facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 187 октябрь 2021 г.
» » Лев Яковлев. ЛЮБОВЬ И НЕНАВИСТЬ В КОЗЕЛКАХ

Лев Яковлев. ЛЮБОВЬ И НЕНАВИСТЬ В КОЗЕЛКАХ

Редактор: Наталья Якушина


(пьеса в 13 картинах, основанная на реальных событиях)



Действующие лица:

ВОЛОДЯ
, скульптор, лет пятидесяти
ТЕТЯ ТАСЯ, соседка Володи справа, лет шестидесяти
ЛЕНЕЧКА, ее сын, лет сорока
МИЛА, соседка Володи слева, училка, лет сорока
БОРЬКА, козел тети Таси
ЛЕНА БЫЧКОВА, фермерша, лет сорока
ГОША БЫЧКОВ, ее муж, лет сорока
ЧИНГИЗКА, свинья Бычковых
ЛАРИСА, подруга Лены, лет сорока
МИША, ее гражданский муж, лет сорока
КИРИЛЛ, капитан второго ранга на пенсии

Через всю сцену тянется изгородь  столбы и длинные слеги между ними. Возле изгороди привычные и не очень привычные для села предметы – тачка, ведро с водой, пустоет ведро, ковшик, метла, лопата, газовый ключ, банка с молоком, медные тазы, электроплитка, пионерский горн, топор, самовар, кочан капусты, целлофановый пакет с глиной, небольшая банная печка с котлом и поддоном для камней, поленница, старинный узкий сервант, столешница, стулья, табуретка, куст цветущего репейника и тому подобное. 
В центре старинные весы с двумя чашами. Стог сена. 


1 КАРТИНА. ВОЛОДЯ ПРИЕХАЛ

Раннее утро. Соловьи. Лето. Появляется Володя с легким круглым крутящимся столиком для лепки.

ВОЛОДЯ. Любовь и ненависть? В Козелках? Не смешите мои тапочки. (Достает из пакета глину и водружает на столик.) Значит так,Козелки–самая тихая деревенька в мире. Тридцать домов и водонапорная башня, которая держится на добром слове. Осталось ей держаться год, ну, может, два. За башней лес. И с другой стороны лес, за речкой. И с третьей, и с четвертой – короче, задворки цивилизации. Автолавка раз в неделю, в субботу. Хлеб черный и белый, рыбные консервы, рожки, сахар, селедка. Какая любовь? Какая ненависть? Тишь да гладь.

Выходит Борька, козел.

БОРЬКА. Как же… Когда приехал, Володя?
ВОЛОДЯ. Только что, друг мой Борька, на автобусе из Дробишино… У этого козла собственный взгляд на все.
БОРЬКА. Потому что разбираюсь в человеческой природе. Не то что некоторые.

Выходит Лена, молодая, простая, симпатичная фермерша: комбинезон, мужская клетчатая рубашка с закатанными рукавами.

ЛЕНА. Приехал! Какой ты молодец! Как там Москва? Бурлит и клокочет? Ну да, ну да. А у нас тишь да гладь.
ВОЛОДЯ (Борьке). Слышал?

Борька пожимает плечами и уходит. Володя передает Лене запаянную упаковку с батарейками.

ЛЕНА. Батарейки! Спасибо, что не забыл. (Володя надевает фартук и разминает глину.) Что это будет?
ВОЛОДЯ. Пока не знаю. Объект.
ЛЕНА. Как Таня?
ВОЛОДЯ. Зубы делает. Через месячишко прикатит.
ЛЕНА. Завтра у Гошки день рождения. Свинью зарежем.
ВОЛОДЯ. Чингизку?
ЛЕНА. Не, Дуньку. Чингизку на будущий год, пусть вес наберет. Одна нога твоя.
ВОЛОДЯ. Да не надо, Лен.
ЛЕНА. Ну-ка! Без разговоров! Твоя нога! Ты вон сколько долг терпишь. А я тебе завтра печенку пожарю, как ты любишь, с кровью.
ВОЛОДЯ. О, эти обжаренные тонкие ароматные ломтики в окружении золотистых кружков лука, которые превращают спиртовой ожог от лидухиной самогонки в нежный взрыв!.. О, праздник живота!
ЛЕНА. Люблю, когда ты так говоришь.
ВОЛОДЯ. Ты, Лен, скажи Гошке. Вечером париться будем.
ЛЕНА. Уж я бы его попарила! Ненавижу! (Входит Гоша, добродушной, с рыжей бородой. Лена долбит его по лбу.) Вторую неделю талдычу – загороди свинарник, отец! За-го-ро-ди! А он лыбится, дурында…
ГОША. Здорово, Вов, вовремя приехал. (Обнимает Лену очень нежно.) Это, пойдем, что ли?
ЛЕНА. В своем уме, а? Колька с Томкой уроки делают. Кешка и Ксюха вот-вот из школы вернутся. И чо?
ГОША. А мы в пристройке.
ЛЕНА. Да ты ж орешь!
ГОША. Есть такое. Вов, а если мы в твоей бане?..
ЛЕНА. Гошка! Тпр-р-ру! Совсем стыд потерял!

Володя согласно кивает.

ГОША. Ну пошли, птичка!
ЛЕНА (нежно). У, наглая морда. Ненавижу!

Лена и Гоша уходят. Входит Лариса и смотрит им вслед. Это очень красивая женщина с острыми чертами лица. Для деревни многовато макияжа.

ЛАРИСА. И как тебе это, Вов? Они совокупляются, а дети без присмотра, и Чингизка по чужим огородам куролесит. (Появляется Чингизка.) Ой, легка на помине. От теть-Таси приперлась, небось, к тебе в гости.
ВОЛОДЯ. Лопухов не жалко. (Лепит.)
ЧИНГИЗКА.Лопухи – это не мое. (Убегает.)
ЛАРИСА. Ой, к училке поперлась. (Ухмыляется.) А у нее грядочки ровные, по линеечке…
ЧИНГИЗКА (выглядывает). По линеечке не люблю. Будем нарушать. (Скрывается.)
ЛАРИСА. Абстракционистка. (Смеется.) Как ты, Вов. (Смотрит на скульптуру.) Непонятно, блин, но весело. Что это будет-то?
ВОЛОДЯ. Не знаю.
ЛАРИСА. Блин, узнал бы сначала.

Выбегает тетя Тася – бодрая и голосистая старушенция.

ТЕТЯ ТАСЯ. Ленка, мать твою стерлядь! Чингизка мне всю моркву изгваздала! Убью заразу, слышь, Ленка! Молодец, Володя, что приехал, рыжики пошли. Здорово, Ларис. (Орет еще громче.) Стопудово убью, слышь!.. Ленечка! Курам задал? (Уходит.)
ЛАРИСА. У Гошки завтра день рождения.
ВОЛОДЯ (кивает). Знаю. А подарка нет.

Выходит Миша, ладный немногословный мужик.

