facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 188 ноябрь 2021 г.
» » Антон Барышников. ПРАВДИВЕЙШАЯ САГА О НЕРЕ И СПАСЕНИИ КОННАХТА

Антон Барышников. ПРАВДИВЕЙШАЯ САГА О НЕРЕ И СПАСЕНИИ КОННАХТА

Редактор: Серафима Орлова



(пьеса)


Действующие лица:

ТАМАРА ПЕТРОВНА, кассир
ВАДИК, промоутер
НИКОЛАИЧ и ВАЛЕРЬИЧ, охранники
НЕРА, воин из пятины Коннахта
ПОКУПАТЕЛЬ
СВЕТА, покупательница, затерянная в недрах магазинов
МАЙОРОВ, капитан полиции
АШШУРБАНАПАЛ, повелитель Ассирии, царь царей

Все события происходят в обычном сетевом супермаркете. Таких много в любой стране мира.

1.
10:00. Зал супермаркета. Промоутер Вадик страдает у пластикового прилавка с сигаретами. Кассир Тамара Петровна скучает, тыкая пальцем в планшет. Мимо Вадика с тележкой тихо бредёт покупатель опционального возраста.

ВАДИК. Добрый день, вы наверняка курите.
ПОКУПАТЕЛЬ. Утро.
ВАДИК. Доброе утро, вы наверняка курите.
ПОКУПАТЕЛЬ. Нет.
ВАДИК. Но собираетесь.
ПОКУПАТЕЛЬ. Неа.
ВАДИК. Но у вас курят друзья и родственники.
ПОКУПАТЕЛЬ. Увы.
ВАДИК. Что, никто не курит?
ПОКУПАТЕЛЬ. Никого нет. Ни друзей, ни родственников.
ВАДИК. Совсем?
ПОКУПАТЕЛЬ. Совсем.
ВАДИК. Тогда попробуйте наши сигареты — «Пепел души», новая серия, ограниченный тираж, ментол и авторский декупаж каждой сигареты. Пепел души. дети завидуют, взрослые — стреляют!

Вместо ответа покупатель поворачивается спиной к Вадику и толкает свою тележку к кассе.

ТАМАРА ПЕТРОВНА. Товар по акции не желаете?
ПОКУПАТЕЛЬ. Нет.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Может, тушёнку за 47 рублей?
ПОКУПАТЕЛЬ. Нет.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Несквик или водочки?
ПОКУПАТЕЛЬ. Нет.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Ну тогда, может, эскалоп? Пельмени? Игрушка?
ПОКУПАТЕЛЬ. Арахис?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Что?
ПОКУПАТЕЛЬ. Извините, я думал, вы в слова играете.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Мне не до игр, я на службе.
ПОКУПАТЕЛЬ. Конечно.

Расплачивается, медленно и нудно раскладывает продукты по пакетам. Тамара Петровна скучает, Вадик смотрит в потолок. Неожиданно в магазине появляется Нера, сын Кета. Он выглядит как типичный герой ирландской саги, оказавшийся посреди супермаркета.

НЕРА. О, жители сида, волшебной страны, скрытой от глаз людских в дневную пору! Приветствую вас! Знайте, что мысли мои чисты, как лебедь после рассветного купания.

Подходит к кассе, отталкивает покупателя.

ПОКУПАТЕЛЬ. Вы меня толкнули.
НЕРА. Это не я, это ветер богов и воля войны заставили наши плечи встретиться, мой друг.
ПОКУПАТЕЛЬ (Вадику). У меня есть друг!
ВАДИК. Отлично! Он курит?
ПОКУПАТЕЛЬ. Вы курите?
НЕРА. Нет, я Нера, сын Кета, сына Магаха, воин славного Коннахта и верный слуга короля Айлиля.
ПОКУПАТЕЛЬ. Вроде не курит. Но у него есть родственники. Может, кто из них.
НЕРА. Мой род славен в Коннахте, имя его известно и в четырёх других пятинах, от Улада до Мюнстера.
ПОКУПАТЕЛЬ. У него много знакомых. Наверняка кто-то курит.
ВАДИК (Нере). Приглашаю вас принять участие в акции нашей компании.

Нера делает шаг вперёд.

ТАМАРА ПЕТРОВНА (поднимается со стула, повисает над кассой). Через кассу заходить нельзя.
НЕРА. Запрет священный? Друид предупреждал меня, что будет так. Дева судьбы, говорил он, преградит мне путь, и должно цену уплатить.

Кладёт меч на прилавок, притягивает к себе Тамару Петровну, целует в губы.

ПОКУПАТЕЛЬ. У меня очень интересные друзья.

Нера отпускает Тамару Петровну.

НЕРА. Я цену входа уплатил сполна. Прощай, дева судьбы.

Тамара Петровна ошарашенно молчит. Нера подходит к Вадику.

