facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
        Лиterraтурная Школа          YouTube канал        Партнеры         
Мои закладки
№ 181 апрель 2021 г.
» » Лета Югай. ЗАГОВОР

Лета Югай. ЗАГОВОР





ГОРЮШИЦА

1.

Думала: «Господи, поштё он умер?
Штё бы показался, штё бы пришел».
Дума-то дурная, молодая ещё,
Много силы в этакой думе.

Вот я иду на погост, а там
Гроб качается у церковной крыши,
Поднимается выше, к самым крестам.
Но спустился, милый из гроба вышел.

«Коля, — зареву, — пойдём домой!» «А пойдём,
Только отпрошусь у нацальника одного».
Вот мы заходим в казённый дом.
Двери, коридоры — и никого.

Двери, коридоры и кабинет.
Там мужик — красивый, рубаха белая.
«Штё, — реву, — ну как? Отпустили, нет?
Как я без тебя? Штё теперь мне делать?»

«Не реви, — говорит он, — бежим скорей».
Побежали мы через лес и поле,
Крепко руки сжав до самых дверей,
Вот уж дом, порог — глянь, а нету Коли.

Просыпаюсь я. Свекровь смотрит строго,
На дворе уж рассвет, пора начинать дела.
«Матушка, — говорю, — ведь Колю вела-вела,
На крылечке он, да не перейти порога».

2.

Слышу в первую ночь: ходит он по избе.
Я прижала к груди младшего паренёчка.
Походил, ушёл. Я молчу, при себе
Свою думу держу, свою смутную ночку.
На вторую пришёл, полом скрипит,
Да уж стал задевать меня, гладить стал со спины,
Обхватила сына. Свекровь с ребятами спит,
Да блестит подоконник в свете мёртвой луны.
В третью ночку опять, и ложиться стал.
Так тихонько ложится ко мне, обниматься хочет.
Побежала к тётке я, в дом у моста:
«Ведь приходит Коля мой, уже три ночи!»

«Душегубица! — тетка как закричит. — Ксти
Двери, окна, порог. Штё надумала?! Ой, беда, беда...»
Нашептала мне: «Отпусти его, отпусти».
И уж больше он не бывал. Не было никогда.




СЛУЧАЙ 


Не, не буду, даже не вспоминай.
И пришла тебе при чужих охота!
Этот случай был — мой отец Ермолай
(Ермолаевна я) шел домой с работы.
А у них собрание к посевной,
А в деревне пиво варили. К ночи
У него было выпито. Был хмельной.
Но вообще-то не пьющий он был, не очень.
Шли и видят, баба спит у реки,
Под кустами, подол задрался. Ну вот,
Стали подбивать его мужики:
«А поставь-ка ей печать на живот!
Пропечатай её». 

                          Председателем был
Мой отец, и печатку носил с собой.
Ну, поставил печать ей и позабыл.
А наутро ему: «Пришли за тобой.
Ну, документ ты нашел, билютень!»
Полномочий превышенье, если проще.
Он не стал дожидаться, а взял ремень
И вон там удавился в осиновой роще. 
Научил его бес-от, подговорил.
Бес захочет — сладит, как ни старайся...
А никто и не знал: сосед пошутил,
Мол, пришли за тобой, давай собирайся.




КОЛЫБЕЛЬНАЯ


Баю — баюшки, баю,
Спать я Лешу укладу.
Спать укладываю,
Приговариваю:
Придет серенький волчок,
Схватит Алешу за бочок,
Уташшит ево в лесок,
Под ракитовый кусток.
Под ракитовым кустом
Лежит Алеша под крестом.
(д. Андроново Вологодской области)

Зыбка качается: раз-два, раз-два, раз.
В зыбке по морю переполохов год до земли плыть.
Мама от рук своих не отведет глаз.
Мама прядет нить. Чтобы было на что жить.

Чтобы была рубашка, когда сын по земле пойдет
Своими ножками, дорогой долгой и дорогой.
Мама приходит с поля, достает пряслицу и прядет,
Привязывает веревкой зыбку к ноге. Качает ногой.

А смерть заглядывает в окно, птичьим глазом косит.
Жук в траве, видя птицу, падает на спину, будто сдох.
Думает: "Птичий бог, отведи, стороной пронеси!”
Знает, что мертвый не вкусен, для птицы плох.

"Серенький, — мама напевает, — придет волчок”,
И "за бочок ухватит”, — мама поет про страшные про дела.
"Будешь здоровым и сильным, — думает, — но о том — молчок.
Чтоб не спугнуть твое счастье, и так двоих не уберегла”.

"Будешь жить не так, как мы, хорошо будешь жить”, а поет о том,
Что уж скорей бы он умер — да, умер уж, взял его бес,
Что ее дитятко "под ракитовым под кустом” "лежит под крестом”.
Смерть думает: "Нечем здесь поживиться”, — и улетает за темный лес.




