ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 195 июнь 2022 г.
» » Петр Шейнзон. СВИСТАТЬ ВСЕХ НАВЕРХ

Петр Шейнзон. СВИСТАТЬ ВСЕХ НАВЕРХ

Редактор: Женя Декина


(рассказ)



Я не собирался задерживаться в Ориуэле слишком долго. Все дела были завершены, но самолет улетал еще через семь часов, и я решил посетить местный рынок антиквариата. Подходя к рынку, я вспомнил, что обещал дочке привезти какой-нибудь сувенир из Испании. Я прошел мимо россыпей стрелкового оружия и арбалетов всевозможных размеров.
Рынок уже закрывался из-за приближающейся сиесты, и торговцы аккуратно складывали свой товар в ящики и относили его обратно в припаркованные неподалеку автомобили. Мое внимание привлек темнокожий испанец, торговавший разными моряцкими безделушками. Продавец выглядел довольно колоритно. Желтые прокуренные зубы, копна волос как у Джимми Хендрикса и татуировка на руке с портретом Че Гевары. Набор трубок, пиратские треуголки, огромные ботфорты. Нет, все это не для девочки. Тем более что банданы с черепами и костями напоминали товар из рок-магазина, уж слишком новыми они выглядели.
— Какое-то все современное чересчур, — произнес я по-английски.
Испанец непонимающе уставился на меня.
Я напряг весь свой испанский — с университета он порядочно выветрился —и повторил ту же фразу.
Старик засмеялся и достал из-под ящиков чемодан из крокодиловой кожи.
— Вот, смотри здесь, — сказал он, открывая чемодан.
В чемодане лежали какие-то свертки из желтой промасленной бумаги.
Я начал разворачивать их один за другим, в основном это были индейские тотемные фигурки.
В углу чемодана лежали кожаные ножны, из них торчала ручка длинного мачете.
Я поцокал языком и решил объяснить продавцу, что я ищу.
— Я ищу подарок для дочки. Ей девять.
Продавец закурил сигару и с удивлением посмотрел на меня.
Мне стало стыдно собственной глупости. Действительно, Лея не пацан, и мачете и треуголка ее вряд ли обрадуют. Я передал продавцу чемодан и уже собрался уходить, и тут краем глаза выхватил висящие в дальнем углу палатки белые фигурки и трубочки — по-видимому, из слоновой кости. Я указал на фигурки, и продавец снова оживился: осторожно снял с подвеса одну такую трубочку и показал, будто дует в нее. А, ясно: то ли свисток, то ли дудочка.
«То, что нужно», — подумал я и кивнул продавцу.
Он быстро достал красивый сувенирный пакетик, убрал туда свисток, заклеил скотчем, вложил пакетик в маленькую деревянную коробочку и протянул его мне.
— Сколько стоит?  — спросил я.
Он улыбнулся так по-доброму, что я даже ничего не заподозрил:
— Нисколько. Это подарок для твоей дочери, — объяснил он мне на ломаном английском. Я не смог продать тебе ничего серьезного, так что возьми на память хоть этот свисток, чтоб не забыть о нашей встрече.
Я поблагодарил его и протянул ему руку, но продавец сделал вид, что не заметил, помахал мне на прощание и, подхватив чемодан, зашагал куда-то.
Я убрал подарок в рюкзак, послонялся по рынку еще некоторое время, больше ничего интересного не нашел и направился к выходу. У рынка несколько загорелых таксистов что-то горячо обсуждали, при этом сильно жестикулируя и громко смеясь. Увидев меня, они немного притихли. Я сел в машину и произнес одно слово: «Аэропорт».
В дороге внезапно начался ливень, и очень быстро образовалась пробка. Красные огоньки тянулись, насколько хватало взгляда. Машины напоминали гигантскую разноцветную гусеницу, ползущую по автобану. От нечего делать я достал из рюкзака коробочку и повертел ее в руках. Мне вспомнилось детство, и вдруг захотелось самому свиснуть разок. Лея обидится, если увидит, что подарок вскрывали, мелькнуло у меня в голове. «Ладно, я аккуратно открою, — подумал я, — и потом заклею новой лентой, как было, и дочка ничего не заметит».