МИША. У нас чо булькает, то и подарок. (Жмет Володе руку.) Приехал? Нормально. Лариска говорит, скорей бы приезжал, а то рыжики пройдут.
ЛАРИСА. Ну и чо приперся? Трубу почистил?
МИША. Почистил.
ЛАРИСА. Уроки у Васьки проверил, балбес бездомный?
МИША. Да ладно тебе... (Подходит якобы посмотреть на скульптуру.) Хорошая глина, только не жирная. (Володя незаметно передает ему бутылку.) Я пожирней принесу, знаю место. (Уходит, прикрывая бутылку. Володя вытирает руки, закуривает.)
ВОЛОДЯ. А ведь ты с Мишкой лет двадцать живешь. И Васька у вас пацан замечательный. И любит тебя Мишка. И все умеет. И тандем у вас гениальный – ты заказы устраиваешь, он дома рубит. Ну какой же он балбес, тем более бездомный?
ЛАРИСА. А не расписан – не муж! Захочу – и будет куковать где не то в шалаше! И Ваську, блин, не увидит! Я с любым мужиком чо хочу, то и сворочу.
ВОЛОДЯ. Со мной не своротишь.
ЛАРИСА. А ты, Вов, не мужик, ты художник. (Смеется.) А я мужиков люблю. Или ненавижу, блин. Это как получится. (Уходит. Володя смотрит ей вслед.)
ВОЛОДЯ. Люблю. (Кидает камень на одну чашу весов.) Ненавижу… (Кидает камень на другую чашу весов.) Не слова, а миражи того, что могло бы стать любовью и ненавистью. Но уж точно не в Козелках. Здесь это звуки, которые живут ровно столько, сколько произносятся… люблю… ненавижу… люблю… ненавижу… (Кидает камешки.)

Появляется Мила, пучок на затылке и деланая улыбка.

МИЛА. Не могу согласиться, Владимир. Когда я говорю, что люблю наши Козелки, за этим не только слова, но и душа моя. Уж так, наверное, мы с мамой устроены, что всегда говорим то, что думаем.
ВОЛОДЯ. Меня от нее тошнит. И дело даже не в том, что ее мать с утречка пораньше выливает тазик помоев на наш участок…
МИЛА. Как было бы хорошо, Владимир, если бы в Козелках жили только хорошие люди…
ВОЛОДЯ. И не в том дело, что ее муж напару с ее отцом прихватывает то и дело наши дровишки.
МИЛА. Но некоторые в Козелках и пьют, и матом ругаются, и даже дерутся. Да вы и сами знаете…
ВОЛОДЯ. А в том, что это мерзость – уташить у нищей теть-Таси половые доски… (Наступает ночь, зажигаются звезды.) Она как раз во двор вышла по срочной надобности – и окаменела...

Выходит тетя Тася и видит – два силуэта на фоне лунного неба что-то несут.

ТЕТЯ ТАСЯ. Бесы, мать твою стерлядь! Рога, как у Борьки!

Появляется Борька.

БОРЬКА. Звали, Таисия Валентиновна?
ТЕТЯ ТАСЯ. Пшел, хрен горелый!
БОРЬКА. Ни минуты не сомневался. (Уходит.)
МИЛА. И все-таки я верю, Владимир, что нашими судьбами управляют ангелы Господни! Да, верю!
ТЕТЯ ТАСЯ. За мной пришли, мать их стерлядь! Каюсь, грешна, но жить-то хоца!
ВОЛОДЯ. Как утром выяснилось, пришли они не за теть-Тасей, а за ее досками.

Утро. Солнце. Поют птицы.

ТЕТЯ ТАСЯ. Сперли, жлободралы! (Кричит Миле, которая с задумчивой улыбкой наслаждается красотой окружающей природы.) Почто доски сперли, суки московские!
МИЛА. Как же я люблю, Владимир, этот предрассветный час, когда запевают первые жаворонки!

Выходит Борька, жуя капустный лист.

ТЕТЯ ТАСЯ. Мать вашу стерлядь!

Борька осуждающе качает головой, но молчит.

МИЛА. А это, кажется, чибисы… Да, чибисы…
ТЕТЯ ТАСЯ. Чтоб вас черти жарили на люминевых сковородах!
БОРЯ. Круть.
МИЛА. Да, Господи, какая разница, жаворонки или чибисы. Главное что – если ты человек, надо вести себя по-людски!.. (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ (восхищена). Во дает, жопа атомная! (Володе.) Ну ладно я, старуха, а ты чего молчишь? Ты не в курсе, чти эти дуремары дрова твои прут!
ВОЛОДЯ. Какие будут предложения?
ТЕТЯ ТАСЯ. Другой разговор. Значит, дырку в чурбачке просверли. Дрель одолжу. И патрон забей, я те дам, от Толечки осталось. И на видки положи. Как затопят – эх, шандарахнет, мало не покажется! (Швыряет улыбаясь таз на землю. Тот громыхает.) Мать их стерлядь!

Борька осуждающе качает головой.

ВОЛОДЯ. Не слишком разошлась, теть-Тась?

Тетя Тася, широко улыбаясь, поддает таз ногой. Он снова громыхает.

ТЕТЯ ТАСЯ. Да что с тебя… не мужик ты, а пустобрень! (Уходит.) Ленечка! Курам задал?

Входит Гоша с двумя вениками. Один передает Боре.

ГОША. Опять теть-Тася пылит?

Гоша открывает печку, подкидывает пару полешек, кидает ковшик воды на горячие камни. Гоша и Володя парятся. Борька подходит, хрустит капустным листом.

БОРЬКА. Да пылит. Нам не привыкать.
ГОША. Какой нахрен козел нахальный. Скоро в парилку залезет.
БОРЬКА. Размечтался.

Гоша бросает в Борьку чурбачокк. Тот ловит и аккуратно ставит рядом. Гоша плеснул на камни.

ВОЛОДЯ. Мы ведь друзья с тобой?..
ГОША. А как же нахрен.
ВОЛОДЯ. Ходил под вечер на родник. А там Ленка. Веселая. И с бутылкой.
ГОША. Это она расстроилась из-за Чингизки нахрен. Опять сбежала.
ВОЛОДЯ. Может, заговорить ее?
ГОША. Чингизку? Да ты охренел нахрен? (Хохочет.)
ВОЛОДЯ. В Стручково бабка есть. Хорошо делает.
ГОША. Да не пьет у меня Ленка.
БОРЬКА. Ну конечно, Божий нектар вкушает.
ГОША. Убью, козел! (Хочет швырнуть в Борьку здоровенный чурбак, но Володя останавливает его.)
ГОША. Ты меня зачем позвал?
ВОЛОДЯ. Париться.
ГОША. Спасибо, попарил! (Вручает веник Володе.) Вот мужик ты вроде свойский, за это люблю. А как заведешь мутню… ненавижу! И лепишь такое – хрен поймешь нахрен! (Уходит.)
ВОЛОДЯ. Ненавижу… Люблю... (Кидает очередные камни на весы.) Слова эти похожи на облачка пара, которые отлетают от раскаленных камней, катятся по потолку поземкой, а потом сочно шлепаются на тебя горячими каплями… (Борьке.) Ты зачем его достаешь?
БОРЬКА. Да все же в Козелках знают, как уедет куда – Ленка враз напьется. Все побоку, дети, скотина – и здравствуй, подвиг! Пруд подвернется – топиться будет! Мужик подвернется – любить будет! (Передразнивает Олю.) Вот такая у вас Бычкова!.. Террористка! А сугроб подвернется? Ночью? Замерзнет в жопу! А он – не пьет у меня Ленка…
ВОЛОДЯ. Не понимаешь ты. Он ее любит!
БОРЬКА. Куда уж нам, козлам.
ВОЛОДЯ. Ты не козел, Борька. То есть ты козел, с физиологической точки зрения, но это неправильно вышло, что ты родился козлом. Бог ошибся.
БОРЬКА. Спасибо за добрые слова. Только лучше со скотиной козлом родиться, чем с вами горе мыкать… (Уходит.)


