называется «Дом-2. Судный день». Статью там всем шьют только одну: за провокацию.
Бородина – судья. Остальные присяжные. Все такие серьёзные, взялись за ответственное дело – судить участников телешоу...
Вот сейчас женщина, чья-то мама, говорит: «Вы хотите все Харитонову посадить? За что?!»
А прокурор говорит, что она оболгала кого-то, поклявшись «Домом-2».
Короче, Харитонову посадили на сутки.
Интересно, когда они всех засадят, то передачу переименуют? Как думаешь, Даша? «Зона – 3», «Изолятор», «Тюряга»?
А другая девушка сидит уже в камере и говорит кому-то за дверью: «Напиши Лене, что я в тюрьме».
Я уже давно так не смеялась. Но я думаю, это будущее всей судебной системы Мутинской России. Точно тебе говорю, Даша. Виноват не тот, кто бьёт, а тот, кто провоцирует. Выясняют, кто виновен, путём голосования. Голосование, естественно, как всегда, у нас. Демократическое и честное.
А вчера видела, Даша? В Москве опять перекрыли ковриками улицы...

Даша мотает головой, говоря «нет».

НАТАША. Как хорошо, что в моём селе нет мусульман. Тихо, спокойно... 
Я вот не понимаю. Мы вроде все в одной среде росли, атеистической. Почему так вышло, что христианами не все стали, а мусульманами – все?

Даша пожимает плечами.

НАТАША. Просто удивительно, как плохие новости становятся хорошими. Вот, например, провели исследования и оказалось, что люди перестали откладывать деньги, а стали всё тратить. Правительство говорит, что это хорошо, мол, люди стали тратить деньги, потому что у них появилась надежда на будущее, дно пройдено, а мы-то знаем, что люди стали тратить всё, потому что отложить уже ничего не могут, нечего, и понятно, что впереди ничего хорошего не ждёт, поэтому надо жить сейчас.
Или вот, ещё одна хорошая новость: рейтинг Медийной России опять растёт. Но мы-то знаем, что это новость плохая, очень плохая новость, Даша. Ещё пять лет нам телепать с этим Мутиным, Даша.
А сегодня совершенно неожиданно побывала в кино. Надо было дочку подождать после фоторепортажа. Старшую. Маша говорит: «Выбирай, мама, что хочешь посмотреть: «Вечная жизнь Александра Христофорова», «Супребобровы» или «Хэллоуин». Надо признать, я в ступор впала. Потому что выбирать не из чего.
Ну, выбрала «Вечную жизнь Александра Христофорова», из трёх зол меньшее.
Посмотрела, что Угольников. Да и Гуськов, продюсер и актёр, приехал пообщаться со зрителями.
Уже через минут 20 я почувствовала, как мой мозг начинает неприятно бродить... Вот так.

Наташа вертит над головой круги рукой. 

НАТАША. Потом это брожение перешло и в область сердца. Затем мне захотелось стать Тарантино и кого-нибудь расстрелять. Я представляла все эти картины, когда приставляешь пистолет прямо к чьей-то голове и делаешь выстрел, и на лице ни один мускул чтоб не дрогнул. А потом кровища, мозги по стене... И так пять раз.
Над этой фигнёй работало целых 4 сценариста, 4!!! Представляешь, Даша?! И один хороший актёр снялся - Угольников. Вот надо было всю картину одного Угольникова снимать. Нет, добавили каких-то алкашей, девочек с красными волосами и пирсингом... Киркорова из клипа «Цвет настроения синий» не забыли... Амели из французского фильма приплели. Ну, господа-сценаристы, вы даже украсть ничего толково не можете. Да, у Адама Сэндлера получается «Управление гневом», а у вас не получается украсть.
Я всё время думала, как бы это классно сняли итальянцы, Даша, и за гораздо меньшие деньги...
Все шутки - штампы.
Какая-то бодяга. Главный герой Христофоров работает в парке развлечений, парк развлечений связан с Древним Римом, а съёмки ведутся в Крыму. Я так понимаю, что актёрам просто хотелось в Крыму отдыхать.
Христофоров - престарелый алкоголик, который начал, наконец, терять здоровье. И больше не мог играть Агриппу. Или там кого... И его перевели на более лёгкую работу - на роль Иисуса Христа в хлеву. Почему-то в хлеву уже взрослый Иисус Христос... Представляешь, Даша? И он ходит с деревянным крестом всё время. Такая вот более лёгкая работа, таскать с собой всё время крест.
Но Христос не пользуется вниманием посетителей. Христофоров помогает найти ключи целителю, ну, просто мимо проходил и решил помочь, за это целитель говорит, что жить Христофорову осталось полгода, и, если он хочет спастись, надо выпить жидкость из склянки. Христофоров хочет уже выпить, чувствует, что пахнет хорошо – спиртом, но тут видит, что девушка хочет покончить с собой, спрыгнуть с башни. Христофоров решил испытать на девушке жидкость, раз уж она всё равно хочет умереть. Девушка скидывается с башни, но выживает. Тогда Христофоров со своим лечащим врачом Соломоном решают, что в склянке была живая вода. И теперь девушка способна исцелять больных. Христофоров с Соломоном ловят девушку и сначала уговаривают её сдать за деньги кровь, а потом силой берут у неё кровь, когда девушка потеряла сознание. Но оказалось, что у девушки не та группа крови и не тот резус-фактор.
Параллельно Христофоров не может поладить с бывшей женой, её новым мужем и своим сыном. И Христофоров в гневе ломает нос новому супругу своей жены. За это, чтоб не попасть за решётку, Христофорову назначают два месяца сеансов с психотерапевтом, курс избавления от агрессии.
И вот на сеансах Христофоров встречает женщину своей мечты, которая психотерапевт, и ей как раз нужен был такой пациент, которого можно избивать.
Время от времени в фильме, не знаю зачем, появляются клипы с песнями. То на фоне виноделен, то на фоне моря...
После фильма Гуськов сказал, что они тестировали фильм на зрителях ещё в апреле, и он гордится этим фильмом вместе со всеми остальными создателями. А кое-кто из зала начал говорить: «Какой замечательный фильм, 1 час 44 минуты пролетели, как один миг», «Мы поняли, это фильм на тему «отцов и детей»...
Гуськов же заявил, что это фильм о прощении. О том, что надо всех прощать. И так уже, мол, надоел негатив, всякая жесть, чернуха, и они решили вот снять что-то позитивное, весёлое и с христианской моралью. Позитивное, Даша, прикинь?
Я уже хотела задать свой вопрос. И тут ко мне подбежала Маша и говорит: «Мама, я вижу, ты хочешь задать вопрос, пожалуйста, не задавай его, мама, я здесь работаю».
Ну, и я промолчала. Чего не сделаешь ради детей. А режиссёра, актёров и Гуськова простила. И пусть уж Бог их тоже простит.
Только один вопрос у меня остался. Зачем в конце фильма надо было тащить всех актёров и плазму (огромный телевизор) на гору... Я же там была, в этой можжевеловой роще, туда не так легко забраться. А, до меня, кажется, Даша, дошло... То ж Нагорная проповедь...
Сегодня Мутин опять снился. Приехал с какой-то инспекцией. И разговаривал только со мной часа два. Я недоумевала, с чего вдруг мне столько внимания. Вон сколько людей толпится вокруг и ждёт своего часа. Ну, и я у Мутина, воспользовавшись моментом, денег стала просить на кружки какие-то воздухоплавания. А потом думаю, вот же я дура, надо как-нибудь повлиять на Мутина, чтоб страна перестала катиться в пропасть. И Мутин говорит: «Ну, давайте, Наталья, задавайте свои вопросы, я вижу, вы хотите их задать». И я уже открыла рот и хочу спросить: «А не стыдно президенту работать на ОПГ, не угрожает ли это серьёзно нашей стране и миру?», но проснулась. Так Мутин опять ушёл от ответа.

