Марина Чернова. ЛЕС ТЕНЕЙ

Редактор: Иван Гобзев


(рассказ)



1.
Землю заволокло облаками. Жаль. Сегодня по прогнозу обещали полный океан. А где ещё на него смотреть, как не на пустошах, где твердь под ногами, словно решето? Вот уж и правда дыра мира.
Рома постоял ещё немного и пошёл на обход. Говорят, возле воинской части видели дичков. Рома никогда не видел дичков. Да и откуда им взяться в средней полосе, откуда он родом, там им делать нечего, сразу задохнутся от избытка воздуха. Рома проверил магазин автомата – мало. Лучше подстраховаться – мало ли. Он направил ствол к тверди и нажал пуск. Автомат заработал, как пылесос. Рома снова проверил магазин – ну, кому тут пылю в лоб?
Он обернулся на воинскую часть. Всего-то пару километров отошёл, а дышать уже тяжело. Хотелось вернуться, но приказ есть приказ. Рома достал из рюкзака пластырь и налепил на сонную артерию – на пару часов хватит. В голове сразу прояснилось. Он сделал вдох с удовольствием, хотя в воздухе кислорода не прибавилась. Вот она, страшная сила рефлексов.
А вот и лес теней. Тропинка стала уже, а свет слабее, зато вертикали теней с каждым шагом делались всё плотнее и объёмнее. Ну какие дички? Кому вообще по духу такое уныние? Но любое уныние…
Рома повесил автомат, точно гитару. Ноги тут же подобрали  темп. Тропинка, лучше всякого танцпола, заходила ходуном под его шагами. Пальцы заплясали по прикладу, пока не дошли до спускового крючка. И запели пыли, чеканя единственную мелодию, которую знали. И задрожали тени, и расступился вокруг лес, словно занавес на сцене открылся. И последним аккордом раздался над округой протяжный голодный вой.