ВАДИК. Не хотите попробовать наши новые сигареты? Новая формула, ментол, бензол и валидол, на пять процентов меньше никотиновых смол.
НЕРА. Ты, верно, здешний заклинатель? Скажи мне, где найти спасение для своего народа.
ВАДИК. Что?
НЕРА. Я должен спасти Коннахт.
ВАДИК. Простите?
НЕРА. Властитель над словами, помоги мне. Враги не будут ждать, они сожгут мой дом, сломают хлев и вытопчут весь сад. Я должен отыскать их повелителя.
ВАДИК. Товары для дома и сада вон там. (Показывает рукой вглубь торгового зала). Сразу после прилавков с зеленью.
НЕРА. Спасибо тебе, добрый дух. Я знаю, чем платить. ватает Вадика за плечи, крепко целует в губы.)

Закончив с поцелуями, Нера зажимает в зубах боевой нож, хватает левой рукой — топор, правой — меч.

НЕРА. Уммлдадлдлвыадлывлывывдлмв!

С этим боевым кличем герой бросается в мир, скрытый от зрителя прилавками и полками. Слышен грохот и гром.

ТАМАРА ПЕТРОВНА (очнувшись от постпоцелуйного синдрома). Так это он всех целует! Негодяй какой.
ВАДИК (утирая губы). Пепел души. Хочешь — дыши, не хочешь — не дыши.
ПОКУПАТЕЛЬ. Интересно тут у вас.

Покупатель, наконец вспомнив про пакеты, разворачивается, чтобы уйти, и сталкивается с охранниками — Николаича и Валерьича.

НИКОЛАИЧ. Где он?
ПОКУПАТЕЛЬ. Кто?
ВАЛЕРЬИЧ. Этот, прст, в юбке и татухах, клмн.
ПОКУПАТЕЛЬ. Там.
НИКОЛАИЧ. Где?
ПОКУПАТЕЛЬ. Там. Тамара Петровна видела, куда он пошёл.

Охранники отталкивают покупателя и бросаются к кассе.

ВАЛЕРЬИЧ. На секунду покурить вышли, прст. Сразу какая-то идиотина в магаз пробралась, бвгд.
НИКОЛАИЧ. Тамара Петровна, где он?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Кто?
ВАЛЕРЬИЧ. Чудик какой-то, клмн. В юбке и всём таком.
ПОКУПАТЕЛЬ. Я, наверное, пойду.

Никто не обращает на него внимания, так что он неспешно и нехотя уходит.

ТАМАРА ПЕТРОВНА. Это который с мечом? Или который с сигаретами.
НИКОЛАИЧ. Который с мечом.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. С сигаретами вон там стоит, торгует.
ВАЛЕРЬИЧ. Не, нам с мечом нужен и остальными вот этими штуками.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Меч типа Ла-Тен три-бэ? Позднежелезная доримская эпоха, две режущих кромки, притупленный конец, простая гарда?
НИКОЛАИЧ. Не, гарда с перекрестьем.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Хм. Тогда не видела.
ВАЛЕРЬИЧ. Чёрт, упустили, гада, клмн.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Постойте, вот же я дура. Я же гарду-то не видела! Он меня схватил и поцеловал, не успела я всё рассмотреть. А издалека — не могла, подслеповата стала. Компьютеры везде, знаете ли, тут и дома. Тут-то ладно, касса, открыла-закрыла, цифры сверила, только иногда, когда никого нет, достанешь планшет, потыкаешь в него, андроид обновишь, а то если андроид не обновить, критические ошибки через одну вылезают, вот я пару часов назад обновила, а он ещё хочет. Дома и того хуже. пока посидишь, с друзьями поболтаешь по скайпу, в сетях этих ваших, ну, в общем, пока глаза не заболят. А как заболят — ложишься на кровать, смотришь в потолок и думаешь, а есть ли в жизни смысл. Чем больше думаешь, тем меньше глаза болят. Правда, потом душа болеть начинает.
НИКОЛАИЧ. Так где он?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. К тому, который с сигаретами, побежал. А потом дальше куда-то.
ВАЛЕРЬИЧ. Завалим, гада, прст.

Николаич и Валерьич подбегают к Вадику. Тот всё не может выйти из постпоцелуйного ступора.

НИКОЛАИЧ. Где он?
ВАДИК. М.
ВАЛЕРЬИЧ. Чё?
ВАДИК. Эээ… Простите. Вы курите?
НИКОЛАИЧ. Не сейчас.
ВАЛЕРЬИЧ. Накурились уже.
ВАДИК. Тогда, быть может, ваши друзья, знакомые кур… Нет, не могу. (Начинает плакать.) Он… он…
НИКОЛАИЧ. Где он?
ВАЛЕРЬИЧ. Малой, ты чего, клмн? Что он с тобой сделал?
ВАДИК. Он меня поцеловал. Взял и поцеловал. А потом убежал?
НИКОЛАИЧ. Куда?
ВАДИК. В губы.
ВАЛЕРЬИЧ. Что же за хулиган такой, всех целует без разбора. Куда он побежал?
ВАДИК. Туда. В раздел для дома и сада.
НИКОЛАИЧ. Рядом с зеленью?
ВАДИК. Рядом с зеленью.