Наташа и Даша какое-то время сидят грустно молча.

НАТАША. Аглая установила у нас дома дедовщину. Средняя моя.
Вчера на минуту отошла, чтоб получить заказ в «Бургер-кинге», возвращаюсь, а Сева, младший мой, уже сидит в слезах, оказалось, что Аглая ударила его ногой в живот.
«А что? Он сам виноват. Он меня спровоцировал. Сева должен меня слушаться. Я же его старше, я же на целый год раньше родилась. И, к тому же, у меня на целый год больше опыта».
Я объяснила, что бить никого нельзя. Сева продолжал провоцировать, у Аглаи под моим взором дёргались то руки, то ноги, но бить не решалась. Наконец, она зарычала и впёрлась лбом в лоб Севы, как бык.
В детском садике и школе Аглая характеризуется как безобидный, тихий, в высшей степени воспитанный ребёнок, все усилия которого направлены на учёбу. Никто не верит, что этот ребёнок дома способен превращаться в монстра и терроризировать близких. Только один раз в садике мне поверили, когда Аглая схватила девочку за волосы и крикнула: «Чтоб больше не смела смотреть на моего пацана».
А неделю назад села в автобус. Слушаешь, Даша? Подсел ко мне молодой парень и... попросил 150 рублей на автобус. Не понимаю, почему мужики именно у меня всегда деньги просят? Ответы: а) у меня слишком богатый вид в простой китайской куртке;
Б) у меня доброе лицо;
В) у меня слишком тупое выражение лица;
Г) я магнетическая личность для бедных...
Что думаешь, Даша?

Даша проводит рукой по лицу.

