Редактор: Валя Чепига
Предисловие Вали Чепиги: Случайная встреча становится образом страны после катастрофы: люди беседуют, делятся болью, страхами и усталостью, но не способны сразу сказать правду и восстановить связь, разрушенную тюрьмами, насилием и годами разлуки. Пьеса «Тени Багдада» (2005) — о мнимом освобождении, об искалеченной любви и о том, что жизнь — хрупкая штука. В переводе с французского Петра Чепиги.ДЕЙСТВУЮТ:
СЕМКО, мужчина лет сорока, темноволосый, среднего роста. Одет в коричневую рубашку, жилетку и брюки.
НАДЕРА, молодая женщина лет тридцати, среднего роста. Одета в длинное чёрное платье, полностью закрывающее тело.
ПОЛИЦЕЙСКИЕ, ТАКСИСТ. Эти персонажи могут быть изображены актёрами на сцене или заменены закадровым повествованием.
Автовокзал Нехдхат в Багдаде, июнь 2003 года, два месяца спустя после падения Багдада и освобождения всех заключённых Абу-Грейба. Бледный рассвет. Слышны автомобильные гудки, редкие одиночные выстрелы, шум голосов.СЕМКО. Извините, я принял вас за одну старую знакомую…
НАДЕРА (улыбаясь). Я действительно так стара?
СЕМКО. Что вы, тысяча извинений, уважаемая, я запутался, я уже не знаю, где я и с кем я. И, честно говоря, пожалуйста, не поймите меня неправильно, вы очень похожи на мою жену, а я не видел её уже много лет. Я ищу автобус или попутку на север или в Киркук… Вы местная?
Надера кивает.СЕМКО. Я только что вышел из тюрьмы. Я больше тринадцати лет не общался с нормальными людьми. Не видел женщин, даже на фотографии. Представьте себе.
НАДЕРА. Бог милостив, а вы такой не единственный.
СЕМКО. Верно, но после тринадцати лет в трёх разных тюрьмах вы не выходите оттуда невредимым. Извините, вы тоже ждёте попутку?
НАДЕРА. Да, то есть нет, лучше бы микроавтобус или такси.
СЕМКО (в сторону). Симпатичная. Этот тяжёлый макияж едва скрывает её лицо, измученное страданиями. Приятно разговаривать с женщиной с нежным голосом, мягкими руками и волосами… которые кажутся неестественными… да она крашеная блондинка!.. почему она так одета?.. ещё она немного неуклюжа... когда она говорит со мной, в её глазах появляется какой-то страх... не буду её беспокоить.
Пауза. Надера время от времени поглядывает на Семко.СЕМКО. Ходят ли в этот час автобусы? А, вот и такси…
ВОДИТЕЛЬ. Куда едем?
Надера подходит ближе к Семко.НАДЕРА. Нет, спасибо, мы кое-кого ждём!
(Отходит от Семко и смотрит на часы). На самом деле я жду одного человека, но не знаю, придёт ли он. Пожалуйста, будьте добры, не уходите. Многие таксисты в наши дни воруют людей или же это полицейские в штатском, а иногда и то, и другое. У некоторых людей плохие намерения, когда они видят женщину одну, они могут принять её за... Вы понимаете, что я имею в виду?
СЕМКО. Нет, нет, буду тут как штык! Не волнуйтесь, конечно!
(Улыбаясь, в сторону). Горжусь собой, а я могу быть заботливым!
НАДЕРА (с улыбкой). Спасибо!
СЕМКО. Всегда к вашим услугам.
Пауза.
НАДЕРА. Так вы понимаете, что я имею в виду?
СЕМКО. Да-да... Простите, я понимаю, конечно, что в этой чёртовой стране женщины практически не курят, но вдруг у вас завалялась сигаретка?
НАДЕРА. Вам повезло, я как раз курю, но не на улице. Повода для гордости, конечно, нет, но… Обождите…
(Достаёт из сумочки три сигареты). Держите, парочку оставите на потом. Думаю, у вас и зажигалки нет?
Семко кивает, берёт протянутую зажигалку и закуривает.СЕМКО. Спасибо вам.
(Про себя). Доверие почти установлено. Думаю, не стоит больше говорить о моём прошлом. Надо её развеселить.
(Надере, не глядя). У вас прекрасные волосы…
(Про себя). Про глаза ничего не скажу, потому что боюсь в них смотреть.
Надера улыбается.СЕМКО. Знаете, там, где я сидел, на стене нашей камеры была крошечная дырочка. Один из моих сокамерников несколько раз в день заглядывал в неё. И главный охранник заметил это. Однажды он вошёл в камеру, очень внимательно посмотрел в эту самую дырочку и сказал: «Ничего не вижу». Сокамерник ответил: «Я тоже». Охранник ушел, рассерженный, и мой сокамерник сказал нам: «Этот парень — идиот. Я месяцами смотрел в эту дыру и ничего не видел, а потом он заходит на секунду и хочет что-то разглядеть…»
Он смеётся, она — нет.СЕМКО. У меня такое чувство, что вы что-то скрываете за вашими макияжем и дешёвыми духами… вы не блондинка… в этой стране только одна женщина из тысячи — блондинка.