Вновь плачет.

ВАЛЕРЬИЧ. Там, где фенхель?
ВАДИК. Да.

Николаич достаёт дубинку.

НИКОЛАИЧ (Валерьичу). Я пошёл. Прикрой.
ВАЛЕРЬИЧ. Понял, клмн.

С дубинкой на перевес Николаич уходит в горизонт прилавков. Валерьич достаёт рацию и наблюдает за ним издалека.

НИКОЛАИЧ. Я на месте.
ВАЛЕРЬИЧ. У фенхеля?
НИКОЛАИЧ. Да.
ВАЛЕРЬИЧ. Этот, прст, там?
НИКОЛАИЧ. Не вижу.
ВАЛЕРЬИЧ. Хитрый мерзавец. Около петрушки смотрел?
НИКОЛАИЧ. Нет его.
ВАЛЕРЬИЧ. Подлец какой. Под луком глянь.
НИКОЛАИЧ. Пусто.
ВАЛЕРЬИЧ. У пекинской капусты?
НИКОЛАИЧ. Нет… Здесь кто-то есть. Ах ты!

Слышен шум борьбы, что тяжёлое и хрупкое падает.

ВАЛЕРЬИЧ. Николаич, клмн, держись! Бросается на помощь, исчезает в дебрях товаров.
ГОЛОС НЕРЫ. Отрадно и почётно мне попасть обнажить меч перед вами, несокрушимые ясени битвы! Пусть льётся сок войны, пусть птицы доблести взлетят над нашей сечей.

Грохот, крики.

ТАМАРА ПЕТРОВНА. Расшумелись-то как. Неймётся им. (Достаёт планшет). Так, что тут у нас…
ВАДИК. Нет, нет. (Вытирает губы платком.) Ничего не было.

Появляются охранники. Валерьич весь в крови, но цел, тащит на себе Николаича, пронзённого мечом. Меч продолжает торчать из живота.

ВАЛЕРЬИЧ. Ох ты ж, Николаич, прст, клмн, бвгд, эюя, держись.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Господи, убили?
ВАДИК. Ничего не случилось, ничего не было.
НИКОЛАИЧ. П-п-п-посади меня. Больно.

Валерьич усаживает Николаича около прилавка с сигаретами.

ВАДИК (приходя в себя). Что случилось?
НИКОЛАИЧ. Да так. Поцарапался.
ВАЛЕРЬИЧ. Дрались мы с этим психом, клмн, и почти победили, фхчщ, но Николаичу брокколи помешали. Дубинка в них застряла, пока Николаич пытался её выдернуть, этот сориентировался и мечом ткнул.
НИКОЛАИЧ. Брокколи… Я знал, что так всё кончится.
ВАЛЕРЬИЧ. Держись, Николаич. Ещё ничего не кончилось, прст.
ТАМАРА ПЕТРОВНА (воинственно потрясает планшетом). Я звоню в полицию.
ВАЛЕРЬИЧ. Быстрее, Тома, быстрее, клмн.
ВАДИК. А меня мужчина поцеловал.
НИКОЛАИЧ. Как-то крови много. Откуда?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Алло, полиция? Алло? Тут у нас… (Меняет спокойный голос на истеричный.) Тут у нас челоооовека убиииииииили! (Меняет обратно.) Приезжайте срочно. Кстати, а кто это говорит? Марина? Ой, давно не виделись, дай я видеовызов сделаю. Сейчас, как тут это… (Начинает возиться с планшетом.) 

Подталкивая перед собой покупателя, появляется полицейский. Судя по погонам и прищуру — капитан.

ПОКУПАТЕЛЬ. Почему вы меня толкаете? Почему меня сегодня все толкают?
КАПИТАН. Никто вас не толкает, гражданин. Вас мягко направляет рука правосудия.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. О, так быстро! (В планшет.) Марина, ваши уже здесь.
КАПИТАН. Мы работаем на опережение и профилактику возможных правонарушений. Попрошу отключить устройства связи.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Отключить? Но мы же не в театре!
КАПИТАН. Это обстоятельство ещё предстоит уточнить. Не спорьте, гражданка, выключите свою штуковину.
ВАЛЕРЬИЧ. Начальник, мы здесь!

Капитан кивает.

ПОКУПАТЕЛЬ. Может, вы всё-таки скажете, на что толкает меня рука правосудия?
КАПИТАН. Понятым будете. Или свидетелем. Может быть, даже подсудимым. Как пойдёт. (Достаёт из кобуры пистолет, трижды стреляет в воздух.)

Все, включая израненного Николаича, поднимают руки вверх.