НАТАША. Доброе лицо. Ну, правильно. Покупаю как-то арбуз. Говорю: «Мне дайте маленький». Продавец: «Почему маленький? Вы на машине? Далеко нести?» И так три раза. Тогда я не выдержала и перешла в наступление: «Дайте мне маленький, а то я уйду!!! Хочу маленький, понимаете?!!» Продавец так опешил, что дал маленький и ещё 500 рублей сдачи с двухсот. Но я ему вернула. Вот она - сила рассерженной женщины. Ух, Мутин, погоди!
Аглая сказала, что ей нужен учебник по физкультуре. Прикинь? Учебник по физкультуре! Я говорю: «Учебник по физкультуре... Есть такой?»
«Да, – говорит Аглая. – Теперь ты кое-что знаешь об этой жизни. Те, кто не ходит на физкультуру, будут учить параграфы».
Я, конечно, уже много повидала, но на минуту остолбенела... И рот у меня открылся. Хожу по квартире и бормочу вслух: «Учебник по физкультуре... Учебник по физкультуре...»
Оказывается, Нагиев – жмот. Да-да, Даша, жмот. Приснилось, что мы с ним в одном хостеле живём.
И Тоня Спиридонова говорит: «Смотри, Нагиев здесь с нами живёт. Сейчас начнёт с тобой знакомиться».
Я говорю: «Да нужна я Нагиеву... Он же звезда, а я чего? Чего он вообще забыл в нашем хостеле?»
Тут и правда подкатывает ко мне Нагиев, говорит: «Здравствуйте, я Нагиев».
Я говорю: «Ну и что?»
Ну, и так проигнорировала, как всегда. Мало ли кто со мной знакомится...
Потом едем мы куда-то на троллейбусе, с народом, и такая толпа... Запихались в этот троллейбус, как в бочку. Со всех сторон народ нажимает, вот-вот раздавят. Смотрю – Нагиев в этот троллейбус сунется, и так хорошо у него получается. Прям, утрамбовал народ, нашёл себе место. И чего вообще отнимает место у народа в троллейбусе? Ну, я права, Даша, ну скажи?
Ну, я сделал вид, что не знаю его, мы рядом совсем толкались.
Потом Тоня решила мне книгу свою подарить. Про Высоцкого, говорит, написала. И, видно, что у неё мало авторских экземпляров. Я говорю: «Ты, Тоня, лучше кому другому подари. У меня этих книг ваших уже, как грязи. Всех этих биографий известных людей... И я и те не читаю. И это всё равно не прочитаю никогда. Будет у меня лежать мёртвых грузом». И смотрю, Тоня помрачнела, обиделась. Я листаю виновато книгу, вижу, она с картинками... Говорю: «Ладно, ладно, не переживай, возьму книгу». И вот запихиваю в портфель... А тут Нагиев. Жадно так смотрит на мою книгу с картинками. И давай со мной знакомиться, проявлять симпатию. Ну, я познакомилась. Мне Нагиев всегда нравился. А потом, понтово быть девушкой Нагиева... Ну, ты знаешь. Не знаешь? Ну, ладно. Сейчас расскажу.
И началось... Нагиев мне на что-то 500 рублей выделил. А потом увидел, что у меня стопка денег на тумбочке, и говорит: «Я обратно заберу 500 рублей». И вынимает из стопки пять тысяч. Я говорю: «Оборзел совсем, что ли? Всё, я тебе ни копейки назад не отдам». Ну, он руки свои от моей стопки убрал. И говорит: «Короче, завтра едешь со мной на Багамы».
Я опешила, я не планировала ехать ни на какие Багамы. Ворвался этот Нагиев в мою жизнь. Понимаешь… Я во сне приехала в этот город, чтоб отомстить врагу. Каждый день я пробиралась дворами, огородами, сидела целый день в какой-то будке и выслеживала врага. И вот-вот должна была отомстить, но до завтра никак не успевала.
Я говорю: «Прости, дорогой, но я завтра никак не могу ехать».
Тут Нагиев как разошёлся, орёт на меня. Что я забыла в этом убогом городе? Какие у меня могут быть дела, когда сам Нагиев меня позвал на Багамы! Говорит, или завтра едешь со мной - или расстаёмся навсегда. И ещё грозился отобрать книгу про Высоцкого. Стал давить на меня.
Пришлось выбирать. Ну, я выбрала Нагиева. Шанс жадного Нагиева раскрутить на Багамы оказался для меня более привлекательным, чем месть врагу.
И тут просыпаюсь от женских воплей. В 8 утра. В основном, там было невнятно и нецензурно. Кричала на всю улицу женщина, у которой два мужа в селе. Один официальный, другой – неофициальный, я всегда путаю, кто из них кто. И мой дом находится между домами обоих её супругов, я постоянно вижу, как она туда-сюда ходит. Скучно ей стало с одним - она собралась, пошла к другому. Вот же люди умеют устраиваться. Иногда они и втроём собираются. И вот она кричит: «Оба придурки!!! Позарились на чужие деньги!» А муж бежит за ней, говорит: «Хабало закрой. Ты что, сюда поорать пришла?» И мат-перемат опять...
И не поверишь, тут же небо разразилось громом и молниями.
А мои. Я забрала у Аглаи один йогурт с конфетами и отдала Севе, потому что он болеет. Тогда Аглая начала носить мне записки: «Сева играл в твой компьютер», «Сева притворяется, что болеет, он просто лежебока». Я спрашиваю, чего Аглая не разговаривает. Она показывает на горло. Мы с Севой угадываем, как в телешоу: «Болит горло?», «Молчанка?» Сева сказал, что Аглая проглотила таблетку, а та застряла. Тогда Аглая принесла записку: «Я голос сорвала. Тупые».
А моя мама что? Достала меня. Говорит и говорит: «Ты вся в папашу, ты вся в папашу!» А мой папа был реально страшный. Да, Даша, не можешь поверить? Да, страшный. Я много лет и игнорировала маму, и рыдала по ночам, и отвечала достойно, но ничего не помогало. И внезапно мне пришла в голову гениальная мысль. Ну, ты знаешь, Даша, я бываю гениальной. Я не так давно прочитала, как Джигурда работал над зачатием ребёнка, и решила использовать этот прогрессивный материал в борьбе с матерью.
