facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
        Лиterraтурная Школа          YouTube канал        Партнеры         
Мои закладки
№ 181 апрель 2021 г.
» » Западная литература о России. Обзор от 15.11.15

Западная литература о России. Обзор от 15.11.15

Ольга Брейнингер

в е д у щ а я    к о л о н к и


Прозаик, критик, переводчик. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького. Живёт в г. Бостон (США), учится в докторантуре Гарвардского университета. Работала журналистом и редактором печатных и электронных изданий в России и Казахстане. Публиковалась в журналах «Октябрь», «Новое литературное обозрение», «Пролог» и др.

Svetlana Boym. Memorial exhibition, curated by Jesse Shapins and Serge Ryappo, Dana Palmer House, Harvard University, 2015


27 октября в Гарвардском университете открылась мемориальная выставка работ Светланы Бойм. Писатель, драматург, учёный-литературовед, критик, фотограф, художник, – и, к моему счастью, на какое-то время и мой научный руководитель – Светлана Бойм была удивительным сочетанием основательного подхода и спонтанных порывов вдохновения. Она преподавала в университете не один десяток лет и, наверное, знала свои курсы наизусть, – и, тем не менее, каждый её класс выглядел полнейшим экспромтом. Можно сказать, что Светлана и была мастером тонких, ироничных, тщательно продуманных экспромтов.

Даже названия её книг – «Смерть в кавычках: Культурные мифы о современном поэте» (среди прочего, о мотиве самоубийства в русской литературе начала XX века. Harvard University Press, 1991), «Общие места» (культурно-антропологическое исследование пространства коммунальных квартир. Harvard University Press, 1995), «Будущее ностальгии» (едва ли не самое тонкое и поэтическое, а вместе с тем – глубокое и пристальное исследование ностальгии во всех ее скрытых и явных аспектах, которое когда-либо было написано. Basic Books, 2001), «Другая свобода: альтернативная история идеи» (Notesforan Off - Modern Condition, 2010. одна из первых попыток написать интеллектуальную историю через новые нарративы и формы видения.) – сами по себе рисуют портрет удивительного человека, совмещавшего в себе как будто несколько личностей, и все из них – красивые, настоящие, глубокие. Каждого, кто её встречал, Светлана заражала желанием быть в чем-то похожим на неё – хотя бы в том, чтобы так же полно отдаваться тем занятиям и поискам, что она вела на академическом фронте, на артистическом, на литературном; и с умением, отточенным до идеальной остроты, передавать своё волнение и очарование каждому, кто соприкасался с ней и её работой.

«Будущее ностальгии» – пожалуй, самая известная работа Светланы Бойм. Назвать эту книгу «монографией» не поворачивается язык, хотя, без сомнения, она является таковой. Но эта хрупкая, удивительная смесь воспоминаний, признаний, откровений – и одновременно постоянных де-туров в философию и историю – на твердом постаменте литературоведения и культурной антропологии – как-то плохо умещается в слово «монография».

Начиная с экскурса по истории самого слова «ностальгия» – которое, вопреки нашим ассоциациям, зародилось не в психологии и не в искусстве, а в медицине – Светлана стремительно проходит через эпохи и дисциплины, чтобы прийти к двум главным вопросам, которые волнуют её. По очень точной формулировке Маргалит Фокс, это вопросы: «Можно ли вернуть ускользнувшее прошлое средствами ностальгии? И должно ли это делать?»

Ностальгия не так однородна и проста, как нам кажется. Тоска по дому, который никогда не вернуть, может вести нас разными путями – и превращать в разных людей. Ностальгия может быть ресторативной, восстановительной (restorative) и рефлексирующей, задумчивой (reflective). В основе первой лежит желание воссоздать утерянный мир, вернуть его в настоящее – например, через собственное обращение к мифологизации истории, возврату к народным символам и мифам. В основе рефлексирующей ностальгии – понимание того, что прошлое невозможно вернуть, что это призрак, который навсегда остается в твоём сознании, но никогда не материализуется.