КАПИТАН. Чего вы руки поднимаете? А, из-за этого. (Убирает пистолет в кобуру.) Прошу прощения, немотивированный позыв, ничего не могу поделать. Я — капитан Майоров, кого здесь убили?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Чей капитан?
КАПИТАН. Полиции. Степан Григорьевич Майоров.
ВАЛЕРЬИЧ. Свезло тебе с фамилией, клмн.
КАПИТАН. Не очень. Дедушка был Генералов, но отца, увы, разжаловали. Так, кто здесь убит?
НИКОЛАИЧ. Я.
КАПИТАН. Ясно. Кто свидетель?
ВАЛЕРЬИЧ. Я. Ну и они тоже, только они ничего не видели, прст.
КАПИТАН. Как это не видели?
ВАЛЕРЬИЧ. Ну этот… (Показывает на покупателя.) Этот уже ушёл. А этих, клмн, бвгд, тот чудило с мечом поцеловал, они и забыли обо всём.
КАПИТАН (достаёт записную книжку). Так. Значит, имели место два поцелуя и одно ножевое ранение.
ВАЛЕРЬИЧ. Не, его не ножом пырнули, прст.
КАПИТАН. А чем?
НИКОЛАИЧ (приподнимаясь). Тут меч, капитан. Ла Тен три-бэ.
КАПИТАН. Ну да, ну да. Вижу. Два режущих края, гарда с перекрестьем. Типичный Ла Тен. (Делает пометки.) Так, с мечом всё понятно.
НИКОЛАИЧ. Можно вынимать?
КАПИТАН. Нет, оставьте, это место преступления, ничего трогать не надо.
НИКОЛАИЧ. Мне немного больно.
КАПИТАН. Быть такого не может. Вы же труп.
НИКОЛАИЧ. Но я вроде ещё дышу.
КАПИТАН. Кто вызвал полицию?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Я.
КАПИТАН. Вы сказали про убийство?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Да.
КАПИТАН. Видите, значит, у нас убийство. Раз убийство, значит, должен быть труп.
НИКОЛАИЧ. Но я вроде дышу и говорю.
КАПИТАН. Не имеет значения. У вас справка есть, что вы живы?
НИКОЛАИЧ. Нет.
КАПИТАН. Вот, видите. Пока справку не получите, будете трупом. У нас по факту заявления есть факт трупа. Иные состояния вашего тела определяются строго в правовом поле исключительно на основе нормативных документов. Ясно?
НИКОЛАИЧ. Ясно.
ВАЛЕРЬИЧ. Даже я понял, ёпрст.
КАПИТАН. С трупом разобрались. Вернёмся к поцелуям. Как я понял, они были несанкционированными и безответными?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Почему же… Очень даже ответ…
ВАДИК (прерывая её). Безответными, да.
КАПИТАН. Вы путаетесь в показаниях.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Ничего мы не путаемся. Поцелуй был ответный и взаимный. Я хоть женщина и приличная — в свою защиту скажу, что первым начал тот, с мечом — так вот, я хоть женщина и приличная, но поцелуй был хороший. Мне понравилось.
ВАДИК. А мне не понравилось. И я не хотел.
КАПИТАН. Молодой человек, давайте внимательнее. Вопрос простой. вы ответили на поцелуй?
ВАДИК. Кажется, нет.
КАПИТАН. Что значит «кажется»? Давайте начистоту. Двигались ли ваши губы в ответ призывным действиям? Почувствовали ли вы дрожь по всему телу, от пятки до холки, во время совершения поцелуйных действий?
ВАДИК. Немного.
КАПИТАН. Ясно. Так и запишем.
ВАДИК. Я теперь гей?
КАПИТАН. У нас презумпция невиновности, так что ждите решения суда. Теперь о приметах. Как он выглядел?
ПОКУПАТЕЛЬ. Он был очень дружелюбный.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Говорил странно.
ВАДИК. Я не гей. Я не хочу быть геем. Это не по-нашему.
ВАЛЕРЬИЧ. Довольно высокий, одет, как герой ирландских саг.
КАПИТАН. Исландских саг?
НИКОЛАИЧ. Ирландских.
ВАДИК. Меня мама из дома выгонит. У нас в семье таких ещё не было.
КАПИТАН. Ирландских, значит. Пикт, что ли?
ПОКУПАТЕЛЬ. Нет, пикты — в Шотландии. А этот из Ирландии.
КАПИТАН. Ага. Он представился?
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Нероном назвался. Или чем-то вроде того.
КАПИТАН. Чем вооружён?
ВАЛЕРЬИЧ. Нож у него. Меч, но этот уже не у него. Ещё топор, прст.
ВАДИК. Надо что-то делать. Мне ещё слишком рано, я так молод, я жить хочу.
ПОКУПАТЕЛЬ. Ещё у него были звёздочки и нунчаки.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Нет, нунчаков точно не было.
ПОКУПАТЕЛЬ. Он мог их спрятать.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Где? Он же даже без рюкзака зашёл.
НИКОЛАИЧ. К нам в магазин с рюкзаком нельзя. В камеру хранения должен был сдать.
ПОКУПАТЕЛЬ. Странно, я был уверен, что у него есть нунчаки.
КАПИТАН. Это вообще частая ошибка. Смотришь, бывало, на человека и думаешь, вот наверняка у него есть нунчаки. А потом раз — и нет, никаких нунчаков. И даже не планируется. Весь дом обыщешь — ни одного нунчака.
ПОКУПАТЕЛЬ. А мы сейчас у него самого спросим. Эй, друг, мы здесь! (Приветственно машет рукой.)