Надера снимает платок, а затем и парик. У неё длинные тёмные волосы. Внезапно появляется патрульная машина.МОЛОДОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ (
кричит). Стоять! Руки вверх! Документы!
СЕМКО. Извините, господин офицер… Я только что вышел… из тюрьмы Абу-Грейб. У меня нет… никаких документов. Всех выпустили. Тюрьма совершенно пуста.
МОЛОДОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Да что вы говорите, может, я тоже только что вышел из тюрьмы?
СЕМКО. Клянусь, это правда. В любом случае терять мне нечего, ведите меня обратно в тюрьму.
МОЛОДОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Ваше имя? В каком отделении Абу-Грейба сидели? Кто эта женщина?
СЕМКО. Это моя жена, она больна, я везу её в больницу, мы ждём такси. Машины здесь ездят только по основным маршрутам. Нам больше не выделяют машин скорой помощи, здесь так много нападений…
ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ (выглядит более взрослым, улыбнувшись). Ну что ж, тогда прощайте, приятель, значит, вы из бывших. Извините, но мы ничем не можем вам помочь. Ждите, кто-нибудь да приедет. Можете быть спокойны, мы здесь, чтобы служить народу. Меня зовут Али Хусейн аль-Наджафи, запомните это имя... А давайте я съезжу поищу вам такси.
СЕМКО. Не беспокойтесь. Вообще-то я только что позвонил своему двоюродному брату вон из той телефонной будки. Он будет здесь с минуты на минуту, вот-вот подъедет.
ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Понятно, тогда отбой.
(Молодому полицейскому). Ждёт своего брата. Ну, удачи вам. Надеюсь, вы вооружены, сейчас в Багдаде неспокойно, воры бродят, бандиты опять же… Вы же знаете нашу столицу… Будьте осторожны!
СЕМКО. Не волнуйтесь, господин офицер, мой брат вооружён и взял с собой подмогу…
ВТОРОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ. Ну, всего доброго!
СЕМКО. Да благословит вас Бог!
(Надере.) Мы в безопасности. (
Закуривает вторую сигарету). Скажите мне, ради всего святого, чего или кого вы ждёте в это время на этом вокзале?
НАДЕРА. Кого-то, кто может и не прийти.
СЕМКО. Вы здесь стоите уже давно, а теперь говорите, что он может и не прийти. Я не понимаю… Вы что, из Сопротивления?
НАДЕРА. Какое Сопротивление? Все просто выживают, и я тоже.
(Сердито.) Ладно. Оставьте меня в покое, я ухожу.
СЕМКО. Куда вы собрались?
НАДЕРА. Домой.
СЕМКО. Нет, стойте, не врите. Куда вы собрались одна? На вас нападут. Кто этот человек, который не пришёл?
НАДЕРА. Ждала кое-кого… Может быть, вас?
СЕМКО. Что значит «вас»?
(Смеётся). Меня? Я уже вообще перестал что-либо понимать.
НАДЕРА. Не понимаете? Вы же не настолько глупы?
Пауза.СЕМКО. Ах да, теперь я понимаю, вы…
НАДЕРА. У меня нет выбора. Днём я работаю в школе, а ночью… Не смотрите на меня так… Мне нужно кормить детей, и мать, и платить за аренду…
(Печально.) Нам выдают зарплату каждые три-четыре месяца, а арендодатель, знаете, не ждёт. А дети не понимают, что на жизнь не так-то легко заработать.
СЕМКО. А ваш муж?
НАДЕРА. Какой именно? Первый до сих пор в тюрьме или давно пропал без вести, уж и не знаю. К сожалению, у меня было два мужа. Второй был простым государственным служащим, но работал в службе безопасности при старом режиме. Теперь он скрывается, он в Басре, выживает там как-то.
СЕМКО. А первый? В какой тюрьме он сидел?
Надера молчит и начинает дрожать.СЕМКО. Расскажите о вашем первом муже, может, я видел его в Абу-Грейбе.
НАДЕРА. Его арестовали при старом режиме. Мы искали его повсюду, и единственное, что мы узнали, это то, что он был объявлен пропавшим без вести. С тех пор я ничего о нём не слышала, а это было более десяти лет назад…
Слышится призыв муэдзина к молитве.СЕМКО. О нет-нет, опять!
Закрывает уши руками. Его лицо напряжено, он выглядит встревоженным.НАДЕРА. Что случилось? Вам плохо?
СЕМКО. Не хочу это слышать.
НАДЕРА. Вы что же, атеист? Как будто вы никогда раньше этого не слышали!
СЕМКО. Конечно, слышал! Слишком часто. Дурные воспоминания нахлынули.
НАДЕРА. Что вы, из-за этого прекрасного голоса?