Говорю: «Вот я, мама, недавно прочитала, как Джигурда ответственно подошёл к зачатию ребёнка, он нашёл себе в жёны олимпийскую чемпионку, они месяц до зачатия не пили, не курили, соблюдали диету. Джигурда рассчитал заранее, в какой день и час лучше зачать ребёнка, нанял коттедж за городом, на свежем воздухе, растопил камин, укрыл пол шкурами животных, повсюду расставил свечи и цветы... Приготовил невероятный ужин. Обучился тантре, чтоб на энергетическом уровне слиться тоже. Не знаю, может, даже стихи читал... Музыку классическую включил. Сексом занимался со всей ответственностью, с максимальной отдачей, чтоб в неземной любви зачать ребёнка. Вот! А ты что... А ты и папа в пьяном угаре меня зачали, в результате спонтанного секса. И что ты теперь от меня хочешь? Что могло хорошего получиться с таким дилетантским походом к делу?»
Мама сидела минут пять в ступоре, хлопала глазами, а мою маму сложно, почти невозможно в ступор вогнать, это бывалый, закалённый боец годами. А потом оклемалась и сказала: «Дура ты, Наташка!» Но больше к этой теме никогда не возвращалась. Так победим, Даша.
Возле «Metro» теперь новый тренд. Раньше там на билеты домой все приблудные собирали, и пенсионер один стоял ещё... А теперь «Я из Донецка приехал». Парень такой подошёл потрёпанный. Документ показал, что он из Донецка.
Я спросила, конечно, зачем он из Донецка приехал в Москву без денег. В Москве как-то без денег не очень же комфортно жить... Но он продолжал показывать документ, военный билет и твердить, что он честно из Донецка.
Ну, вынула из кармана мелочь, дала ему. Какая мне разница, даже если он не из Донецка, а из других малых городов нашей Родины.
А муж мой бывший иронично говорит: «Ну-ну, поддерживаешь убогих».
Прикинь, Даша, он оказался способным на иронию.
А я: «Так ты ж этот, патриот, крымнашист, ты обязан донецких поддерживать. А ты рожу свою отвернул от нуждающегося, прикрылся двойными стандартами».
Сел муж в машину, а у него Мутин отвалился... Он такого, знаешь, Мутина купил на маечке в машину, ароматизатор. Хотел на зеркало мне повесить. Но я не дала. Сказала, что разведусь с ним по-настоящему, окончательно так разведусь, если он мне на зеркало такую фигню будет вешать. И тогда он перевесил поближе к себе. Прямо перед мордой его этот Мутин висел и пахнул ландышами. И вот он потянул за вешалку - а она возьми и оторвись. Трагедия. И никуда этот Мутин не вставляется больше... Придётся без Мутина ему в машине ездить, Даша.
В последнее время прихожу к выводу, что абсолютно все наши действия имеют побочные эффекты. Вчера мой сосед научил Севу, что надо стоять за себя, давать в глаз, если ломают велосипед или заламывают руки. И Сева сегодня побил одному мальчику губу. Побил губу и пришёл ко мне плакать. Опять начал говорить, что больше гулять не пойдёт. Что все на него навалились, и у него теперь болит спина. Рассказал, что ему траву засовывали в рот и за штаны. Показал траву, доказательства. Я говорю: «Не надо никого бить, не нравится, как с тобой играют – иди домой».
Детям я объяснила, что Севу вчера дядя Коля научил давать в глаз. «Так он же не в глаз, а в губу дал», – говорят дети. «Ну вот, промахнулся».
Ну, надеюсь завтра опять будут дружить. Детям налила бутылку воды, и они ушли довольные. Похоже, я нравлюсь детям. Я думаю, это потому, что у меня есть собака.
Группа только для членов партии «Заяблоко» самая смешная из всех, какие только приходилось посещать... Ну, ты знаешь же, Даша, я же в партии «Заяблоко» состою пять лет. Как хорошо, что я подписалась. «Комеди клаб» рядом не стоял.
Вот сейчас все новые члены партии, которые за обновление, изъясняются в любви Эмилии Эдгардовне по кличу одного из своих товарищей. Уже час читаю и просто ржу.
Одна зачитывает выступления и статьи Эмилии Эдгардовны мужу в постели перед сном. Прикинь?
«Образец стойкости, интеллигентности, мудрости... Она искала точки соприкосновения, протягивала руку сотрудничества... Для многих новых членов партии Эмилия Эдгардовна стала образцом демократического политика».
«Эмилия Эдгардовна – человек исключительной воли».
«Эмилия Эдгардовна – чудесный председатель, сохраняющий твердость позиции в самых критичных ситуациях». 
«Эмилия Эдгардовна – образец долготерпения, воспитанности и порядочности».
«Я пришла в партию по той же причине, что и Эмилия Эдгардовна, но как мать, чтобы поддержать чем могу прекрасное молодое поколение, которое в нашей стране лишают будущего». 
И все шлют лучи поддержки.
Какая-то секта.
Сдаётся мне, что обновление – это ещё не достаточно забытая старая добрая КПСС, Даша.
Недавно снилось, что я учу своих детей, как воровать в детском саду яблоки.
И вот я во сне повела детей воровать яблоки, как у меня в детстве. Так всё в подробностях почему-то вспомнилось. Даже коридоры в этом детском саду...
Нас заметил сторож. И мы давай бежать.
Я говорю: «Сева, Аглая, уходим!»
А они такие неуклюжие, тормозят, не то что мы в детстве. Мы, как воробьи, с турников этих слетали и мигом кувыркались через забор. Помню, такая страшная толстая сторожиха за нами шла, как зомби... Даш, помнишь, как мы воровали яблоки? Помнишь…
Во Владимире увидела, к чему может привести разделение обязанностей в семье. На парковке стояла машина, которая была помыта ровно наполовину. И на грязной стороне пальцем было написано: «Жена домоет».
Что за мужики пошли в России? Как ни приедешь на курорт в Турцию или Египет, первый вопрос всегда: «А где ваши мужчины?»
Где, где... Какое вам дело? Вы б ещё спросили, где наши пляжи.
Я никогда не худела, а теперь решила похудеть. Ты, Даша, худеешь? Нет, ну и правильно. Вообще мне нравится быть полной. Во-первых, мужики отваливают, им больше нравятся худые. Меньше мужиков - меньше в жизни говна. Во-вторых, я чувствую, как мой статус укрепляется и расширяется, и это приносит мне приятные ощущения. В-третьих, падать на мягкие места не так больно.