Появляется Нера под руку со Светланой в белом платье невесты. Все с удивлением смотрят на них.

НЕРА. Средь множества цветов с твёрдыми листами обрёл любовь. Пророчество сбылось, в стране духов я муж жены отныне.
СВЕТЛАНА (смущённо). Здравствуйте. Меня Света зовут.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Я тебя помню, ты позавчера фисташки покупала!
СВЕТЛАНА. Тише. Он ещё не знает.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Чего не знает?
СВЕТЛАНА. Что я фисташки ем.

Капитан внимательно смотрит на Неру.

КАПИТАН. Скажите, это ваш меч?
НЕРА. Да, благородный муж, то меч, что мне ковал Фергус, сын Фергуса, сына Фергуса, лучший кузнец Коннахта.
КАПИТАН. Вы арестованы.
СВЕТЛАНА. Что? За что? Его нельзя арестовывать, он только что женился.
КАПИТАН. Гражданка жена, успокойтесь. Возьмите на кассе орешки и пожуйте.
СВЕТЛАНА. Он ничего не делал, он просто пришёл к витрине с мороженой рыбой, и мы поженились.
КАПИТАН. Ваша информация очень важна для нас. Но всему своё время. (Кивает в сторону Тамары Петровны и покупателя.) Посидите вон там. А вы гражданин, арестованы и будете допрошены.

Светлана нехотя отходит к кассе и начинает грызть фисташки вперемешку с арахисом.

НЕРА. Слова твои подобны туману слепоты, что насылает море на Улад.
КАПИТАН. Что?
ВАДИК. Он вас не понял.
КАПИТАН. А ты как понял, что он не понял?
ВАДИК. Я немного филолог.
КАПИТАН. То есть вы с ним не просто так целовались?
ВАДИК. Нет. Я не из этих филологов. Я нормальный филолог.
СВЕТЛАНА. И он не из этих, он очень мужественный, настоящий мужчина. Обещал мне ухо отрезать, если буду изменять.
КАПИТАН. Гражданка, кушайте орешки. К Вадику. Хорошо. Будешь переводить. Скажи ему, чтобы он бросил оружие.
ВАДИК. Бросьте оружие.
НЕРА. Как скажете, жители сида. Я брошу. Но помните, я отныне связан кровью с вами.

Нера бросает оружие.

КАПИТАН. Хорошо.

Капитан достаёт пистолет и стреляет в сторону.

КАПИТАН. Простите. Что-то накатило.
ПОКУПАТЕЛЬ. Бывает.
ВАЛЕРЬИЧ. Да мы понимаем, прст. Самим хочется.
КАПИТАН. Ну ладно. (К Вадику.) Спроси его, кто он такой.
ВАДИК. Кто ты такой?
НЕРА. О, ясень битвы, узри перед собой Неру, сына Кета, сына Магаха из славной пятины Коннахта.
КАПИТАН. Что?
ВАДИК. Он из Коннахта. Древнеирландское королевство такое.
КАПИТАН. А. Ну я так и подумал сразу. А почему он меня ясенем битвы обозвал?
ВАДИК. Это он имел в виду, что вы выглядите как воин. В сражении стояли бы столбом несокрушимым.
КАПИТАН. Ясно. Так вот, для начала передай, гражданину Нере Кетовичу, что я — не ясень битвы, а тополь правопорядка.
ВАДИК. Он — тополь правопорядка.
НЕРА. Приветствую тебя, древесный дух.
КАПИТАН. А теперь спроси, почему он врывается в наши супермаркеты и мечами машет направо-налево.
ВАДИК. Почему?
НЕРА. История печальнее крика морской птицы. Пред тем, как я начну, прольются слёзы скорби.

Нера начинает плакать.

КАПИТАН (шёпотом, Вадику). Скажи ему, чтобы не торопился. Я записываю.

Нера замолкает. Смотрит вдаль, словно вспоминая.