Уже начало темнеть, когда мы, наконец, подъехали к терминалу. Что было дальше, я помню не очень четко. Кажется, из-за плохой погоды рейс перенесли на утро, и нам дали ваучер для ночлега в ближайшей гостинице. Гостиница была модерновым пятиэтажным зданием, построенным в виде гигантского парусника. Я обрадовался и представил, как проведу ночь в старинном корабле в гостях у пиратов — совершенно бесплатно. Я зашел в лифт и нажал кнопку пятого этажа.
В маленьком коридоре располагались всего три номера, мой оказался крайним справа.Открыв карточкой дверь, я зашел внутрь. В нос мне ударил сильный запах пота и сырости, смешанный с вонью протухшей рыбы и алкоголя.
Неужели тут никогда не убирались?
Комната была настолько маленькой, что мне пришлось немного пригнуться, чтоб подойти к кровати. На деревянной кровати вместо матраца лежали какие-то грязные тряпки, а на маленьком столике — старая пожелтевшая Библия.
«Нет, это слишком, — подумал я. — Мало того, что самолет задержали, так еще мне в этой убогой каморке ночевать. Неужели Люфтганза предоставляет такую мерзость и тем, кто летит бизнес-классом? Надо пойти разобраться».
Но дверь не открывалась. Я даже не смог найти слота для карточки. Я попытался открыть маленькое круглое окошко, больше напоминающее окно иллюминатора, чем окно в гостинице. Оно со скрипом подалось, и мне в лицо ударил соленый запах моря.
Что за бред, мелькнуло у меня в голове, гостиница ведь находится на суше и до моря минимум километр. Это что, галлюцинации? Говорил же мне Кристофер, чтобы я не усердствовал с колдрексом. Я ущипнул себя. Было больно, значит это не сон, черт подери.
Я нащупал в кармане коробочку со свистком и разорвал бумажный пакетик. Надо свистнуть, вдруг кто-то услышит и вызволит меня. Я же не единственный человек в этой гостинице.
Я дунул что есть мочи. В голове закружилось, меня замутило. Спустя пару секунд снизу раздались пронзительные крики вперемешку с руганью. Только тут до меня стало доходить, что я вовсе не в гостинице.
И тут в комнату ворвались трое бородатых мужиков, одетых в какую-то старую моряцкую одежду с блошиного рынка. «Видимо, примчались на звук моего свистка», — успел подумать я. Какое-то время они стояли и просто пялились на меня. Потом один из них, одетый чуть лучше, что-то крикнул, и остальные бросились ко мне, похватали грязные тряпки с кровати и моментально связали мне руки. Оставшийся кусок грязной тряпки они засунули мне в рот. Я так вспотел, что пот скатывался по дрожащим ногам. В висках стучало, в горле пересохло, и я не мог даже мычать.
Я никак не мог понять, кто это вообще такие. Старший громко крикнул и ткнул меня пальцем в грудь. Все расплылось перед глазами, и я понял, что падаю.
Когда я очнулся, то обнаружил, что сижу привязанный к стулу в просторной богато украшенной комнате. На одной из стен висел портрет королевы Елизаветы. Я никак не мог понять: то ли это пол качается из стороны в сторону, то ли у меня до сих пор кружится голова. Воняло так же, как в гостинице.
Сфокусировав взгляд, я увидел, что напротив сидит бородатый мужчина с закрученными усами, в черной шляпе и соответствующем обстановке щегольском костюме.
Увидев, что я пришел в себя, он спросил на старомодном английском:
— Ты кто?
Я растеряно смотрел на него, не зная, что ответить.
Мужчина повторил свой вопрос.
— Я… Артур Шварц, старший аудитор компании JP Morgan, —произнес я.
Он засмеялся и поднес к моему лицу шкатулку со свистком.
— Где ты взял эту вещь? — спросил он.
—  Продавец в Ориуэле подарил мне, — я не видел повода скрывать эту информацию.
Капитан что-то хлебнул из своей кружки и расхохотался мне в лицо:
— Ты разбудил всю нашу команду, портовая крыса! Включая меня! И теперь рассказываешь мне небылицу, что получил свисток черт знает где! В подарок! Я даже не знаю, где находится этот твой Ориуэл! Ты врешь, трусливый щенок! Ты просто украл его у кого-то из команды. Если ты не скажешь, где его взял и как попал к нам на корабль, я велю тебя вздернуть на виселицу, клянусь всеми святыми! А пока не сознаешься, будешь висеть на мачте!
Капитан свистнул, и в каюту ворвались трое уже знакомых мне мужиков. Они схватили меня и поволокли вверх по лестнице. Я перестал чувствовать ноги. Мне казалось, что вместо них у меня деревянные протезы. Наверное, впервые в жизни мне было по-настоящему страшно. Эти бородатые ублюдки ничего не знают о конфликт-менеджменте, Эрике Берне, Карнеги. Они вообще дикари!
Капитан поднялся за нами:
— Подвесить этого кальмара за ноги на рее, пока он не сознается!
Я попытался закричать, но не было сил произнести ни звука.
Чернокожий великан с бельмом на левом глазу схватил меня за волосы и поволок по палубе. У мачты взвалил меня на плечи, как мешок с овсом, и стал подниматься по веревочной лестнице. Добравшись до деревянной горизонтальной перекладины, которая, видимо, и служила реей, он содрал с моих ног кроссовки вместе с носками и вытащил из кармана веревку.
— Тебя бы следовало бросить в океан кормить акул, но наш капитан, сэр Френсис Дрейк, очень добр, — привязывая мои ноги к рее, сказал он. —Интересно, успеют ли стервятники выклевать тебе глаза до того, как ты решишь сознаться в краже, — он говорил очень спокойно, словно речь шла о чем-то совершенно обыденном.
Я закрыл глаза, чтобы не видеть, что будет происходить потом. Внезапно меня обдало жаром пламени. Великан водил горящим факелом под моей головой. И тут я собрал остатки сил и заорал:
— Не убивайте меня! Я богатый человек. Я отдам все, что у меня есть!
— Все, что у тебя есть? Мы принимаем.
Рядом привстала испуганная жена:
— Что с тобой? Ты кричишь на весь дом!
Полностью обессиленный, я молча лежал и смотрел в потолок. Значит, всего этого не было? Но я точно помню, как меня обожгло жаром факела, я даже ощутил запах паленых волос. Помолчав пару минут, я из последних сил подмигнул жене:
— Свистать всех наверх!
Катрин в полном недоумении уставилась на меня:
— Это ты к чему?
Я встал и медленно побрел в ванную. Там я внимательно изучил руки и ноги. Следов от веревки не было. Странно, я ведь щипал себя, и мне было больно.
Я уставился в зеркало и долго разглядывал круги под глазами и наметившиеся морщины на лбу, но никаких ожогов на лбу не оказалось, да и волосы были на месте.
Может быть, я ходил в ночной клуб в Бенидорме, и там мне подсыпали какой-нибудь дряни? Нет, я же был в командировке всего день.
Я вышел из ванной и на цыпочках прокрался в коридор в поисках рюкзака. Он стоял у порога. Уже зная, что увижу, я открыл его.
В маленьком картонном пакете лежала деревянная шкатулка, рядом приткнулся счет от моей поездки на такси до аэропорта Аликанте. Я аккуратно открыл шкатулку. Внутри покоился белоснежный свисток.
«Нет уж, не будет это дрянь дальше портить мне жизнь!»— решил я и направился в кухню — выбросить «сувенир».
— Пап, ты уже приехал? Почему не спишь? — на пороге комнаты стояла сонная Лея.
— Иди спать, малыш, — я чмокнул Лею в макушку, пряча руки за спиной. — Я просто мусор хочу выкинуть с дороги — и тоже лягу.
— Какая красивая коробочка! Почему ты ее выкинул? — услышал я ее голос, уже выходя из кухни. Ох уж это Леина привычка бесшумно красться за мной.
Обернувшись, я успел увидеть, как она подносит к губам свисток.







_________________________________________

Об авторе:  ПЕТР ШЕЙНЗОН 

Родился в 1979 году в Москве. Окончил Биологический факультет МГУ им. Ломоносова в 2002 году. Кандидат медицинских наук (Ph D). Пишет с 2013 года, нигде до настоящего времени не публиковался.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
431
Опубликовано 31 дек 2021

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