РУСАЛКА


У нас сейчас в Яхреньге русалок нет.
Русалки-ти в больших реках, в Сухоне все.
Вот говорили, деда моего дед
Поймал такую рыбину в сеть,
Хотят они делать пирог ли что,
Лежит она в сенях ли где.
Вдруг бабы в крик: «Что взял в воде,
Отнеси назад, пропадём а то!»
Дед пошёл проверить: открывает рот,
«Положи, где взял», говорит рыба-та!
Отпустил, где река выходит на поворот,
Было глубже тогда, совсем глубота…
… А над всей деревнею ночь бела,
Рассыпаются птицы — велик и мал.
А под берегом вплеск — то ли ком упал,
То ли Рыба из Сухоны заплыла.




ДОМОВОЙ

Зовут его Филимон, это он сам сказал.
Походил по мне ночью, нет, ну какая кошка:
У кошки четыре, у этого две. Вокзал
Здесь в пяти минутах. Присядемте на дорожку,
Опять возвращаетесь в бизнес свой, суету.
Я ему наливаю в блюдечко понемножку
Молочко, когда есть — и сливки. Какому коту!
Говорю ж, домовому — да это я понарошку.
А вот косы он мне не заплетал никогда...
У вас место нижнее? Сядете у окошка.
Вот на память. Нет, нет, берите. Это всё ерунда.
Приезжайте в августе. В августе здесь морошка.




ЗАГОВОР (БАНЯ)

…Нет и не будёт век
Ни страхов, ни переполохов,
Ни тишин, ни родимца,
Ни щепоты, ни ломоты,
Никакиё боли, никакиё хвори.
Во имя Отца, Сына и Святова Духа.
(д. Якшинская Вологодской области).

Бабушка говорит: "Во-имя-отца-и-сына-и-святого-духа-аминь,
Расти-большая-хорошая-и-чтобы-не-было-ничего”.
Баенка плывет по земле сквозь череду и полынь
Мимо рыжих кур, коров, провожатых странствия моего.

Бабушка говорит: "Будешь теперь мне дочка” — и трет
Спинку во имя Отца и Сына натруженными руками.
С первого взгляда первого встречного кто разберет,
Со всеми его оврагами и сквозняками.

"Будешь мне дочка, Лена”, "…и не было ничего…”.
Баенка та остается со мной на внутреннем поле
Среди некошеных трав времени моего,
Горячего душа, чувства вины, ароматной соли.

"…ни страхов, ни переполохов”. Стою на границе мира,
Упираюсь руками в эмалированный таз.
Как многого мы боимся в своих уютных квартирах,
Как много работали те, кто жили до нас

В суровых домах. Сосны качают кроны.
Бабушка смотрит мне вслед и крестит издалека.
И я забираю душу ее в коробочку диктофона,
А свою оставляю в баенке, бабочкой у потолка.




* * *

А ещё я помню сныть на уровне глаз
и сквозь сныть деревянную крышу, тёмную, как крыло.
Возвращались с Реки. Река в тот день удалась:
в кулачке аммониты и кварц – богатый улов.

У дороги голая печь преграждала путь
(пробежать горелые брёвна – убьёт, только задень).
И внезапно – как славка в траве – предстал летний день,
дался каждым пёрышком. Мы боялись его спугнуть.

А потом обвалилась печь, иван-чай врос в кирпичи.
Улетела и тёмная птица – соседский дом.
Только дикий хлеб, приготовленный в той печи,
до сих пор ароматен каждым погожим днём.







_________________________________________

Об авторе: ЛЕТА ЮГАЙ

Родилась и живет в Вологде. Стихи публиковались в газетах «Независимая газета», «Литературная Россия», «Литературная газета», журналах «Новый мир», «Звезда», «Дружба народов», «Новая Юность», «Сибирские огни», «Байкал», «Дети Ра» и других. Автор книг стихов, в том числе «Между водой и льдом» (М.: Воймега, 2010) и «Где трава высока» (СПб.: Почитаем, 2010. Стихи для детей с иллюстрациями автора).

Лауреат Х Международного фестиваля поэзии на Байкале (в номинации «Видеопоэзия», Иркутск , 2010). Победитель Вологодского турнира слэма (VI фестиваль поэзии «М-8», 2010), участник Всероссийского финала слэма (III фестиваль поэзии «SlovoNova, Пермь, 2011). Участница Форумов молодых писателей России. Лауреат независимой литературной премии «Дебют» 2013 г.

Кандидат филологических наук. Член Союза писателей Москвы.скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
3 249
Опубликовано 05 июл 2014

ВХОД НА САЙТ