ВАЛЕРЬИЧ. Николаич, ты живой, клмн?
НИКОЛАИЧ. Говорят, что нет.
ВАЛЕРЬИЧ. А как сам чувствуешь, прст?
НИКОЛАИЧ. Чувствую.
СВЕТЛАНА. Вот и я сразу почувствовала. Как его увидела, так сразу и почувствовала. Стою, значит, смотрю на палтус, поворачиваю голову — а там он.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Красивый?
СВЕТЛАНА. Очень. Сидит на горе ананасов и плачет. Я к нему подошла, обняла, и мы поженились.
ПОКУПАТЕЛЬ. Быстро вы.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. И правильно. И чего тянуть. Часики-то тикают. У меня дочка вот так и говорит. мам, я пять раз замуж выходила, и шестой выйду, так вот ей нравится, всем очень рекомендует попробовать.
СВЕТЛАНА. Оно, конечно, пока всё неофициально. Надо ещё фотосессию сделать, без фотосессии брак не считается, мне все так говорят.
КАПИТАН. Эй, тише! Подозреваемый готов.

Нера начинает говорить. Все замолкают.

НЕРА. В ночь Самайна пировали мы, славные воины Коннахта, при дворе короля Айлиля. И было нас трижды тридцать три, не было среди нас ни одного зайца войны, ни одного тронутого духами, и даже женщин почти не было, кроме прекрасной королевы Медб. Она восседала подобно той деве судьбы, любовно глядя на своего повелителя, короля Айлиля. (Показывает на Тамару Петровну и покупателя.) Мы пили, распевали песни, сражались за лучшие куски. А потом король, как сокол неба, поднялся с трона и сказал.
ПОКУПАТЕЛЬ (голосом Айлиля). Есть ли среди воинов храбрец, что выйдет за изгородь в ночь Самайна?
НЕРА. Все замолчали. Никто не хотел идти к духам, ведь знали все, что они всей ненасытной сущностью своей алчут крови живых в эту ночь. Молчали мы — прошло не меньше тридцати вздохов совы. Потом речь подхватила королева.
ТАМАРА ПЕТРОВНА (голосом королевы Медб). Нет ничего страшного в трусости ясеней битвы, храбрых псов боя, ведь даже собака боится того, что неведомо ей.
НЕРА. Тогда я поднялся и громко воскликнул, что выйду за изгородь.
ПОКУПАТЕЛЬ (голосом Айлиля). Ты храбр, мой Нера, как твой отец был храбр в бою с королём Конхобаром. Иди же за изгородь, как выйдешь, там увидишь дуб.
ТАМАРА ПЕТРОВНА (голосом королевы Медб). На дубе том есть труп. Его сними и в дом неси. Так доблесть ты свою покажешь вместе с умением развязывать узлы.
НЕРА. Веленье правителей — счастье для слуг. Я вышел из дома, пробрался за изгородь, снял мертвеца. (Встаёт, подходит к Николаичу, поднимает его и забрасывает одну руку себе на плечо.) И лишь захотел к порогу ступить, как жертва воронья сказала мне…
НИКОЛАИЧ (голосом древнеирландского мертвеца). Воды дай мне, воин.
НЕРА. Священней просьбы не услышишь от живого, что говорить про мертвеца! Наш путь к сердцу подземной воды лёг теперь. Но стоило нам подойти, как вспыхнул огонь. Тогда мертвец вновь обратился ко мне.
НИКОЛАИЧ (голосом древнеирландского мертвеца). Это пророчества, Нера, сын Кета. Будет Коннахт разорён царём, что с востока грядёт, королевство падёт, и некому будет собрать урожаи трижды три по пять лет.
НЕРА (аккуратно помогает опуститься Николаичу на место). Горько я плакал о будущем родины, когда мертвец, испив моих слёз, вновь сказал.
НИКОЛАИЧ (голосом древнеирландского мертвеца). Отправься в мир сида, в мир духов, Нера, сын Кета. Там ты сразишь одного сына битвы, там ты возьмёшь себе в жёны девицу, что рыбой любуется, там ты увидишь царя, что с востока грядёт. Сможешь его одолеть — пламя Коннахт обойдёт стороной.
НЕРА. Я бросился в сид, где духи живут. Один вот сражён, другая — жена мне. Осталось владыку востока найти.

Нера заканчивает рассказ. Наступает тишина, которую неловким переводом прерывает Вадик.

ВАДИК. Подозреваемый говорит, что у него спецзадание.
КАПИТАН. Да. Я понял. Передай гражданину Нере, что история хорошая, слишком хорошая, чтобы быть правдой.
ВАЛЕРЬИЧ. А мне кажется, так и есть. Сразу видно, человек правду говорит.
СВЕТЛАНА. Я не любовалась палтусом. Я просто смотрела и выбирала. И выбрала, вон у меня в пакете лежит.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Ой, милая моя, да не притворяйся. Все мы время от времени засматриваемся на палтуса. Это нормально.
ПОКУПАТЕЛЬ. Зачем вам палтус? Ведь есть же путассу.
НИКОЛАИЧ. В путассу костей много. Сдохнуть можно, пока прожуёшь.
КАПИТАН. Тише! (Все замолкают. Он кивает Вадику.) Передай гражданину Нере, что мы в его историю не верим. Скажи, что мы думаем, что он — немецко-фашистский шпион, троцкист и кулацкий подпевала. (Достаёт пистолет.)
ВАДИК. Что вы делаете?
КАПИТАН. Именем революционного комитета солдат, матросов и американских патриотов штата Висконсин я, капитан Майоров, приговариваю вас к высшей мере наказания.