2 КАРТИНА. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ГОШИ

Сходятся Лена, Гоша, Лариса, Миша, Володя. У каждого стопочка и вилка с чем-нибудь. Лена приносят и Володе стопочку с вилкой.

ЛАРИСА. Давай, Гош.
МИША. За тебя, сосед!
ЛЕНА. Будь, отец!
ВОЛОДЯ. С днем рождения, короче!

Все чокаются и выпивают.

МИША. Хороша, ё-моё! Лидуха умеет, когда хочет!
ЛАРИСА (кричит в сторону). Ты куда, блин, камни попер? Слышь, Ленечка, куда попер мои камни?

Появляется Ленечка, который везет тачку Он чем-то похож на мальчишку.

ЛЕНЕЧКА. Так это… Перед крыльцом выложу. Плас-Пигаль для теть-Таси, ага.
ЛАРИСА. А они твои?
ЛЕНЕЧКА. Так это… экскаватор выковырял.
ЛАРИСА. А где, блин, выковарял? У меня на участке! Тащи взад!
ЛЕНА. Идемте в дом, гости дорогие! Рагу дошло, и Николай Никифорович тост хочет сказать.

Все уходят. Ленечка грустно вываливает камни, бросает тачку и уходит. Выходит Володя.

ГОЛОС ЛЕНЫ. Куда? А молоко?

Появляется Лена с банкой молока. Она пьянее Володи. Ставит банку на землю. Подходит. Они стоят друг против друга и раскачиваются в разные стороны.

ЛЕНА. Стыдно, Володя… Долг наш как гири на ногах, ей-Богу… Другой бы востребовал, а ты… Возьми вот молока!
ВОЛОДЯ (в сторону). Задолбала долгом. Как выпьет, начинается… (Лене устало.) Отдадите, когда сможете.
ЛЕНА. Отдадим. Само собой.

И вдруг Лена неожиданно для Володи целует его. Володя вырывается, но Лена хватает его за грудки.

ЛЕНА. Ну-ка! Тпрррру, стойкий оловянный солдатик! Слушай мою команду! Ло-жись! Ты же хочешь меня!

Снова целует, и снова Володя вырывается.

ВОЛОДЯ. Обман зрения, Лен. Я женат. На Тане. Да и ты вроде замужем.
ЛЕНА. Штаны снимай! Раз-два!
ВОЛОДЯ. Харе прикалываться.
ЛЕНА (напраспев). Воло-о-одя-я-я! Так дело не пойде-е-ет. Что у нас тут имеется…

Хватает Володю за ремень, дергает, и он лопается. Володя хватается за штаны, чтобы не упали. Лена хохочет.

ЛЕНА. Володя-я-я-я, тебе домой идти через все Козелки-и-и! Что народ подумае-е-ет? Давай уж, чтоб не зря думали-и-и-и! Ло-жись, ать-два!
ВОЛОДЯ. Успокойся, а?
ЛЕНА. И как ты Бычкову успокоишь, если она у вас беззбашенная-я-я-я! Она всю правду-матку скаже-е-е-ет! Хоть губернатору, хоть президенту-у-у-у! Вы перед ментами на цыпочках, а Бычкова – тьфу на них! Тьфу! Тьфу! Тьфу! Вы Бычкову не запугаете-е-е! Ее весь район знает! Давай, Володя, по-быстрому! Чтоб было чего вспомнить! Как в кино! Припер он Бычкову к стенке, сорвал трусы – и давай жарить ее! Трахтабадах!

Появляется Гоша.

ГОША. Ты где, птичка моя?
ЛЕНА. Да вот, хочу дать Володе молока, а он сопротивляется. Бери, говорю, ать-два!

Сует банку Володе, и он вынужден ее схватить левой рукой. Правой придерживает штаны. Лена хохочет. Гоша с Леной уходят. Появляется Мила.

МИЛА. Я вот что еще хотела сказать. Если кому-то у нас не нравится, никто его не держит! Пусть едет туда, куда его поманили Макдоналдсами и однополыми браками!
ВОЛОДЯ (решительно). У меня молоко киснет. Простите.

Мила, пожав плечами, уходит. Выходит Борька, протягивает Володе веревку. Тот ставит молоко и подвязывает веревкой штаны.

БОРЬКА. Удачно прошло?
ВОЛОДЯ. Да ты же сам знаешь, она это от скуки.
БОРЬКА. Ну да. Ну да.
ВОЛОДЯ. О нет, друг мой Борька, никогда в Козелках не будет… (Кидает камешки на весы.) Ни любви… ни ненависти… Максимум – порванный ремень… Такие вот дела, годы катятся, хожу за рыжиками, парюсь в бане, пью то молоко то водку, болтаю с тобой, что-то там леплю… и никаких переживаний… Ты вот скажешь, художник должен сам генерировать переживания.
БОРЬКА. Скажу.
ВОЛОДЯ. А я тебе скажу, что сге-не-ри-ро-ван-ные переживания как восковые яблоки – красивые, но мертвые! (Передразнивает кого-то.) Потому что нет переживаний без со-бы-тий. Помоги банку донести, а то штаны спадают... (Уходит.)
БОРЬКА. Событий захотелось? (Вздыхает.) За этим не станет. (Берет банку и уходит за Володей.) 


3 КАРТИНА. КАПИТАН ВТОРОГО РАНГА  

Птицы поют громче. 
Появляется Кирилл, уверенный, улыбчивый, свежий, довольный собой и жизнью. На плече дорожная сумка.

КИРИЛЛ. Разрешите обратиться?

Появляется Володя с комом глины.

ВОЛОДЯ. Если не будете лезть с советами. (Лепит.)
КИРИЛЛ. Будьте спокойны, маэстро, вот если бы корабли…
ВОЛОДЯ. Моряк?
КИРИЛЛ. Капитан второго ранга в отставке. В поисках тихой гавани. (Протягивает руку.) Кирилл.
ВОЛОДЯ. Володя.
КИРИЛЛ. У вас дома продают? Хороша деревенька, тишь да гладь.
ВОЛОДЯ.Слышал?

Появляется Борька.

БОРЬКА. Глупость от повторения не умнеет.
КИРИЛЛ. Ничего себе! Козел говорящий! Да это рай на земле!
ВОЛОДЯ. Живите у меня, пока Таня не приехала.
БОРЬКА. Тогда чалюсь.
ВОЛОДЯ. Кровать и скромный ужин к вашим услугам.
КИРИЛЛ. А мы сделаем его менее скромным.

Демонстрирует бутылку коньяка, подмигивает и уходит в дом. Володя, чуть помедлив, уходит за ним.
Появляется тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ (Борьке). Ну и чо ты тут хороводишь?
БОРЬКА. Пасусь.
ТЕТЯ ТАСЯ. Брешешь, дохлятина!

Борька срывает репей и жует.

БОРЬКА. Фуфно. Фофите фофофоофать, Фафифия Фафефинофна?
ТЕТЯ ТАСЯ. Нашел стукнутую!..

Внимательно смотрит. Борька жует.

БОРЬКА. Офень фуфно!

Тетя Тася уходит, и Борька выплевывает репей.

БОРЬКА. И как это едят?

Тетя Тася выглядывает довольная.

ТЕТЯ ТАСЯ. Так и знала, что брешешь. Не будешь пастись – на холодец пойдешь! (Уходит.)

Входит Кирилл, обнимая за плечо Володю. Оба уже хорошие. В руке у Кирилла коньяк и рюмки.