Вообще я такой человек неустойчивый. Мне вот не нравится быть одинаковой.
То я толстею, то худею. То в разврат с головой, то в медитацию. И всё как-то мне легко удаётся.
Недавно толстела-толстела, теперь надоело толстеть, я худею. 
В общем, я стала меньше есть. И порции меньше, и ещё отказалась от ужина. И вроде ничего. У меня много избыточных продуктов сразу образовалось. В морозилке полно вареников, чебуреки, мясо, корюшка, креветки, колбаски - все напрасно ждут своего часа.
Я делаю зарядку и танцую сальсу по утрам. Да, я танцую, Даша! Я посмотрела по телевизору, что эти, кто танцует сальсу, таким образом выражают свою душу, себя. Им грустно – они танцуют сальсу, им весело - они танцуют сальсу. И я думаю: а я чё, мне что, нечего выразить в танце, что ли. Правда, я так выражаю эмоции в танце, чтоб никто не видел. Пока рано шокировать окружающих. Сначала было вообще смешно. Такие вот эти фигуры надувные, прикольные, которые от ветра типа танцуют... А теперь вроде получше.
Я с ужасом обнаружила, что при наклоне вперёд уже не касаюсь пальцами пола. Вот, работаю, уже иногда касаюсь.
Ещё пресс качаю.
Но вот не пойму: есть результат или нет. Смотрю в зеркало: иногда вроде есть результат, на другой день смотрю - вроде нет, вроде ещё хуже стало. Весов нет. Трудно понять на глаз. 
Ещё я на велосипеде иногда катаюсь. Но вот чего-то реально лень. Выноси его, заноси... Потом у меня какая-то мнительность. Она мне мешает заниматься катанием на велосипеде. Мне всё время кажется, что мужики, которые меня на велосипеде встречают, смотрят на меня с вожделением. Тут такие мужики в селе, знаешь, им по барабану, толстая ты или нет, они видят женщину, и всё уже – вожделеют. А бабы, наоборот, думают: ишь, проститутка поехала, писательница, делать не хрен ей, вот и ездит, мужиков наших соблазняет. А вот так ездить, чтоб никого не встречать – не выходит. Я в центре села живу. И ещё я иногда выкладываю фотки в Фейсбук, и мне потом некоторые поэты признаются, что тоже меня вожделели. И это ещё серьёзнее укрепляет мнительность. В общем, я не знаю, как это получается, но посредством велосипеда проявляется моя сексуальность, а это не тот результат, на который я рассчитывала. Я уже вроде и короткие шорты на джинсы сменила...
И ещё за грибами хожу. Наматываю в лесу километры. И прикинь, Даша, и там меня поймал какой-то председатель колхоза. Начал домогаться. Я в старых штанах, телогрейке, ещё и пахну «Раптором» от комаров. Сумасшедшие!
А как-то вот ещё Мутин снился. Лежал больной, а я вроде как у него на посылках работала. Уже рабочий день закончился, а я продолжаю то чай, то кофе носить, то отчёты министерства... И как-то неудобно, невежливо сказать, что я вообще-то против него и лучше ему меня уволить. А Мутин не отпускает, общаться хочет, спрашивает меня: «Ну, как там, литература, Наталья? Все ли писатели довольны?» А я ему: «А я откуда знаю. Спросите лучше какого-нибудь другого, кого публикуют». А потом добавляю: «Мне вообще-то некогда с вами, товарищ Мутин, разговаривать, мне пора на митинг». «На какой митинг?» - спрашивает с интересом Мутин. Я говорю: «Сегодня митинг памяти Бориса Немцова, против вас, Мутина». И про себя думаю: «Уволит, может, наконец?» А то как-то невежливо... Оборачиваюсь – Мутин как будто завис.
Этот Мутин бы мужиками нашими занялся. Поинтересовался бы, что с ними происходит. С ними переспать даже один раз страшно, а он с ними воевать собрался против НАТО. Ну, ты согласна со мной, Даша? Ну, конечно, ты ж знаешь. Мы все знаем.
Получила вчера, прикинь, такой вот комментарий от некого Сергея Соколкина. «Да, Наталья, я истинно русский. И я ждал этого вашего выкрика. Русский тот, кто любит православие, традиционные ценности в семье, хочет растить детей, укреплять свою Родину, защищать ее от всякой швали, в том числе и идеологически. И никакие феминистки в России не пройдут. Бабам не митинговать и не друг дружке лизать надо, а детей здоровых рожать и семью оберегать. Остальных на майдан, в Голландию и прочие Норвегии».
Прикинь, будет какой-то Соколкин ещё за меня решать. А иди-ка ты к Мутину.
А недавно снился ещё Повальный. Во сне я вывела его на чистую воду, этого мутного оппозиционера. А потом опять начал Мутин сниться. Он явно неравнодушен ко мне. Опять домогался. Недавно я рассказывала кому-то, как было тогда, когда ответила на домогательства взаимностью во сне. Путин – романтик, постелил в пещере шкуры, уложил меня на шкуры эти… И тут ему позвонили, он велел подождать и убежал. И так я пролежала на шкурах час или два, а потом поняла, что Мутин меня кинул. И вот сегодня Мутину стыдно стало, и он опять мне предложил сексуальное общение. И все у нас хорошо разворачивалось, но дети меня разбудили. И, проснувшись, я поняла, что дала Мутину не свой телефон, вообще назвала левые какие-то цифры. Я была очень расстроена, говорю детям: «Чего вы в такую раньше просыпаетесь-то? Испортили весь сон с президентом». Мне удалось снова уснуть, и Мутин снова пришел ко мне за телефоном, на этот раз я правильный дала, и Путин обещал прислать за мной водителя. И так хвать меня довольно грубо за эрогенные места. Спрашивает: «Ну, как вам, Наталья, такое, нравится?» Думал, что я в шок впаду. А я непоколебимо так отвечаю: «Ну, нравится». А про себя думаю: что я за тряпка-то такая, за секс с Мутиным готова передать свои политические убеждения. И решила ещё золота, алмазов набрать... Вот, прям, развалилась на золоте, пригубила шампанского и возлегаю в ожидании телесной услады... Это все вино моей тети, думаю, так действует. Сейчас налью тебе попробовать, Даша. Но эффект ты знаешь, я предупредила.