2.
Обступили его быстро. Пять взрослых особей взяли в кольцо, нет, шесть, семь… они прибавлялись с каждым ударом сердца. Сколько же их в лесу? Как вообще выживают? Здесь же ничего, кроме теней. Ответ кислотой обволок горло. Но сегодня в их меню нечто новенькое, сегодня в их меню Рома. Они бы разорвали его в первую минуту, если бы не дрались между собой. Он жив только благодаря чужой жадности.
Рома набрал в автомат пыль и выпустил в стаю всю обойму. Какой-то дичок вцепился в оружие и грохнулся на твердь с визгом. Получил пылю в лоб и не издох! Остальные только разозлились. Рома снова выпустил обойму.
И это называется плёвое задание! Всего лишь проверить! Только следы поискать! Вдруг забрела случайная особь! Максимум две! Вспушки поставить и назад!
Одной рукой Рома заряжал автомат, второй рылся в рюкзаке в поисках вспушек. Ага, есть! Он швырнул вспушку как можно дальше. Три, два, один. Вспышку света он видел даже с закрытыми глазами. Жаль у ушей нет век. Дикий визг оглушил, но некогда быть неженкой. Вспушка действует полминуты, а потом засыпает на целые сутки. Рома бежал, и это был его лучший забег за всё время службы. Дички не пытались преследовать. Лишь редкие особи бежали параллельно с ним, по теням.
Он бросал вспушки одну за другой, создавая себе дорогу из света. Уже давно должна была показаться воинская часть. Он остановился. Тропинки под ногами нет, сквозь твердь облака просвечивают, а лес густой, плотный, местами совсем закрывает просвет. Заблудился?
Дичок набросился со спины, вцепился зубами в рюкзак, как в живую плоть, повис, едва не валя с ног. Тяжёлый. Рома двинул его прикладом автомата. Дичок рухнул на твердь, то ли заскулил, то ли зарычал. Всё тело в дырах от пыль, но не кровинки. Рома направил на него автомат, но нажать на спусковой крючок не успел. Дичок, похрамывая, рванул прочь, в безопасный мрак. С чего бы? Боли они явно не боятся, и страха не знают. Рома потянулся к рюкзаку. А вот и причина! Рюкзак! Не было рюкзака, а вместе с ним не было воздуха, воды и света, а значит и жизни. Вот почему дичок прихрамывал! Не от ран, а от груза. Рома выпустил во тьму обойму, тьма откликнулась рычанием, слишком похожим на смех.
Ну и что дальше? Сесть и ждать, пока тени не обволокут его тело, не сравняют с бесплотной твердью? Рома сел, но вовсе не за тем, чтобы умереть. Возле тверди воздуха было больше. Дыхание после бега никак не хотело восстанавливаться. Или дело не в беге? Он коснулся шеи, пластырь почти полностью впитался в кожу. Неужели прошло уже два часа?
Дички снова приближались. Интересно, что быстрее закончится, воздух или заряд в автомате? Он потратил всю обойму на одну особь. Она не скулила. Стояла на лапах до последней пыли и глядела своему убийце прямо в глаза. Как будто понимала. Но если понимала, почему не бежала? Дичок упал, мёртвый или живой, этого Рома не видел, дичка тут же облепили голодные собратья. Роме было всё равно, ни отвращения, ни страха. Он заполнил магазин пылями и выбрал новую жертву. Нужно придумать что делать, пока в мозгу достаточно кислорода, чтобы думать.
Лучше всего собрать свои вспушки, установить их по времени и пусть срабатывают друг за другом часа через два. Так к нему не подберутся дички, зато быстрее найдут сослуживцы. Хороший план. Вот только как отыскать в тенях мелкие вспушки? Он даже огромную воинскую часть потерял.
Конечно его хватятся. Как только он не вернётся, сразу пойдут на поиски. Но теневые леса бескрайни, но теневые леса блокируют сигналы. Он снова выпустил обойму. Его найдут, обязательно найдут. И, словно отражением его мыслей, вспыхнула вдали вспушка. Не его уж точно, они срабатывают раз в сутки. Значит, его нашли?
Рома поднялся на ноги. Ноги шатались, шаталась под ногами твердь, но он побежал к свету.

3.
Дички не бросились вслед – приняли поражение. Одна вспушка затихала, вспыхивала новая. В свете мелькала фигура, но она всегда была далеко, чтобы разглядеть.
– Эй, подожди! – хотел крикнуть Рома, но воздуха хватало только, чтобы дышать.
Последняя вспушка угасла за спиной. Теневой лес снова вступал в свои права. Но что ему теневой лес? Лир стоял на опушке, самой настоящей опушке. Здесь был воздух – дышать не передышать. Здесь был свет – смотреть не пересмотреть. Твердь под ногами была твёрдой, как ей и полагалось по определению. Мимо пролетали в воздухе растения. Рома поймал одну воздоросль, сорвал плод, откусил и едва не простонал от удовольствия. Сок стекал по подбородку, по шее, а Рома кусал и кусал, пока в щеках было место. В этот момент он и увидел Её.
Она сидела на парящих лианах и смотрела на него с улыбкой. Она. 
Сердце стучало неистово. Дыхание перехватило. Бросало то в жар, то в холод. Хотелось смеяться и плакать одновременно. Всё эти признаки были последствием стресса и ничем другим. Но глупый организм нашёл другое объяснение.
– Как тебе мой сад? – спросила она.
Каштановые волосы переливались солнцем, янтарные глаза блестели лукавством. Всё это было играми светом и ничем другим. После леса теней краски стали казаться ярче. Но глупый организм…
– Угу, – выдал Рома вслух, а мысленно диссертацию написал.
– На Земле была сказка про злую ведьму. Она заманивала добрых молодцев к себе в лес, а потом съедала.
На Земле. Сказки. Рома усмехнулся. И резко обрёл дар речи.
– В наше время Земля сама стала сказкой.
Сказкой, в которую мало кто верит. Или не хочет.
Женщина поднялась. Медленно пошла навстречу. Она вроде бы смотрела на него, но он никак не мог поймать её взгляд. Она остановилась в полушаге. Одного роста с ним! А ведь она женщина. Рома никогда не видел таких рослых женщин. В его средней полосе нечасто появлялись люди высокого положения, а если появлялись, то с проверками. Что такая делает в пустошах?
– Ну и как звать тебя, добрый молодец?
– Рома.
Он выпрямился по струнке смирно, чтобы казаться выше. Но кого он пытается обмануть? Она осмотрела его сверху донизу и, судя по недоброму прищуру, оценила его так себе.
– Подлатать бы тебя, Рома, – она помолчала. – Ладно, пошли.
Она развернулась и зашагала прочь. Его ответ явно не требовался. Вполне типично для высоких. Может, дички в сравнении с ней – детская страшилка? Но Рома отбросил эту мысль.