КИРИЛЛ. А если ты понял, что это твоя женщина – отдавай швартовы, братишка! (Наливает, чокается, выпиват.)
ВОЛОДЯ. А сам-то понял?
КИРИЛЛ. Так еще не вечер, Вовка-морковка! Впереди лучшая пора жизни - пенсия... при этом либидо в полном ажуре! (Смотрит на ком глины, вздрагивает.) А ты ведь гений, Вольдемар. А я гениев обожаю. Пока непризнанный, но за этим не станет. (Снова чокаются и выпивают.) Однако, без пополнения топливного запаса дальнейшее плавание не представляется целесообразным.
БОРЬКА. Магазин в Дробишино.
КИРИЛЛ. Осилит дорогу идущий. Не отвлекайтесь, маэстро, ваше время бесценно.

Кирилл уходит. Володя лепит.

ВОЛОДЯ (Борьке). Позитивный мужик, да? Говорит регги танцевал с Бобом Марлем!

Звучит песня Боба Марли. Входит Кирилл, пританцовывая, в дредах и штанцах с бахромой. Вытягивает Борьку и танцует с ним.

КИРИЛЛ. Слышите, братишки, как нахраписто шуршит Атлантический океан? Видите, как изгибаются мускулистые мулатки, чьи подмышки похожи на шерстяных зверьков, выглядывающих из базальтовых впадин? И серебристая бахрома тропического ливня свисает с крыши бунгало, в котором мы режемся в покер, коричневые, как сигары!

Кирилл предлагает Борьке сигару. Щелкает зажигалкой. Борька прикуривает.

ВОЛОДЯ. А, по-моему, бессмысленная музыка.
КИРИЛЛ. Вы глухи, маэстро, как Бетховен в финале своей грандиозной карьеры. Но мы с Борисом Козлодоевичем все равно вас любим!.. (Борьке.) Шуршит океан?
БОРЬКА. Шуршит.
КИРИЛЛ. Мулатки изгибаются?
БОРЬКА. Однозначно.
КИРИЛЛ. А твои уши ловят позывные инопланетных цивилизаций.
БОРЬКА. Рога.
КИРИЛЛ. Что рога?
БОРЬКА. Ловят.
КИРИЛЛ (иронично). И в этом смысле у тебя перед нами, челобреками неоспоримое преимущество… Хочу дом в Козелках!
ВОЛОДЯ. Это тебе к Лене Бычковой надо, она тут всех знает.
КИРИЛЛ (танцуя и напевая). Умоляю вас, многознающая Лена Бычкова, подскажите отставному капитану второго ранга, где найти скромный приют для тихой, но перспективной старости…

С этими словами Кирилл в танце скрывается. Музыка медленно затихает.

БОРЬКА. А ведь Гошка в Москву уехал.
ВОЛОДЯ. Ну, уехал.
БОРЬКА. И значит, она приняла. Грамм этак триста-пятьсот.
ВОЛОДЯ. И что?
БОРЬКА. Совсем дурак? Твой позитивный Кирилл - доминантный самец в поиске подтверждения своего статуса! Ты что, ANIMAL PLANET не смотришь? (Уходит.)
ВОЛОДЯ. Что такое ANIMAL PLANET? (Уходит за ним.)

Выходит Кирилл со связкой ключей.
Входит Лена со сковородкой.

ЛЕНА. Ну как, покупаете?
КИРИЛЛ. Однозначно. Только перестраивать буду.
ЛЕНА. А хотите, мой Гоша вам уделает? Он у меня на все руки.
КИРИЛЛ (подходит). А сговоримся? С Гошей?
ЛЕНА. Ну а чего ж не сговориться. (Снимает фартук.) Ваш материал – наша работа. (Кирилл подходит ближе). Вам с большой вернадой, как у нас?
КИРИЛЛ. А посмотреть можно? Как у вас?
ЛЕНА. Чего ж не посмотреть.

Лена уводит Кирилла в пристройку. Никаких сомнений в том, что там происходит. Заходит Лариса, у нее тоже нет сомнений. Опрокидывает стул.

ЛАРИСА (громко). Лен, у тебя крупная соль есть? А то я рыжиков набрала. Ты где там, блин?

Лена выходит с пачкой соли. В ее одежде и прическе наблюдается серьезный беспорядок.

ЛЕНА. Полпачки.
ЛАРИСА. У вас телевизор кажет?

Хочет пройти, но Лена ее не пускает.

ЛЕНА. Сломался.
ЛАРИСА. Ой, я посмотрю?
ЛЕНА. Чего смотреть, если сломался?

Хочет зайти, но Кирилл выходит с телевизором.

КИРИЛЛ. Я у себя покопаюсь.
ЛАРИСА. Ой, а у меня покопаетесь?
КИРИЛЛ. Тоже сломался?
ЛАРИСА. Ага, затрещал, блин… и спекся. Вы дорого за ремонт берете?
КИРИЛЛ. Хорошим людям – даром.
ЛАРИСА. Я хорошая. Вон там живу, зеленая крыша.
КИРИЛЛ. Зеленая крыша. Понял.

Кирилл уходит. Лариса отдает Лене соль. 

ЛАРИСА. Какая-то она у тебя некрупная.

Лариса уходит. Лена кидает соль ей вслед, хватает сковородку, чтобы кинуть, обжигается, роняет на пол, ругается. Входит Гоша.

ГОША. Подвеска полетела, нахрен, у Знаменки. Хорошо Николая Никифоровичп встретил, он меня притаранил. (Видит на столе сигареты.) А чьи это сигареты, птичка моя?
ЛЕНА. Да тут, приплыл один, дома покупает, телевизоры ремонтирует. Ты ему дом будешь делать.
ГОША. Ух ты, птичка моя! Вовке долг отдадим, Машке пальто справим, Сеньке кроссовки надо, на физкультуру, подвеску отремонтирую, нахрен!
ЛЕНА (кричит). В Занзибар твою подвеску! И твоего Вовку! И всех вас! (Убегает.)
ГОША. Не понял, птичка… (Уходит.)

Звучит какая-то эстрадная песня, кажется, радио. Входит Миша, что-то ищет, брет бутылку, пустая, берет топор, подкидывает, кладет на место. С другой стороны выходит тетя Тася с кружкой в руках.

ТЕТЯ ТАСЯ. Не могу смотреть, как Лариска мужика кордыбачит, мать ее стерлядь. А ей-то что, где зачешется, так затешится! Козьего молочка, Миша?
МИША. Не люблю я, теть-Тась, ты же знаешь.
ТЕТЯ ТАСЯ. Пей, мать твою стерлядь! (Сует молоко под нос.) А то прокляну!

Миша пьет молоко.

МИША. Выменем пахнет, ё-моё.
ТЕТЯ ТАСЯ. Плохо ли?
МИША. Спасибо, теть-Тась.
ТЕТЯ ТАСЯ. Спасибом не наешься.
МИША. Да какой с меня навар?
ТЕТЯ ТАСЯ. А поцелуй...
МИША. Даешь, теть-Тась... А вдруг это… не сдержусь...
ТЕТЯ ТАСЯ. Целуй, хрен горелый!

Миша целует тетю Тасю. Пауза.

ТЕТЯ ТАСЯ. Та же благодать. Тебе лет пять было. Я пирог вынесла, с вишней. Ты скушал, и поцеловал. Такая же благодать...

Тетя Тася уходит. Входит Ленечка, в руке заготовка из ивы для корзины.

МИША. Ленечка, хочешь, поцелую?

Ленечка шарахается, что-то роняет, сам падает.