Наташа достаёт из холодильника трёхлитровую банку красного вина, немного отпитого, наливает себе и Даши, они чокаются и молча пьют.  Это время звучит в записи разговор Севы (мальчика лет 10-ти) и Наташи.

ГОЛОС СЕВЫ. Мам, а у меня будет безлимит сегодня?
ГОЛОС НАТАШИ. Да, если не сдашь меня в старости в дом престарелых.
ГОЛОС СЕВЫ. А в каком году это будет?
ГОЛОС НАТАШИ. Не знаю. По оптимистическим прогнозам, в шестидесятом году. По пессимистическим, могу умереть еще до старости.
ГОЛОС СЕВЫ. Я ничего не хочу слышать о том, что ты умрешь, мне страшно.
ГОЛОС НАТАШИ. Я буду продолжать жить на небесах. Буду наблюдать за тобой и приходить на помощь в трудную минуту.
ГОЛОС СЕВЫ. А как ты будешь приходить на помощь?
ГОЛОС НАТАШИ. Не знаю, что-нибудь сделаю. Главное – за Мутина не голосуй, если он меня переживёт.
ГОЛОС СЕВЫ. Не буду. Мне не нравится Мутин, мама. Он не сделал всё бесплатно. Он не сделал бесплатно самокаты, карусели, мороженое… Не буду за него голосовать, обещаю. Мама, а ты сможешь меня обнять, когда умрёшь?
ГОЛОС НАТАШИ. Смогу.
ГОЛОС СЕВЫ. Я ничего не хочу слышать о том, что ты умрешь, мама.

