Редактор: Сергей Баталов
* * *
Вот стоит она,
держится за папины плечи,
и юбочка её развевается,
и кожа её отражает солнце.
На фоне папиных загорелых рук
её волосы кажутся слишком пшеничными,
слишком неместными
и неуместными,
и они отражают солнце.
Я смотрю на этих двоих из окна
и вижу,
что это я там стою,
держась за папины сильные плечи,
и юбочка моя развевается,
и волосы отливают спелой пшеницей,
словно никогда и не наступало
двадцать шестое ноября.
* * *
Миндаль зацветает раньше,
не дождавшись календарного марта,
осы неспешно собирают нектар
в розовато-зефирных венчиках.
Крокусы пробиваются первыми.
Потом вылезают звездчатка средняя
(нам известная как мокрица),
календула, мать-и-мачеха и другие цветы.
Молодые куры начинают нестись.
Между камнями, на солнечной стороне плоскогорья
выныривают алые маки.
Пахнет кофе. Доносится детский смех
с площадки рядом со школой.
Ровными лоскутами
на пашенном поле
всходят овес и пшеница.
Жизнь потихоньку идет,
и привычно
в небесном покое
плывут самолеты, опережающие скорость звука.
* * *
Весной ко мне на открытый балкон прилетают жуки
(я живу в тёплом климате, за Средиземным морем)
зелёные, чёрные и красно-коричневые;
светло-зелёные чаще всего.
Все они, кажется, закончили лётную школу жуков
с двойками по приземлению.
(Или у них просто нет выпускаемого шасси,
размеченной взлетно-посадочной полосы,
навигаторов, дотошных диспетчеров,
а может, влияют сдвиг ветра
или отсутствие курсо-глиссадной системы,
или на балконе кафель,
и они поскальзываются при торможении.)
Все мои светло-зелёные жуки
приземляются строго на спину.
Строго перевернутыми.
Потом лежат и болтают ножками в воздухе,
силясь перевернуться обратно.
Каждой весной я спасаю сотни псевдо-Грегоров,
возвращая им мир-вниз-ногами.
А может, лишь не даю им
насладиться послеполуденным солнцем
в самый последний час коротенькой жучьей жизни.
* * *
Хорошо быть Плюшкиным.
Заскорузлыми пальцами собирать
в растянутые карманы
пуговки, серьги, монетки, пёрышки.
Одряхлевшей походкой
прошаркиваться
по заваленным комнатам.
Раскладывать по шкафам
мелиссу, лаванду, морской бриз,
а потом — неожиданно! —
возвращаться на луг:
иван-чай, зверобой, тимофеевка.
Бархатистыми пальцами
собирать в бездонное сердце
закаты, рассветы, горы, дороги,
воспоминания.
Хомо эректусом
вальяжно расхаживать
по владениям своей памяти.
ПИСЬМО ВЛАДИМИРУ НАБОКОВУ Дорогой Владимир Владимирович!
С серого севера
ничего мне не присылают —
туда, где живу я,
не доходят письма.
Снимки, лишенные матовости и глянцевитости,
теперь можно слать по ватсапу
(то, что бумага не выдержала,
вытерпел электронный носитель).
Девочка памяти моей
не носит камушки,
не строит дом из песочка,
не бегает голыми ножками по траве
в пригородах Петербурга.
Девочка живет свою жизнь и не знает
(как все эти Дженни, Джоны и Грегоры),
что под хитиновой оболочкой
прозрачные
жиденькие
почти невесомые,
но всё же способные полететь…
(здесь в рукописи письма
следует карандашный рисунок:
две отзеркаленные фигуры,
то ли овалы,
то ли равнобедренные треугольники,
изрезанные линиями,
разными по толщине)
Обнимаю через пространство и время
и никогда не прощаюсь,
Елена.
_________________________________________
Об авторе:
ЕЛЕНА ХАМДАНПоэт, прозаик. Родилась в 1986 году в городе Подпорожье Ленинградской области. Окончила филологический факультет ЛГУ им. А.С. Пушкина (г. Санкт-Петербург). Преподает русский язык как иностранный. Публиковалась на портале «Textura» и в электронном журнале «Пашня», в онлайн-журнале «Дактиль». В 2025 году вошла в лонг-лист конкурса «ТЕРРА ИНКОГНИТА» журнала «Лиterraтура». Живет в Палестине и в г. Подпорожье.
скачать dle 12.1