МИША. Да ладно. Подойди, не буду целоваться.

Ленечка опасливо подходит. Миша на него дышит.

МИША. Чем пахнет?
ЛЕНЕЧКА. Так это…Самогонкой... Кажись, Лидухиной… И молоком вроде… Ну, ты экстремал, ага…А я всегда козлом пахну, не отобьешь. Ну так мы не в Кремлях живем, а в Козелках… Так это что, Козелки – в Борькину честь получается?

Появляется Борька.

БОРЬКА. За славой не гоняюсь, но слышать приятно.
МИШКА. А тебя есть чего, Ленечка?
ЛЕНЕЧКА. Так это… откуда? Вот освою ивоплетение, заработаю бабок…

Ленечка садится, плетет. Выходит Володя.

МИША. Вовка, у тебя есть чего?.. (Володя качает головой. Миша считает мелочь, Володя добавляет.) Ё-о-моё, мир не без добрых людей. (Уходит.)


4 КАРТИНА. ЛЕНЕЧКА И ЛАРИСА

ЛЕНЕЧКА. Перед плетением иву надо вымочить.
ВОЛОДЯ. Гуси – это был позапрошлогодний проект Ленечки. Пчелы – прошлогодний. Плас-Пигаль – нынешний. Гусей лиса порезала, пчелы слиняли, Плас-Пигаль не проканал, и Ленечка сконцентрировался на ивоплетении.
ЛЕНЕЧКА. Так это… ива у нас толстая. Надо за Дробишино съездить на велике, ага.
ВОЛОДЯ. Каждый новый проект Ленечки вместо обогащения заканчивался привычным для тети Таси несокрушительным разорением.
ЛЕНЕЧКА. А кто ногу гусиную ел? А забрус от кашля?
БОРЬКА. Подтверждаю.
ВОЛОДЯ. Нога была синяя. А от забруса зубы болели. (Уходит.)
ЛЕНЕЧКА. Поклеп и злопыхательство, ага.

Выходит тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ (Ленечке). Ты курам задал?
ЛЕНЕЧКА. Не отвлекай, мать. Ивоплетение осваиваю, разбогатеем с тобой, ага.

Выходит Кирилл.

КИРИЛЛ. Готов вложиться в поддержку отечественного производителя.
ЛЕНЕЧКА (торжествующе). Вот!
КИРИЛЛ. Завтра буду в Костроме, куплю инструменты.
ТЕТЯ ТАСЯ. Да у нас долгов как грязи.
КИРИЛЛ. Спокойствие, только спокойствие, как говорил то ли малыш, то ли Карлсон, то ли Фреккен Бок. Нет Икее и Ашану! Да ивоплетению – национальному козелковский проекту.
БОРЬКА. Красиво.
ТЕТЯ ТАСЯ. Ну а ты чего тут околачиваешься, отечественный производитель? Белка тебя ждет не дождется.
БОРЬКА. Что вы мне все, Белка да Белка. Она глупая.
ТЕТА ТАСЯ. Так и дело нехитрое. Сунул да вынул.
БОРЬКА. Как вы понять не можете, Таисия Валентиновна, не люблю я ее.
ТЕТЯ ТАСЯ. А мне твоя любовь не нужна. Мне козлята нужны!..
КИРИЛЛ. В конце концов, ты мужик или нет?
БОРЬКА. Я козел.
ТЕТЯ ТАСЯ. Поболтали и хватит. (Ленечке.) Отведешь к Белке и пока не сделает чего надо, не отпускай!
ЛЕНЕЧКА. Так это… Пошли, что ли?

Борька, вздохнув, уходит с Ленечкой, потупив голову.

ТЕТЯ ТАСЯ (смотрит на скульптуру.) Страхолюдина, мать твою стерлядь!

Тетя Тася уходит. Входит Мила. Кирилл молчит.

МИЛА. Распустился народ, ничего не боится - вы согласны со мной? (Кирилл молчит.) Все говорят, что им взбредет! Даже у меня в школе нравственность катится под уклон. А ведь все со школы начинается, это я вам как педагог с тридцатилетним стажем говорю! Такого никогда не было, чтобы в седьмом классе мальчик целовал девочку! А у меня есть Сережа Макаров, мальчик хороший, победитель районной математиченской олипиады, родители уважаемые люди, и есть Таня Максимова, эта, знаете, с троечки на четверочку. Ну так вот, вас, кажется Кирилл зовут, иду я, Кирилл, домой из школы… (Кирилл подходит и смачно шлепает Милу по попе.) Вы что себе позволяете? (Кирилл притягивает Милу к себе.) Подождите, Кирилл, что это такое?..
КИРИЛЛ. Давно тебя не обихаживали, вот что это такое! (Целует Милу, она барахтается, но не слишком активно, потом затихает.) Жарко тебе, Милка-училка? Гововри как на духу!
МИЛА. Вы, наверное, подумали…
КИРИЛЛ. Не заморачивайся, Милка училка. Жарко?
МИЛА. Да.
КИРИЛЛ. Значит, пора приспела.

Уводит ее.
Входит Ленечка, за ним понурившись идет Борька. 

ЛЕНЕЧКА. Ну ты это…
БОРЬКА.Только прошу ничего сейчас не говорить. (Появляется Лариса.) Это не так сложно, мне кажется! Минута молчания! Как последняя дань тому, что ушло безвозвратно. Спасибо за понимание! (Уходит.)

ЛАРИСА. Что это с ним, блин, перегрелся?
ЛЕНЕЧКА. Ага. Жарко.
ЛАРИСА. И мне. Полей на голову, Ленечка.
ЛЕНЕЧКА. Так это, намокнешь.
ЛАРИСА. Может, рискнешь все ж-таки?
ЛЕНЕЧКА. А чо мне бояться, ага. (Зачерпывает из ведра и деликато поливает Ларису, вытянув руку.)
ЛАРИСА. Ты поближе встань, а то неудобно тебе… (Ленечка встает ближе, льет.) Хорошо как, блин!.. Ты приходи за камнями. Вечером, сейчас я за рыжиками.
ЛЕНЕЧКА. Так это… еще полить?
ЛАРИСА. Спрашиваешь!

Ленечка поливает. Выходит тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ. И чо тут у вас?
ЛЕНЕЧКА. Так это, Лариса попросила. Жарко.
ТЕТЯ ТАСЯ. А жопу ей подтереть не требуется?
ЛАРИСА. Насчет моей жопы, теть-Тась, не парься. Спасибо, Ленечка. (Уходит.)  
ЛЕНЕЧКА. Так это, пойду курам задам. (Уходит.)
ТЕТИ ТАСЯ (растерянно). Это чо творится, а? Чо творится, мать твою стерлядь?

Входит Кирилл с патефоном, ставит его на стол.

КИРИЛЛ. Починил, теть-Тась, твою эксклюзивную механику. И даже пластинка завалялась, смотри какая, старинная, будешь молодость вспоминать…

Ставит пластинку на патефон. Русланова поет что-то задушевное. Тетя Тася ставит самовар, садится.