Наташа убирает трёхлитровую банку с вином обратно в холодильник.

НАТАША. Сегодня ехала в такси, Даша, и таксист слушал по радио, прикинь, как был создан Московский университет. Передача называлась «100 событий, которые изменили Россию». Мы проехали всего половину дороги, а я много узнала об истории создания университета. Посмотрела на водителя - вроде брутальный такой мужик, не похож на интересующегося историей. Думаю, может, теперь таксисты просвещать должны народ... Может, матрица сегодня глючит. У меня уже в голове фантазии всякие появились, бизнес-планы. Служба такси «Интеллектуал». Пассажиры смогут, пока едут, курс лекций по философии, например, прослушать.
И тут водитель переключил радио. Заиграла песня про что-то, что любят матросы. Про проституток, наверное. В общем, всё нормально стало: матрица нашла глюк и исправила.
А, представляешь, Даша, меня недавно забрали менты. Я снимала на камеру, как ОМОН затаскивает мирно протестующих в автозаки. И тут, такие, подходят ко мне двое в чёрных масках. «Пройдёмте, – говорят. – Гражданочка». Завели меня в комнату, там еще сидело две девушки. Я спросила, где туалет, думала, что сбегу, но сотрудник полиции ответил, что у них туалетов нет. Я спросила: «А как вы в туалет ходите?» «Мы терпим», - ответил сотрудник. «Понятно, – говорю я. – В памперсах». Отбирали телефоны. Две девушки сдали свои, а я сказала, что ничего им не отдам, и вообще телефон я потеряла при грубом задержании. И сумку им не дам, говорят, они деньги воруют у протестующих. Полицейский говорит: «Так, гражданочки, признавайтесь за что задержаны?» Я говорю: «Я задержана за то, что шла домой и решила снять интересное видео на телефон». Другая девушка говорит: «Я задержана за то, что несла плакат». Третья девушка вместо ответа начала кричать: «Сволочь, тебе не стыдно?! Мы все ваши лица запомним, мы не простим! Уроды! Как вы будете с этим жить?! Я задержана за то, что не согласна с результатами выборов!»
Милиционер начал говорить: «И чего вы ходите, мешаете гулять, отдыхать гражданам. На вас жалуются». Девушка начала опять кричать: «Чего ходим? А чего президент нарисовал себе 80 процентов?!» А я спокойно говорю: «А знаете, покажите хоть одно заявление от горожан, которые жалуются на протестующих». И достала я из сумки диктофон, чтобы записать ответ, чтоб всех этих заявителей узнать в лицо, прямо в глаза им посмотреть. Что тут началось... Прибежало куча людей, начальник какой-то, у меня отобрали диктофон, проверили сумку еще раз, посмотрели, что у меня в карманах ничего нет. И отвели меня в дальнюю комнату сидеть ото всех отдельно. Я политически опасная. Приставили ко мне людей. Одну меня больше не оставляли. Еще раз спросили документы. И сто раз сумку проверили. Может, у меня еще там диктофоны есть. Сижу с двумя какими-то типами, и они очень агрессивно меня восприняли. Ничего не боялись. Пришел опять главный, попросил меня сдать всех организоторов митинга, и тогда меня подержат час и отпустят. Я ответила, что понятия не имею, кто организатор. И могут меня держать, сколько хотят, я ничего другого сказать не смогу. Через минут 10 пришла женщина в штатском, в маске, в одежде, словно продавщица с рынка, и говорит: «Мы обнаружили, что у вас в диктофоне отсутствует карта памяти, поэтому надо еще раз обыскать вашу сумку. Я отказалась. Говорю: «Покажите сначала ваше удостоверение, откуда я знаю, может, вы вообще с улицы пришли». Женщина заявила, что ничего мне показывать не обязана. Она, типа, только своим детям и родителям что-то обязана, а мне – нет. Я говорю: «Тогда и я только детям и родителям обязана, а вы не мои дети и родители. И потом, осмотр ничего не даст, я от вас впервые слышу, что в мой диктофон карта памяти вставляется. У меня сразу отобрали диктофон, как только я его вынула, я́ ничего не успела записать». Выбежала эта баба в коридор, прибежала с каким-то удостоверением. Показала быстро и издалека. Я говорю: «Фото непохоже. И фамилии не видно».  Тут женщина рассвирепела, типа, она и так вся на нервах, а я еще достаю. И они вдвоем с полицейским стали заламывать мне руки, особенно мужик старался, прям, работал от души, и они отобрали сумку. Женщина вынула все из сумки, внимательно осмотрела - ничего опять не нашла. Только спросила, что за газета. Я говорю: «Подмосковье сегодня», там есть интересная статья «Из-за парты в космос», хотите почитать?»
Я попросила Бога, чтоб она не увидела, что позади рюкзака у меня есть еще один карман, где лежал смартфон. И ещё у меня в одном кармане икона лежала, мне один друг подарил, чтоб меня хранил Бог. И Бог меня услышал, Он всегда меня слышит, Даша. Веришь? Полицейская не нашла смартфон, а он у меня огромный, ты знаешь.
Нашла только три флешки. Стали проверять. Там фото мои с котиками, с детьми. Я говорю: «Там ничего политического нет, только мои художественные произведения». Но полицейский нашел таки к чему прикопаться, увидел мое видео для моноспектакля. Говорит: «А что это у вас за видео гей-парада? Участвовали?» Я говорю: «Нет, это видео для моего спектакля, в нем я протестую против безумия, охватившего мир. И это видео - олицетворение этого безумия: гей-парады, насилие, войны, фрики, ОМОН, задержания мирно протестующих...» «Ну, против гей-парадов протестовать можно!» – постановила женщина и вернула мне флешки. Я попросила кофе у полицейского. Он говорит: «Где вы видели, чтоб мы кофе наливали?» Я говорю: «В кино. Там следователи, чтобы им сдали организаторов, наливают задержанным кофе, пытаются расположить к себе». «В изоляторе вам будут кофе наливать, и еще тушонки с собой дадут», – отвечает. И начал мне угрожать, что сидеть мне 15 суток. И что он мне может патрон подложить в сумку, и мне ещё дольше сидеть. Я говорю: «Облом, товарищ лейтенант, ваша коллега только меня обыскала и никаких патронов не нашла. И что вы думаете, вас все боятся, на вас управы нет? Бога нет, что ли?» Я мысленно представила Вселенную, посмотрела в самую вглубь земли, представила, как вскипает лава и заливает все это говно, этот полицейский участок, где женщинам, многодетным матерям, крутят руки всего лишь за, что они не хотят, чтоб у них отбирали голос. И тут пришел главный и сообщил, что меня решили отпустить. Меня всё-таки сочли политически безопасной. Я попросила назад диктофон. Мне принесли его поломанный. Я попросила копию протокола, которую мне обещали. Милиционер посмотрел на меня так, словно я совсем обнаглела, и процедил сквозь зубы: «Идите уже, гражданочка». Открыл мне железную дверь. В первый раз я, Даша, почувствовала, что же это такое - оказаться на свободе!
А знаешь что, Даша? Давай сойдём с ума. Вот прямо сейчас и сойдём. Мне до смерти надоело быть нормальной! Быть нормальным ни фига не прикольно. Сейчас нажрёмся тётиного вина и начнём.

Наташа бросается к холодильнику, вынимает оттуда опять трёхлитровую банку и один мандарин. Несёт и ставит перед диваном. Наливает два бокала и один протягивает Даше. Они чокаются и начинают пить.

НАТАША. Ну, за нашу новую сумасшедшую жизнь! А знаешь что, не хватает чего-то… Наверное, музыки. Сейчас мы им дадим децибелов. Этим соседям. За всё. За всё отомстим.