Светлана, громко хрустя орехами, падает в обморок.

ПОКУПАТЕЛЬ. Ну вот. Опять репрессии без суда и следствия. Только подружишься с человеком, и его расстреливают. Как в тридцать седьмом прямо.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Совсем уже с ума посходили. Сначала, говорит, отключите, планшеты. А потом — бац, и мы с троцкистским заговором боремся.
ВАЛЕРЬИЧ. Капитан, брось это, не по-человечески как-то.
КАПИТАН. Молчать! Не надо мешать революционному правосудию.

Все замирают в ужасе. Капитан спускает курок. Слышится щелчок.

КАПИТАН. Патроны кончились. Все расстрелял, оказывается.

Внезапно включается громкая, оглушительно громкая музыка, и к кассам подъезжает упряжка из четырёх тележек с продуктами. Восседает на ней Ашшурбанапал, великий царь Новоассирийской державы с роскошной кучерявой бородой. Все, кроме Неры и Светланы (которая по-прежнему без сознания), падают ниц. 

АШШУРБАНАПАЛ. Приветствую, рабы рабов.
ВСЕ (кроме Неры). Приветствуем, царь царей, повелитель четырёх сторон света, могучий лучник, великий воин, чья дубина сокрушает черепа врагов твоих от Нила до Кавказских гор.
АШШУРБАНАПАЛ. Ликуйте, ибо я прибыл сюда, дабы купить пельменей по акции.

Все (кроме Неры и Светланы) ликуют. Капитан и Вадик начинают разгружать царские тележки.

ТАМАРА ПЕТРОВНА. Скажи, мой царь, с телятиной или свининой?
АШШУРБАНАПАЛ. Вопрос, достойный царской мудрости, милая моя Тамара. (Задумывается.)
НЕРА (тихо). А кто сей доблестный воитель, обременённый длинной и кудрявой бородой?
ВАЛЕРЬИЧ. Ну ты даёшь, прст. Это ж Ашшурбанапал, царь царей из Ассирии, он к нам иногда заезжает.
НЕРА. Почему вы пали ему в ноги? Он правит вами?
ПОКУПАТЕЛЬ. Так он же царь царей. Самый главный. Над нами власти не имеет, но как-то не очень прилично с ним за руку здороваться. Ещё обидится вдруг.
ВАЛЕРЬИЧ. Совсем неприлично, клмп. Человек у себя в Ассирии уважаемый. Исторически значимая личность.
НЕРА. А где земля та, что зовёте вы Ассирией, лежит?
ВАЛЕРЬИЧ. Чёрт его знает. Николаич, прст, где Ассирия?
НИКОЛАИЧ. На востоке вроде. На древнем востоке, да.
НЕРА. Восток…

Он подходит к Ашшурбанапалу, который, подобно судье из древнеегипетского загробного мира, взвешивает в руках разные пачки пельменей. Все вокруг замирают, затаив дыхание.

НЕРА. Услышь меня, о царь царей.
АШШУРБАНАПАЛ. Простите? Я что-то задумался, не вполне вас расслышал. Что вы говорите, любезнейший?
НЕРА. И вправду ли ты царь царей?
АШШУРБАНАПАЛ. Да, это официальное название.
НЕРА. С Востока прибыл ты?
АШШУРБАНАПАЛ. Да.
НЕРА. А если рано утром, или днём, ну или вечером и перед сном к тебе придут известия о землях, что тебе неподвластны? Что разум царский твой решит тотчас же?
АШШУРБАНАПАЛ. Хм. Как обычно, любезнейший мой. Захватить, разрушить, сжечь. Кого-нибудь убьём, возможно, даже всех. Ничего нового, в общем. Вы, кстати, как думаете, что лучше. с телятиной или свининой?
НЕРА. Я из славного Коннахта, владений мудрого Айлиля, где нет твоих рабов, твоих полей и войск. С тобой мне суждено сразиться.
АШШУРБАНАПАЛ. Да? Может, немного позже? Мне буквально ещё пять минут подумать.
НЕРА. Сражайся, царь царей! (Пытается выхватить оружие и понимает, что его нет.)

Ашшурбанапал принимает вызов, отбрасывает пельмени в сторону и достаёт из-за пояса два бронзовых топорика. Начинается бой, в котором безоружный Нера пытается выжить и увернуться. Все, кроме Светланы, громко кричат, подбадривая сражающихся. Наконец Нера повержен, Ашшурбанапал ставит ногу ему на грудь, чтобы нанести последний удар.

АШШУРБАНАПАЛ. Любезнейший, я пришёл сюда выбрать пельмени, но вместо этого узнал, что есть ещё страна, которую можно захватить и разорить. Такая приятная неожиданность в этот чудесный, чудесный…

В этот момент в грудь Ашшурбанапала вонзается слегка разморозившийся палтус. Его, конечно же, метнула пришедшая в себя Светлана.