ТЕТЯ ТАСЯ. И какая ж благодать запрежде была! И как же нас мяли-месили, а благодать была. Частушки чудили, покойников обмывали, в учение всей деревней снаряжали... Ну и где она теперь, мать ее стерлядь? Благодать эта? Куда усвистобобила?
КИРИЛЛ. Это ты меня спрашиваешь?
ТЕТЯ ТАСЯ. А кто все Козелки раздербашил? Кто Лариску пялит у Мишки под боком?
КИРИЛ. Это круто, теть-Тась.
ТЕТЯ ТАСЯ. А ты мягко любишь? Вот мужик ты солидный, ничего не скажу, и при деньгах, и при погонах, и внешность загонобобистая. Но удержу в тебе нет. Не было у нас таких. Хулиганы были, и дураки, куда ж без них. Но такого кордеблюхера не наблюдалось. Ты нам все Козелки раскурочишь.
КИРИЛЛ. Будь спокойна, теть-Тася, я меру знаю.

Появляется Борька.

БОРЬКА. Автолавка приехала, Таисия Валентиновна.
ТЕТЯ ТАСЯ. А у меня масло кончилось! (Убегает.)
КИРИЛЛ. Ну а ты что скажешь?
БОРЬКА. Не ты, так другой.
КИРИЛЛ. Умный ты, Борька. А это опасно, особенно для козла. (Уходит.)


5 КАРТИНА. БОРЬКА И ЧИНГИЗКА

Выходит Чингизка.

ЧИНГИЗКА. Ну и нафиг ты лезешь в их дела? Все же просто. Прикинь, морква. Репа. Картоха. Свекла тоже ничо. Ясен пень. Это у нас, свиней. У вас, козлов, прикинь, свой комплект: трава, сено, клевер. Ну и секс, ясен пень. Без него нет детей. Как-то так.
БОРЬКА. Жизнь, Сингизка, не линейна.
ЧИНГИЗКА. Это чо?
БОРЬКА. Мы делаем не только то, что необходимо, чтобы продолжать жить, но и то, что предназначено судьбой.
ЧИНГИЗКА. Пошло-поехало.
БОРЬКА. И ты, Чингизка, сбегаешь из свинарника не только ради жрачки. Древнее кабанье свободолюбие заставляет тебя совершать опустошительные набеги на огороды тети Таси, тети Мани, Николая Никифорович и прочих жителей Козелков. Энергия первобытной дикости клокочет в тебе!
ЧИНГИЗКА. Прикинь, чего несет…
БОРЬКА. Ты не пробовала думать?
ЧИНГИЗКА. Чего?
БОРЬКА. Ты должна испытать восторг рождения мысли и осознать, как примитивны бесконтрольные плотские удовольствия. Ты голову поднимала?
ЧИНГИЗКА. Зачем это?
БОРЬКА. Там звезды, Чингизка. На небе. Если ты не в курсах. А днем облака, и каждое на что-нибудь похоже. А среди них есть такое, которое похоже на тебя.
ЧИНГИЗКА. И чо с того?
БОРЬКА. А то, что и у тебя есть божественное предназначение. И это правильно, Чингизка, в жизни должен быть высший смысл. Это когда не страшно умирать.
ЧИНГИЗКА. Мне не страшно, ясен пень.
БОРЬКА. Это потому, что ты не думаешь.
ЧИНГИЗКА. Ну и нафиг мне тогда думать? Чтобы страшо стало?

Выходит Мила, поправляя прическу. Увидела Чингизку и Борьку, которые смотрят на нее, нахмурилась.

МИЛА. Опять эта свинья и этот козел. Убирайтесь, уроды?
БОРЬКА. Добровольное товарищество граждан, объединившееся в поселок Козелки, движимым имуществом которого мы являемся, предоставляет нам право правомерно находиться на территории товарищества.
МИЛА. Говорящая скотина. Вот до чего мы докатились.
ЧИНГИЗКА. Прикинь, мы еще и поем.
МИЛА. Я вам спою! (Хватает палку.)
БОРЬКА И ЧИНГИЗКА (задушевно). Белая береза под моим окном…

Борька и Чингизка умело не только поют, но и танцуют.

МИЛА (замахивается палкой). Не сметь издеваться над святынями!
(Выходит тетя Тася.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Ты че размахалась, мать твою стерлядь? Я те махну!
МИЛА. Это зарядка такая, Таисия Валентиновна. Йоговская.  (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Если до Борьки докоснешься, я тя так заряжу – в больнице разряжаться будешь! Пошли, Борька! И ты, Чингзка, шляпай отсюдова, Ленка тебя ищет.
БОРЬКА (Миле). Не скучайте тут без нас.

Тетя Тася уходит с Борькой и Чингизкой.

МИЛА. Дура старая! (Поет фальшиво, но с пафосом.) Белая береза под моим окном принакрылась снегом, словно серебром… (Уходит.)

С двух сторон выходят Володя и Лена, как будто договорились встретиться. В центре – скульптура.

ЛЕНА. Все у тебя, Володя, как-то непонятно. Вот у Шилова с Глазуновым понятно, а у тебя странности. И у этого, который цветочки рисует – Андрияка – красота! Все как в жизни, и даже лучше!.. Что ты лепишь, Володя?
ВОЛОДЯ. Метафоры… Я пропускаю мир через образы. То есть через себя.
ЛЕНА. Да что ты! Володя! Бог такую красоту создал, а ты... через себя.
ВОЛОДЯ. Так ведь и меня твой Бог создал.
ЛЕНА. Почему мой?
ВОЛОДЯ. Ну наш. Не придирайся. Я не хуже цветочков.
ЛЕНА. Ты прости, Володя, что прицепилась к тебе. Вот такая у вас Бычкова, цеплявая! Мне вот кажется, что я могла бы… ну не знаю, рисовать, или писать пьесы, или еще что…
ВОЛОДЯ. Насчет писать – это к Борьке.
БОРЬКА (появляется). Как говорится, легок на помине.
ВОЛОДЯ. Возьмешься?
ЛЕНА. Занятие полтора ччаса. По моей методике. Глубокое погружение в контекст произвеления на основе концептуальных смысловых ориентиров.
ВОЛОДЯ. А рисовать я научу.
ЛЕНА. Да что вы! Прекратите! Какой с меня художник! И писатель! У меня вон их сколько на руках: Колька, Тамарка, Кешка, Ксюха, Гошка. Целая дивизия, а я одна! И долг тебе до сих пор не отдала. ВОЛОДЯ. Да что ты с этим долгом.
ЛЕНА. Ну-ка! Прекрати! Чингизку зарежа и отдам. Ты, кстати, ее не видел? Куда-то ухрюкала, зараза.
БОРЬКА. Если не ошибаюсь, в данный момент она прорежает корнеплоды в огороде Николая Никифоровича. У которого, к слову сказать, имеется дробовик и почетный значок «Ворошиловский стрелок».
ЛЕНА. Ну и ну! (Убегает.)
ВОЛОДЯ (лепит). Заложил, значит, друга.
БОРЬКА. А, может, спас… (Рассматривает скульптуру.) Как называется?
ВОЛОДЯ. Не знаю.
БОРЬКА. По-простому объект?
ВОЛОДЯ. Объект.
БОРЬКА. А тот кто лепит объект – это субъект? Субьект лепит объект. А объект лепит субьект.
ВОЛОДЯ. Ты о чем?
БОРЬКА. Да ведь не очевидно, кто кого лепит. (Уходит.)

Володя смотрит ему вслед, а потом продолжает лепить.


6 КАРТИНА. РАЗДРАЙ 

Выходит Ленечка. Садится, плетет из ивы.
Володя и Ленечка напевают, каждый свое.
Выходит Кирилл в яркой рубашке, с красочной книгой «Твой дом».