4.
– Добро пожаловать в моё пристанище.
Рома присвистнул. Пристанище, где он служил, было не сильно больше, а ведь там вмещалась тысяча лиц, а здесь она одна.
– Входи.
Но Рома замешкался на входе. У самых дверей сидели на цепи два дичка, самец и самка. При виде людей оба привстали, оскалили клыки и тихо зарычали. Оба мощные, с серой бронёй вместо кожи, с рыжим загривком, идущим вдоль позвонка и уходящим в хвост, и оба с голодным взглядом.
– А ну цыц.
Дички вздрогнули, и Рома вместе с ними.
– Входи.
Рома вошёл. Двери за спиной тут же затворились, и кода доступа ему конечно никто не сказал, но он и не собирался сбегать.
– И кого же мне благодарить? Как твоё имя, спасительница?
– Ирма.

5.
Мимо пробежала девочка лет пяти. Остановилась на пару секунд, завидя гостя, но Рома интереса в ней не вызвал. Ну и хорошо. С настолько маленькими девочками он общаться не умел.
– Твоя?
Глупый вопрос. Но уж лучше прослыть глупцом, чем потом сбегать голышом. Там, где есть деть, найдётся и благодеть.
– Не моя. Тех дичков, что ты видел у входа.
Ирма смотрела в упор, словно ждала реакции, а Рома смотрел в ответ. Запертые двери за спиной неожиданно показались слишком запертыми.
– Разве ты не слышал сказки о Земле? Что там внизу есть моря и океаны. Что там воздух до самого неба. Что там земля даёт плоды и цветы. И что люди некогда жили там.
Рома молчал. Слушал не столько слова, сколько звучание голоса. Может, он всё ещё в теневом лесу, сидит под деревом, окружённый дичками, и от недостатка воздуха бредит? Нет, он не настолько умный, чтобы создать такую яркую галлюцинацию. Всё это происходит на самом деле.
– А потом небо почернело и закрыло солнце. Стало темно, холодно и голодно. Люди переселились сюда, на твердь из космического мусора.
Рома рассматривал Ирму сверху вниз, а она под властью мысли не замечала его взглядов. Что она вообще здесь делает? Ей бы блистать в свете, а не прятаться в тени.
– Твердь не везде твердь. И воздух на ней не везде чист и свеж. Но людей было много и всем нужно где-то жить. Они и жили.
Интонации Ирмы стали жёстче. Жёстче стали и взгляды Лира. Но на Рому ли она смотрела? С ним ли говорила?
– А дальше взялась за дело эволюция. Так получился высокий класс и средний.
Она сделала паузу, в которой отчётливо услышалось, как заскрипел зубами Рома.
– А ещё дички.
Рома вздрогнул. Слова сорвались так быстро, словно кто-то внутри на спусковой крючок нажал.
– Ты считаешь, что у нас с дичками общие предки?
Ирма нахмурилась, словно ждала другого вопроса.
– Я считаю, нет ничего хуже потерять человеческий облик.
И она улыбнулась – словно точку в конце предложения поставила – хватит разговоров.
– Пора бы, кстати, и твоим обликом заняться.