СВЕТЛАНА. Топоры прочь от моего мужа.

Внезапная тишина. Ашшурбанапал роняет топорики, отступает, но не падает. Нера, собравшись с силами, встаёт и берёт две пачки пельменей. Одни — с телятиной. Другие — со свининой.

НЕРА (сплёвывая кровь и части внутренностей). Отец мой, славный воин Кет, сын Магаха, прославился на весь Коннахт тем, что убил храброго короля Конхобара.

Он делает шаг к Ашшурбанапалу. Тот припал на одно колено, из последних сил пытается выдернуть палтуса из раны.

НЕРА. Он, мой храбрый отец Кет, под гром войны увидел Конхобара, который поражал своим копьём врагов, подобно деве, жемчуг нитью собирающей. Но храбрый Кет не испугался, вжал смело пятки в уши и бросил в Конхобара то, что он всегда носил с собой на случай, если дух войны потребует кровавой жатвы.
АШШУРБАНАПАЛ. Эхххарполп….
НЕРА. То был окаменелый мозг славного Магаха, отца моего отца, смелого воина Кета. Он разбил голову королю Конхобару, и тот пал замертво.
АШШУРБАНАПАЛ. Зщаааарррооо…

Нера размахивается и двумя пачками пельменей наносит смертельный удар, неописуемо жестокий, запрещённый цензурой и правилами смешанных единоборств. Ашшурбанапал испускает дух.

НЕРА. Но как бы не был прославлен мозг отца моего отца, убивший короля Конхобара, эти пельмени, эти добрые мясные шарики битвы, станут истинной легендой Коннахта.

Пауза.

КАПИТАН. Опять царя убили.
ТАМАРА ПЕТРОВНА. Третий за месяц.
ПОКУПАТЕЛЬ. Что же им неймётся-то, цареубийцам этим.
КАПИТАН. Времена смутные нынче. Никакой стабильности, рубль опять падает, доллар растёт. (Вадику.) Эй, помоги нам его убрать.

Капитан, Тамара Петровна, Вадик и покупатель хватают бездыханное тело Ашшурбанапала и выносят его из магазина.

СВЕТЛАНА. Милый, ты цел?
НЕРА. Да. Спасибо тебе, дева битвы.
СВЕТЛАНА. Я тут, пока ты дрался, нас к стилисту записала. Ну, чтобы перед фотографом хорошо выглядеть. Пойдём?
НЕРА. Веди меня, судьба.

Уходят. Около прилавка с сигаретами остаются сидеть охранники.

ВАЛЕРЬИЧ. Николаич, ты как?
НИКОЛАИЧ. Как-то так. Неопределённо.
ВАЛЕРЬИЧ. Больно?
НИКОЛАИЧ. Умеренно.
ВАЛЕРЬИЧ. А я вот одного сейчас не понял. Этот самый Нера, который ирландец, прибыл сюда, чтобы остановить Ашшурбанапала, который должен уничтожить его, Неры то бишь, ирландскую родину. Так?
НИКОЛАИЧ. Так.
ВАЛЕРЬИЧ. Но ведь Ашшурбанапал не знал, что он должен уничтожить родину Неры, Коннахт этот растреклятый. Он ведь просто за пельменями приехал и ничего уничтожать не собирался. И про Коннахт узнал уже от ирландца. Так?
НИКОЛАИЧ. Так.
ВАЛЕРЬИЧ. То есть получается, что Нера должен остановить Ашшурбанапала от нападения на землю, про которую Ашшурбанапал узнает (и на которую решит напасть) только потому, что его должен остановить человек, защищающий землю, про которую Ашшурбанапал ещё не знает? Это как-то бессмысленно всё.
НИКОЛАИЧ. Я, конечно, точно не знаю, Валерьич.
ВАЛЕРЬИЧ. Оно и понятно, кто ж такие вещи знает.
НИКОЛАИЧ. Но в таких случаях принято говорить о том, что исторический процесс — это отнюдь не линейная последовательность отдельно взятых фактов, наскоро сшитых нитями причинно-следственных связей. Это глубоко диалектический, внутренне противоречивый и внешне многогранный феномен объективного мира.
ВАЛЕРЬИЧ. И что это значит?
НИКОЛАИЧ. А хрен его знает.







_________________________________________

Об авторе:  АНТОН БАРЫШНИКОВ 

Антон Барышников, родился в 1985 году в городе Калуга. По образованию учитель истории, кандидат исторических наук, специалист по истории римской Британии. Участник ряда драматургических и литературных конкурсов, почётный обладатель грамоты за 3 место в турнире по шахматам оздоровительного лагеря "Ровесник" в 1997 году. Пьеса "Правдивейшая сага о Нере и спасении Коннахта" была отмечена ридерами фестиваля "Любимовка" в 2017 году.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
214
Опубликовано 15 май 2021

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