КИРИЛЛ. Ой, Вовчик, разошелся я не на шутку. (Открывает книгу, показывает Володе.). Вот тут, на вернаде, у меня бильярдная будет, а кухня тут, а тут камин. Ну, баня двухэтажная, с гостевой комнатой и балконом, чтобы озирать с капитанского мостика окрестных пейзанок. Да знаешь ли ты, свет Владимир, какие друганы ко мне приезжать будут… Ты, если кто-то на мозоль наступит, мигни только, разберутся... А хочешь выставку в Париже, для всемирной славы? Точно! От министерства культуры? У них есть связи.
ВОЛОДЯ. Я как-нибудь сам. Ты свет загораживаетшь.
(Пауза)
КИРИЛЛ. Уж не затаил ли ты, Вольдемар, на заслуженного моряка бездонную, как мировой океан, обиду?.. Ну пойми, чудила, если у бабы чешется…
ВОЛОДЯ. Я не хочу слушать пошлятину!
КИРИЛЛ. Так. Пора менять порт приписки.
ВОЛОДЯ. Я тебя не гоню.
КИРИЛЛ. Еще не хватало.
ВОЛОДЯ. Ну конечно. Твоих друганов испугался… Смешно.
КИРИЛЛ. Не обоссысь от смеха.
ВОЛОДЯ. Истинная речь хозяина жизни!
КИРИЛЛ. Да как же меня задолбало это ваше чистоплюйство и одухотворенность! Надо бы воссоединиться с народом.
ВОЛОДЯ. У Ларисы поселишься?
КИРИЛЛ. А что, логично. Мишка работает у меня на доме, а я живу у него. (Володя молчит. Кирилл дает Ленечке коробку.) Держи, экспериментатор.

Кирилл Уходит в дом. Ленечка растерянно смотрит на Володю. Выходит Миша, подходит к скульптуре.

МИША. У меня от твоей фигни мураши, ё-моё.

Выходит Кирилл с походной сумкой.

КИРИЛЛ. А, Михаил. Мы тут решили… короче, беру тебя на работу, дом мне уделаешь. Вместо Гоши. Как говорится, все в семью. Только без халтуры, Михайло Потапыч… Ну чего ты набычился? Такая баба тебе досталась, ее даже столб хочет.

Кирилл обходит Мишу, тот «случайно» толкает его.

КИРИЛЛ. В чем дело?
МИША. Ты пройти хотел. (Снова толкает.) Ну так проходи! Ё-моё! (Снова толкает.) Иди, раз хотел! (Толкает Кирилла так, что тот чуть не падает.) 
КИРИЛЛ. Остынь, братишка.
МИША (орет). Ты же пройти хотел, а сам не проходишь! Непорядок, братишка! Раз хотел, так проходи! Давай, ё-моё! А-а-а-а! (Быстро уходит.)
КИРИЛЛ (Ленечке). Видел? Вот псих. (Уходит.)

Ленечка выдыхает и всхлипывает.Уходит.
Володя в сердцах бросает на скульптуру ком глины, который держал в руках, и тоже уходит.
С двух сторон выходят Лена и Лариса, как будто договорились встретиться. 

ЛЕНА. Шалава.
ЛАРИСА. Здоровая конкуренция, подруга.
ЛЕНА. Слышала, двигатель торговли… Чем торгуем, подруга?
ЛАРИСА. Гляди, от зависти не лопни.
ЛЕНА. Кому тут завидовать? Ой-ой-ой! Жалко мне тебя, и его, и всех мужиков твоих… (поет) прошлых и будущих. Ты ж никого не любишь.
ЛАРИСА. Затрахала жалостью – а что делать-то, если больше трахать нечем? (Хохочет.) Я бы поделилась, подруга, только Кирюше мой телевизор больше по душе. (Хохочет и обрывает смех.) Кстати, не забудь счета на материалы сдать, которые Гоша закупал. А то я вашу породу знаю, блин.

Лена бросается на Ларису, швыряет на землю и душит. Та сначала кричит, пытается отпихнуть Лену, но потом уже только пищит и тусит ногами. Вбегает Володя и оттаскивает Лену. Вбегает Миша и поднимает Ларису. Лариса убегает. Лена вырывается и бежит за ней. Миша и Володя за ними.
С двух сторон выходят Мила и тетя Тася, как будто собирались встретиться.

МИЛА. Надо поговорить, Таисия Валентиновна, насчет вашего козла.
ТЕТЯ ТАСЯ. Ну говори.
МИЛА. Он на учете состоит?
ТЕТЯ ТАСЯ. Чего?
МИЛА. Разве вы не знаете, что все животные с аномальными особенностями должны состоять на учете. Чтобы медики производили с ними опыты.
ТЕТЯ ТАСЯ. Какие опыты?
МИЛА. Я точно не знаю, Таисия Валентиновна, поскольку работник гуманитарной сферы. Ну, обследования, наверное, эксперименты. Возможно и хирургическое вмешательство. Нужно же выяснить причины этого уродства. Вы и сами должны понимать, Таисия Валентиновна, лучше пожертвовать одним говорящим козлом, чем разразится эпидемия. А ведь у нас в Козелках и свинья говорящая имеется. Мы с мамой уже сообщили в соответствующую инстанцию.

Начинает темнеть.

ТЕТЯ ТАСЯ. Давай-давай! Я тоже сообщу в соответствующую инстанцию. Как твои мужики по ночам Володины дрова курдыбачат. И мои доски.

Темнеет.

МИЛА. Дас как вы можете… Хамка!
ТЕТЯ ТАСЯ. Стерлядь! Мать твою!

Мила и тетя Тася расходятся. Ночь. 


7 КАРТИНА. ДОМ ОТБИРАЮТ

Входит Борька, садится на поленницу, жует укроп.
Входит Гоша, ходит вокруг, заглядывает то туда, то сюда.
Борька подвигается, и Гоша безысходно садится рядом.
Борька протягивает ему укроп. Гоша машет рукой.
Входит Володя.

ВОЛОДЯ. Вы чего тут?
ГОША (опушенным голосом). Выпить есть? (Володя качает головой.) У нас дом отбирают.
ВОЛОДЯ. Кто?!
ГОША. Таня Шишкина. Иск подала в суд. Выгоняет нахрен! С детьми, Чингизкой и всеми делами! Выпить есть?

Володя достает бутылку, наливает Гоше и себе.

ГОША. Говорит, что мы не заплатили. А мы – все до копеечки. Послезавтра суд, нахрен.

Володя снова наливает, и они снова выпивают.

ВОЛОДЯ. Надо было оформлять, Гошка. Я же говорил.
БОРЬКА. И неоднократно. Но кто-то выеживался… (передразнивает) не лезь, нахрен, в мои дела!
ГОША. Убью, козел!

Гоша хватает топор, между ними встает Володя.

ГОША. Какого хрена он меня чмырит?
БОРЬКА. Не чмырю, а пытаюсь перевести разговор в конструктивное русло, не совместимое с истерикой.
ГОША. Ты покойник!
БОРЬКА (вынимает гражданский кодекс, читает). Права владения жилым строением могут быть потеряны владельцем, если в течение шести лет владелец не подтверждал их проживанием или ремонтом указанного строения, и права эти могут быть отсуждены в пользу тех, кто в строении проживал.
ГОША. Чо за хрень?
БОРЬКА. Если вы докажете, что Шишкины в доме не проживали и его не ремонтировали, а вы и проживали, и ремонтировали, дом отдадут вам. Это для тупых.
ГОША. Ну все, достал!
ВОЛОДЯ. А как доказать?
БОРЬКА. Собрать подписи жителей.

Входят Лена с Чингизкой.