Наташа подходит к магнитофону, включает танцевальную музыку, сальсу, делает максимальную громкость. 

НАТАША. Всё, давай сходить с ума.

Наташа и Даша начинают танцевать. Залезают на диван, начинают прыгать, берут подушки, рвут их, разбрасывают по комнате пух. На экране показан дом, в котором постепенно загорается свет во всех окнах. Откуда-то извне слышны стуки в дверь, потолок, слышны крики: «Как вам не стыдно? Вы знаете, который час? Я вызываю полицию!» Наташа и Даша садятся на диван и тяжело дышат.

НАТАША. А всё-таки сходить с ума приятно… (Осматривая квартиру.) Жаль только, что я предалась безумству в своей квартире, а не в чужой… А давай, Даша, залезем с тобой на крышу и будем зажигать звёзды! Пошли.

Наташа выключает музыку. Наташа берёт плеер с наушниками, две бутылки пива достаёт из холодильника и тащит Дашу за руку наружу. Они идут к двери соседа. Звонят в дверь. Настойчиво звонят. Выходит заспанный сосед.

СОСЕД. Вы что с ума сошли? Вы знаете, сколько сейчас времени?
НАТАША. А что, сколько сейчас времени?
СОСЕД. Три часа ночи.
НАТАША. И что? А вчера у вас ночью гремела музыка. И позавчера. А неделю назад вы ещё все плясали…
СОСЕД. А у вас собака лает. И дети бегают.
НАТАША. Ладно, мы квиты. Перейдём к делу. Где ключи?
СОСЕД. Какие ключи…
НАТАША. От крыши!
СОСЕД. Зачем вам ключи от крыши?
НАТАША. Какое вам дело. Что, нужна причина? Ну, у нас телевизор перестал показывать. Видимо, антенна упала. Поправить бы…
СОСЕД. Знаете, что вам надо подправить?!
НАТАША. Что?
СОСЕД. Крышу!
НАТАША. Даша, у нас получилось! Мы только начали – и сразу получилось!

Наташа и Даша начинают прыгать, как девочки, визжать и обниматься, кружиться.

СОСЕД. Ладно. Я всё понял. Вот вам ключи.
НАТАША. Какое счастье! Большое, большое спасибо!

Наташа и Даша берут ключи, поднимают подиум со сцены, ставят его наклонно, приставляют лестницу, залезают словно на крышу. 

НАТАША. У всех крыши плоские, а у нас – наклонная.

На экране показаны два башенных крана с рекламой строительной фирмы «Серебро». Наташа и Даша укладываются на покатую крышу, смотрят на звёзды. Держатся за руки. Наташа включает романтическую песню на плеере, надевает на себя наушники. Музыка заглушается, когда Наташа снимает наушники, усиливается, когда надевает.

НАТАША. Ну как? Круто? Хочешь послушать?

Наташа снимает с себя наушники, надевает на Дашу. Раздаётся шум, это на крышу забирается сосед. 

НАТАША. Что, ключи пора отдавать?
СОСЕД. Да нет. Решил с вами тут посидеть, всё равно спать не дадите, придёте ключи отдавать. Так уж лучше я тут… с вами буду сходить с ума…

Сосед укладывается рядом с Наташей. Наташа берёт за руку соседа. Даша отдаёт Наташе наушники, Наташа немного слушает и передаёт наушники соседу. Лежат и смотрят на звёзды. На экране демонстрируется микс из коротких видеороликов: сцены войны, гей-парад, ролевые игры, драки, беспорядки, аварии, митинги, дождь из лягушек, Трамп, Путин, страшные клоуны, всякие странные люди… Идут титры спектакля, в котором указаны все, кто принимал участие в спектакле. На чёрном фоне загорается надпись: «The end». После чего на экране зажигаются звёзды. Свет в зале гаснет. Герои пьесы незаметно уходят.

Занавес







_________________________________________

Об авторе:  НАТАЛЬЯ ЯКУШИНА  — редактор отдела драматургии (нечетные выпуски) в Лиterraтуре

Прозаик, драматург. Закончила Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А. М. Горького. Участник форумов молодых писателей в Липках и ЦДЛ. Публиковалась в журналах «Юность», «Русский пионер», «Современная драматургия», в альманахах «Лёд и пламень», «Образ», в газетах «НГ-Экслибрис», «Литературная Россия», «Книжное обозрение», в различных сборниках. Лауреат «Волошинского конкурса» в номинации «Перевод с белорусского языка». Финалист конкурса «Нонконформизм». Автор сборника рассказов "Секреты Родины" (2018). Член Союза писателей Москвы и координатор литературных проектов в Национальной Ассоциации Драматургов. Организатор Международного драматургического конкурса "ЛитоДрама", семинара современной драматургии при «Школе современной пьесы» под руководством И. Райхельгауза и проекта «Читки в ШСП». Спектакль по блогам поставлен в Бресте ("Жёлтый заяц", реж. Денис Фёдоров, вошёл в топ премьер в Беларуси) и в Лондоне в русско-английском театре в рамках фестиваля "Соло" ("Хочу быть нормчелой", реж. Виктор Собчак), в Театре А. Джигарханяна («Волшебное платье», реж. Лариса Крупина). Участвовала совместно с другими авторами в создании спектакля "Фрейд" в "Школе современной пьесы".скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
467
Опубликовано 30 ноя 2020

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