Одна дорога ностальгии – сродни реконструкции памятников прошлого, другая напоминает брождение среди руин, среди лабиринтов времени и истории в одновременных светлых и горьких мыслях о каком-то другом времени, другом пространстве. Потому что ностальгия – это ведь не тоска по покинутому месту, как мы привыкли думать. На самом деле – это тоска по другому времени, по детству, юности, по тем дням, когда мы были счастливы, и которые мы неосознанно наносим на карту, начиная думать о них как о топосе, не о хроносе.

С этой мыслью Светлана Бойм проводит нас через изменившиеся ландшафты городов, где она бывала когда-то раньше – Берлина, Парижа, Санкт-Петербурга – связывая их с теми образами, что сохранились в её памяти, и с тем, какими «воображаемыми» домами они становились, например, для Набокова, или Мандельштама, или Бродского. Ностальгия, говорит Светлана Бойм, – совсем не то же самое, то меланхолия. Меланхолия – это глубоко личное переживание, воспоминание, в то время как ностальгия – это осознание себя как части большего мира, нащупывание связей между своей историей и историями народов; наконец, поиск связующих звеньев между индивидуальной и коллективной памятью.

И, наконец, ностальгия всегда неотрывно связана с будущим – потому что мы конструируем будущее, основываясь на нашем прошлом, и подстраиваем свои воспоминания под то, каким хотим видеть будущее.

«Будущее ностальгии», эта монументальная работа Светланы Бойм, связана с небольшим текстом, который она перерабатывала, меняла и дополняла на протяжении многих лет – потому что наряду с архитектором крупных прозаических форм она была и внимательным фотографом с острым глазом, который видит целую историю не только там, где она разворачивается во времени и пространстве на протяжении сотен страниц, но и там, где она дана в одном моменте, воспоминании, блике, снимке. Этот текст – дополнение к артистическому манифесту Светланы. Он называется «Ностальгическая технология: Заметки для манифеста Off-modern» и доступен на её официальном сайте.

Как и в большинстве её работ, в этом тексте Светлану занимает время, а точнее, значение времени для художника, его обманчивость. Призванные хоть как-то бороться со стремительностью времени и запечатлевать его отдельные отрезки, префиксы аван-, пост-, транс-, говорит Светлана Бойм, сегодня выглядят устарелыми. Они делают время похожим на поезд, в который художнику нужно обязательно успеть запрыгнуть, иначе ты станешь аутсайдером. Но ведь не обязательно мыслить категориями «in-out» («внутри-вовне») – предлагает Светлана, – возможно, для художника гораздо продуктивнее будут размышления о том, что значит быть «on» или «off». «Off» всегда подразумевает какую-то смещённость – как будто не совсем в общем потоке, не совсем в том же свете, не совсем… Для Светланы, которая называла своё искусство «off-modern», это значило быть внутри времени – и в то же время находиться вне его, не забывать о большей картине, которая стоит за каждым отрезком современности. Не нужно быть совершенно современными, – утверждала она, – лучше быть off-modern – современными, но не совсем, подобно непредсказуемому движению рыцаря (коня) на шахматной доске или уходу в сторону от центра для того, чтобы исследовать ещё не обнаруженные возможности модерности.

Светлана Бойм дальше, чем кто-либо другой, заходила в неизученные просторы времени и лучше, тоньше, чем кто-либо, понимала ностальгию – со всеми её закоулками, тупиками, ловушками и неожиданными поворотами. Мне хотелось бы думать, что среди всего, чему я научилась у неё, было и искусство тосковать, вспоминать, рефлексировать – например, вспоминать и думать о ней самой – не превращая образ Светланы в своей памяти в застывший монумент, но обновляя, отклоняясь и снова возвращаясь к нему, чтобы находить в истории моего знакомства с ней новые блики воспоминаний и ранее скрытые от меня смыслы.
скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
1 935
Опубликовано 16 ноя 2015

ВХОД НА САЙТ