ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 215 февраль 2024 г.
» » Виктория Лебедева. СНЕГ

Виктория Лебедева. СНЕГ

Редактор: Женя Декина


(рассказ)



Утром пришлось откапываться.
Мама попыталась выйти на веранду, толкнула дверь рукой, потом плечом — ноль эффекта. Потом мы навалились вдвоём, и дверь сдвинулась. Несильно, сантиметров на десять. Стали кричать Никите. Он проснулся, но не сразу. Спустился к нам. Волосы в стороны и перепутанные все, как у ежа иголки, но я промолчала. Навалились втроём и отвоевали ещё сантиметров двадцать, так что стало можно выйти. И видно было — на веранде снегу по колено. А когда ложились, снег шёл не то чтобы сильный, а так.
Я оделась и протиснулась на улицу.
— Куртка! — крикнула мама испуганно, но куртку я не порвала.
И дверь сразу закрыли, чтобы дом не выстудило.
Я долезла до угла, в котором лопата, откопала лопату прямо руками, перчатки сразу стали мокрые и в ледяных катышках. Потом лопатой откопала дверь и дорожку до ступенек. А ступеньки пусть Никита копает, иначе несправедливо.
Тут он тоже выполз, застегиваясь на ходу.
— Куртка! — донеслось из дома. Но это уже про другое. Это мама кричала в смысле «застегнись».
Вторая лопата была в сарае за домом, и я смотрела, как Никита лезет по сугробам, переваливаясь и периодически падая. Сняла видос. Вечером буду дразнить.
Из дома доносилось Сонькино хныканье и мамино бормотание.
Если бы папа не разобрал летом крышу веранды, чтобы ее чинить, сейчас бы и откапываться не пришлось. Но он не починил. Теперь веранда — это три столба на досках. И мама уверена, что так будет всегда.
Перед тем как мы вчера сюда поехали — мама, Никита, Сонька и я,— мама с папой орали друг на друга, но не про веранду. Про что-то другое, с деньгами. По дороге мама плакала и превышала скорость, и мы чуть не ляпнулись раза три, скользко же. Но мы с Никитой старались не орать от страха, а то бы только хуже стало. Ехали с закрытыми глазами. Сонька сперва спала, потом рыдала — она ненавидит автокресло.
За углом стало слышно, как Никита копает. Видимо, он начал делать дорожку прямо с того места, где стоял. Ну правильно. Не лазать же по сугробам туда-обратно, а дорожка всё равно нужна, дровник-то около сарая.
В доме послышался топот, потом — удар в дверь, и вот Сонька выкатилась на улицу, вооруженная ведром и лопаткой. И сразу завалилась, скользко же. И собралась рыдать, но я быстро подняла её за шиворот и поставила на ноги.
— А Дедушка Мороз придёт?
Я пожала плечами. Если бы дома остались, точно бы пришёл. Но родители поругались, а тут — ну какой Дед Мороз. Здесь зимой и людей-то нет почти, соседские дома стоят закрытые.
Сонька собралась вниз, а ступеньки не чищены. Ладно, я почистила. Никите от сарая ещё дофига копать. Перед крыльцом сделался пятачок, куда Сонька спустилась и тоже стала копать, наполнять ведро. Но больше разбрасывала, чем набирала.
Вышла мама. Бледная, но пободрее, чем вчера. Это хорошо. Может, ещё успеем вернуться в город. До Нового года больше полдня.
Мама вышла и посмотрела в сторону ворот. Машина стояла заваленная по фары. Ну ага, уехали… А у меня, между прочим, были планы. Мы с Алёной и Настей в час гулять собирались, у «Шоколада». Сонька копала. Я раскинула руки и упала в сугроб спиной назад. Мягко. Снег сразу набился за шиворот и попал даже в рот. Небо над головой было грязно-белое и пустое.
— Полина! — окрикнула мама грозно. — Ты что делаешь?!
Блин, мама. В ангела играю. Неужели непонятно? Я молча подвигала руками и ногами, чтобы получился ангел, и вылезла из сугроба.
— Ма, чего я один копаю?! — возмутился Никита почти от самого сарая.
— Один ты у нас мужчина потому что! — сказала мама со сложной интонацией.
Понятно. Родители опять разводятся. И как не надоест, а?
— Ма-ам! А Дедушка Мороз придёт? — Это Сонька опять. Она письмо писала, первый раз сама, печатными буквами. Ждёт очень.
— Нет, котик, — засюсюкала мама. — Дедушка Мороз старенький, он на карантине.
— Как бабушка Лена?
— Да.
Сонька постояла, подумала с полминуты — и обстоятельно заревела.
И тут за забором показался мужик с того конца улицы. Мы ещё не познакомились, мы тут новенькие, только весной купили дачу. Мужик с трудом шагал по сугробам и буксовал. Даже отсюда было видно, какое красное у него лицо. Он тащил за собой санки с дровами и бензопилой. Борода у мужика была белая, пышная и доходила почти до груди. И шапка лохматая. А куртка — красная с синими вставками.
— Дед Мороз! Ура! Дед Мороз! — заверещала Сонька и запрыгала на месте.
На крик мужик остановился и посмотрел в нашу сторону. И вдруг сказал дедморозовским голосом:
— Здравствуй, девочка!
Сонька смутилась и спряталась маме за спину.
— Здравствуйте, — сказала мама извиняющимся тоном. — С наступающим!
— И ты здравствуй, красавица! — Мужик остался в образе. — С Новым годом поздравляю, счастья-радости желаю!
Онпомахал Соньке и пошёл дальше, потянул свои санки. Сонька завороженно следила за ним заплаканными глазами, и ресницы её покрылись инеем. А когда он уже скрылся за тетьвалиным забором, спохватилась.
— Ма-ам? А подарки?!
Мама молчала. И было похоже, что она тоже собирается рыдать, они в Сонькой в этом смысле два сапога пара.
— Ну какие подарки, — говорю. — Социальная дистанция же! Вдруг Дедушка Мороз к тебе подойдёт, а ты заразная?
— Я не заразная, не заразная! — запищала Сонька.
— Полина! Зачем ты её дразнишь?!
Мама разозлилась, а значит, не будет плакать. Это хорошо.
— Сонечка, солнышко, Дедушке Морозу сейчас нельзя к нам подходить, его за это оштрафуют, — засюсюкала мама. — Но он ведь пришёл, правда? Специально к тебе, чтобы ты его видела. А подарки он посылкой пришлёт, позже… в городе.
— Ага, мы их на пункте «Озона» потом получим.
— Полина!!!
И тут, пыхтя, из своих сугробов выкопался Никита. Рапортовал, что почистил вон откуда вот докуда. И как бы между делом сообщил:
— Мам, там папа сейчас звонил. Они с дядей Валерой подъезжают уже. Сказал, что в деревне трактор нанял нас спасать. Велел потихонечку собираться, а то до двенадцати в город не успеем.
И Сонька такая:
— Ура, папа! Ура, в город!
И мама такая стоит — и не знает, как реагировать.
Мне кажется, это шанс. Если повезёт, мы ночью всё-таки потусим около «Шоколада». Имею же я право на новогоднее чудо?






_________________________________________

Об авторе: ВИКТОРИЯ ЛЕБЕДЕВА

Прозаик, литературный редактор. Родилась в Московской обл. Окончила МИРЭА и Литературный институт. Публикуется в журналах «Октябрь», «Дружба народов», «Новый мир» и других. Автор нескольких книг для взрослых и детей. Живет в Москве.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
339
Опубликовано 01 фев 2023

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