СЕМКО. Нет, меня беспокоит не голос. Несколько моих сокамерников рассказали нам, что когда палачи пытали наших товарищей, а это всегда происходило ночью, примерно во время ночного призыва к молитве, и особенно когда они мучали молодых заключённых, они включали этот призыв к молитве. Несколько моих сокамерников сошли с ума или покончили жизнь самоубийством во время этого призыва, потому что он напоминал им о пытках. Теперь вы понимаете, почему я ненавижу всё это?
НАДЕРА. Господи… Животные!
СЕМКО. Конечно, теперь я ненавижу эти звуки, и уверяю вас, я такой не единственный. Это был один из их методов. Думаете, мы могли выбраться из этих темниц невредимыми? Или ночью, поздно, около полуночи, когда они были совсем пьяны, они включали бесконечные песни этой чёртовой Умм Кульсум и издевались над молодыми, да и над стариками. Мы тысячи раз слышали страдальческие крики под песни Умм Кульсум… Можете себе представить этот кошмар?
НАДЕРА. Да поможет вам Бог!
СЕМКО. Нет, мне не нужна его помощь! Где он был, когда эти ребята кричали? Их крики были слышны за сотни метров, а он, на небесах, оставался глух!
НАДЕРА. Не богохульствуйте! Бог тут ни при чём.
СЕМКО. Я не собираюсь с вами спорить. Простите, я так понимаю, вы верующая… но занимаетесь кое-чем непристойным.
НАДЕРА. Вы не имеете права меня судить. Моё объяснение вас не устроило?
СЕМКО. Да-да, ещё раз тысяча извинений. Но, пожалуйста, поймите и вы меня, когда я говорю, что эти звуки меня беспокоят и вызывают неприятные воспоминания, я…
НАДЕРА. Закурите, может, это вас чуть успокоит.
Семко закуривает ещё одну сигарету.СЕМКО. Да, вы правы… Вы говорили, что давно не видели своего мужа, ну, первого… Верно? Подождите, как его звали?
Внезапно слышится мотор. Резкий звук тормозов, появляется машина, внутри сидят вооружённые люди.СЕМКО (Надере). Будьте осторожны, это гражданские, но они вооружены. Народные ополченцы, не подчиняются никаким законам. Здесь, снаружи, мне страшнее, чем в тюрьме!
ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА. Руки вверх! Не двигайтесь, иначе буду стрелять! Кто такие? Документы! Куда направляетесь?
СЕМКО. Я бывший заключённый тюрьмы Абу-Грейб. Мы ждём моего кузена, уважаемый, он едет за нами. Нам нужно в больницу, а он будет здесь с минуты на минуту.
ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА. У вас нет документов? Так как вас зовут? Откуда вы?
СЕМКО. Я отсюда, из района Каррада Мариам. Провёл здесь всё детство.
ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА. Вы шиит или суннит?
СЕМКО. Я курд.
ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА (Надере). А вы кто такая?
НАДЕРА. Моя мать шиитка, а отец суннит.
ПОЖИЛОЙ МУЖЧИНА (Семко). Ваше имя и место рождения?
СЕМКО. Семко Васта Хама. Родился в Халабдже. Отбывал срок в Красной тюрьме безопасности, затем в Центральной тюрьме, а последние семь лет — в Абу-Грейбе.
Машина трогается с места, но внезапно останавливается. Слышны выстрелы, машина уезжает.СЕМКО. Я ранен! Плечо!!
(Кричит.) Помогите! Кто-нибудь!
Надера падает на землю.НАДЕРА (
со стоном,
обращаясь к Семко). Ты так и не узнал меня?
ГОЛОС. Вызовите скорую, тут раненые, быстрее, сюда! Кажется, женатая пара. Боже мой, она мертва, а он ещё жив…
НАСТУПАЕТ ТЕМНОТА_________________________________________
Об авторе:
ШВАН ЖАФФАРУчился в Багдадском университете, в 1984 г. получил степень магистра драматического искусства. В разгар ирано-иракской войны покинул страну и в течение семнадцати месяцев жил в Тегеране, где изучал фарси. В 1986 г. обосновался в Париже и три года спустя получил диплом по театроведению (Университет Сорбонна). В 2001 г. стал директором культурного центра города Таверни (департамент Валь-д’Уаз); параллельно преподавал курдский язык и литературу в Национальном институте восточных языков (Париж), драматическое искусство в университете Франш-Конте в Безансоне, а также в Национальном университете искусств в Тайбэе (Тайвань). Доктор геополитических наук, судебный эксперт и присяжный переводчик. Перевёл на курдский язык пьесу Эжена Ионеско «Король умирает». Автор и режиссёр многочисленных пьес на французском и курдском языках.
_________________________________________
О переводчике:
ПЕТР ЧЕПИГА
Ученик Льва Николаевича Гумилёва, экономгеограф, кандидат экономических наук, специалист в области экономической экологии. Академик Международной академии наук экологии, безопасности человека и природы (МАНЭБ). Соавтор книги «От генетики к эконике» (Омега-Л, 2021), ряда научных и научно-популярных статей. Драматург. Пьеса «Наш человек в Гаване» (2025 год) по одноименному роману Грэма Грина опубликована в журнале Лиterraтура (номера 234‒236).
скачать dle 12.1