6.
Рома вышел из капсулы здоровья. Сбалансированный по всем пунктам. Ну, почти… Ещё бы кое-что подтянуть.
Ирма сидела на кресле полубоком. На тело накинут лёгкий халат, да и тот лишний, и словно живой понимает это – съехал с правого плеча, оголил угол спины. На левой лопатке татуировка – словно шрам от когтей зверя – вертикали строк – пятистишья.
– Ты всё?
Ирма вышла навстречу. Халат по-прежнему свисал с плеча и теперь оголял не лопатку, но Ирма словно не заметила. Она развернулась и пошла к дверям, и Рома пошёл следом. Она не останавливалась, шла от двери к двери, не остановилась даже тогда, когда дошла до воды.
Воды!
Рома никогда не видел столько воды. В их мире вода была драгоценностью. Необходимый минимум выдавали строго после биорасчётов. Но чтобы вот так… В голове даже не сразу нашлось верное слово – бассейн.
Халат наконец упал полностью, но обнажённым тело было лишь миг – его прикрыла вода. Рома не отставал. Кажется, он всё-таки нашёл свой океан.

7.
Рома вышел на улицу и остановился. Ирма дальше провожать не пойдёт, а он не хотел уходить, не так скоро. Дички на привязи выли, словно их кто-то бил. Хотя их и правда били – свет и воздух.
– Всё равно не верю, – сказал Рома.
Ирма молчала. Стояла «руки в брюки» и смотрела на тёмный лес. Словно и не слышала.
– Не верю, что человек может превратиться в это.
Ирма обняла сзади, облокотилась подбородком о его плечо. Нет, не обняла. Направила его руки с автоматом на дичков и нажала спусковой крючок. Рома не шевельнулся. Он сам в этот миг стал неодушевлённым предметом – оружием в её руках.
– Смотри.
Она отошла, и Рома снова стал Ромой.
– Это верь не броня, это наросты тени.
Ирма присела на корточки возле дичков. Рома сел рядом, и дички, только что спокойные, оголили на него клыки.
– И это кстати тоже.
Ирма обхватила пальцами пасть, демонстрируя массивную звериную челюсть. Дичок вытерпел и это. Рома в общем-то тоже, но с трудом.
– Дички рождаются голыми. Уже потом обрастают тенями.
Она указала пальцем на рану. На дне длинной ямки блестела белая кожа, и правда похожая на человеческую.
– Каждый пятый детёныш у них прямоходячий. Они таких загрызают, чтобы не мучился.
Ирма поглядела на лес. В тенях вспыхнула одинокая вспушка. Оба выпрямились одновременно.
– Тебя ищут. Не хочу, чтобы с тобой нашли и меня.
Она сняла цепь, и повела дичков внутрь пристанища.
– И что дальше? – почти крикнул Рома. Он не рассчитывал на ответ, но она ответила.
– Дальше самое сложное. Разговор с высокими.
Рома улыбнулся, но Ирма этого уже не видела. Двери с шелестом закрылись. Пристанище задрожало, поднимая с тверди пыль, а потом взлетело в воздух, повисело над тенями с полминуты и исчезло в скоростях света.
И всё? Это конец? Улетела навсегда и только татуировку на память оставила? Только не на коже ему выбила, а прямо в сердце – словно шрам от когтей – вертикали строк – пятистишье.

где тьма и свет ведут игру,
где тьма свои растит чащобы,
где свет протаптывает тропы – 
я собираю тени, чтобы
нарисовать ими зарю






_________________________________________

Об авторе: МАРИНА ЧЕРНОВА

Родилась и живёт в Казани. По первому образованию инженер, окончила Казанский государственный технологический университет. Учится в магистратуре КФУ по направлению «Литературное мастерство». Участница Форума молодых писателей России. Финалист литературной премии «Диас». Публиковалась в журнале «Полдень».
скачать dle 12.1