ЛЕНА (выпивает рюмку Володи). Чего? Подписи? Да я в этом доме четырех детей вырастила! Вот такая у вас Бычкова, мать-кормилица! (Выпивает рюмку Гоши.) И вы ее из этого дома разве что в гробу вынесите! Наливай!
БОРЬКА. Ну, пошло-поехало.
ВОЛОДЯ. Лен, Борька дело говорит. Ты должна собрать подписи…
ЛЕНА. Никому я ничего не должна! Президент что сказал? Поддержка фермера – наипервейшая задача! Еще выпить есть? (Вынимает тонкую брошюру.) Все будет по Конституции! Ну если выпить больше нет, пойдем, отец!

Уходит. Гоша уходит за ней.

БОРЬКА. Выселят, как пить дать. Все бабы дуры. (Задумчиво.) Почти все.

Хочет уйти, но Володя его останавливает.

ВОЛОДЯ. Ты что-то знаешь?
БОРЬКА. Неприятностей с вами не оберешься.
ВОЛОДЯ. Да ведь выгонят Бычковых! Человек ты или нет?..
Ладно, спрошу по-другому – ты козел или как?

Появляется Чингизка. Борька думает.

БОРЬКА. Лариса все это устроила.
ВОЛОДЯ. Чтобы Ленке отомстить?
БОРЬКА. Плюс дом отхватить за полцены.
И своего добьется, если Ленка подписи не соберет.
ВОЛОДЯ. Да я лично всю деревню обойду… (Быстро уходит.)
ЧИНГИЗКА. Дура Ленка.
БОРЬКА. Она тебя кормит.
ЧИНГИЗКА. А потом зарежет. Да я не против. Что делать, если я вкусная, ясен пень. Прикинь, если меня еще и кормить по науке, получится вообще бекон, с розовыми прослойками, прозрачным жирком, рыжей пупырчатой кожицей. Говорят, пальчики оближешь…
БОРЬКА. Тебе страшно?
ЧИНГИЗКА. Нормально. Сначала я жру, потом меня. Потом тех, кто меня. Потом тех, кто тех. Прикинь, круговорот жратвы в природе. Всех сожрут в свое время. А вот ты, Борька, можешь и опередить свое время, если далеко высунешься.
БОРЬКА. Я не верю своим ушам! Чингизка! Ты боишься за меня!
ЧИНГИЗКА. Помнишь, я маленькой была и Цыган Дядиборин мне ухо разодрал? А ты его рогами пырнул?
БОРЬКА (качает головой.) Так это ты была? Как неумолимо время!
ГОЛОС ТЕТИ ТАСИ. Борька, мать твою стерлядь! Ты пасешься?
БОРЬКА. Пасусь!
ГОЛОС ТЕТИ ТАСИ. Ну и как ты пасешься, мать твою стерлядь, ежели рот у тебя пустой?

Чингизка потешается.

БОРЬКА (имитирует забитость рта). Пафуфь, Фафифия Фафефифофна!
ГОЛОС ТЕТИ ТАСЯ. А Ленечки тама нет?
БОРЬКУ. Ленечки… Фефочки фет!
ЧИНГИЗКА. Не связывайся с Лариской.
БОРЬКА. Да пошла она!

Где-то проходит Лариса, улыбаясь. Борька струхнул.

ЧИНГИЗКА. Ну… вообще-то, она далеко была… вряд ли слышала.
БОРЬКА.Все нормально, не парься. (Уходит.)
ЧИНГИЗКА. Да я не парюсь, ясен пень. (Пауза.) Чо мне париться… (Убегает.)

Ночь. Утро. Свищут птицы.


8 КАРТИНА. СНОВА ЛАРИСА С ЛЕНЕЧКОЙ

Выходит Володя, за ним Лена. Она принесла огурцы.

ВОЛОДЯ. Да есть у меня.
ЛЕНА. Держи, прямо с грядки.

Володя протягивает тетрадь.

ВОЛОДЯ. Вот, кого успел обойти.
ЛЕНА. Да ерундой ты занимаешься!
ВОЛОДЯ. Послушай, Борька прошерстил кодекс от корки до корки. Если противная сторона, то есть Шишкина, представит доказательства…
ЛЕНА. Борька – козел. Что естественно. Ну а ты-то что?.. Ничего не будет, Володя! (Отдает тетрадь.) Президент за нас! (Уходит.)

Входит Ленечка, раздеваясь по пояс.

ВОЛОДЯ. А ты как считаешь, президент за нас?
ЛЕНЕЧКА. Он же президент, ага.
ВОЛОДЯ (смотрит в тетрадь). Кто следующий… Николай Никифорович… (Уходит.)

Ленечка умывается.Появляется Лариса и наблюдает.

ЛАРИСА. Блин, красивый ты мужик. Но необихоженный.
ЛЕНЕЧКА. Здравствуй, Ларис. (Быстро одевается.)

Выходит тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ. Чо такое?
ЛАРИСА. Завтра Валерка мед привезет. Нужно?
ТЕТЯ ТАСЯ. Нужно, да в кармане скушно.
ЛАРИСА. Потом отдадите… Как малина, Ленечка, поспела?
ЛЕНЕЧКА. За Тишкиными лугами, ага.
ТЕТЯ ТАСЯ. Иди курам задай.
ЛЕНЕЧКА. Так это… задал уже.
ТЕТЯ ТАСЯ. Еще задай.

Ленечка уходит. Тета Тася молча смотрит на Ларису. Та не уходит, напевает. Входит Борька.

БОРЬКА. Пенсию принесли, Таисия Валентиновна.
ТЕТЯ ТАСЯ. Мать твою стерлядь! (Убегает.)
ЛАРИСА. Как дела, козлик?
БОРЬКА. Грех жаловаться… Если я вам больше не нужен…

Входит Ленечка с миской.

ЛЕНЕЧКА. Цыпа-цыпа.
ЛАРИСА. Далеко не уходи. Вдруг понадобишься.

Борька уходит.

ЛАРИСА. Ну? Сходим за малиной?
ЛЕНЕЧКА. Так это, курам надо задать.
ЛАРИСА. Ты им уже задал, Ленечка? А как же я? Мне тоже надо задать.
ЛЕНЕЧКА. Шутки у тебя…
ЛАРИСА. Задай мне, Ленечка.

Лариса хватает Леню за то место, которым он должен ей задать.

ЛЕНЕЧКА. Так это… Я не могу.
ЛАРИСА. А мне кажется, можешь.
ЛЕНЕЧКА. Я это… не хочу.
ЛАРИСА. А мне кажется, хочешь.

Лариса тащит его за стог. Звучит концерт то ли Чайковского, то ли Рахманинова. Появляется Борька.

ГОЛОС ТЕТИ ТТАСИ. Ленечка-а-а!
ЛАРИСА (перекрикивая музыку). Ой, какой у тебя, Ленечка!.. Ух ты!.. Вот сюда!.. Так, Ленечка!.. На штурм, Ленечка!.. Еще, блин, еще!

Музыка в апогее. Входит тетя Тася. Чтобы заглушить Ларису, Борька беспрерывно говорит.

БОРЬКА. Давно хотел поговорить с вами, Таисия Валентиновна, серьезно. К сожалению, в моем рационе отсутствуют опилки. И это наводит меня на мысль, что вы не смотрите передачу «Утро скотовода», потому что, если бы вы смотрели эту в высшей степени полезную для сельского жителя телепрограмму, вы бы наверняка знали, что, помимо сена и разнотравья, скотине, к коей я отношу и себя, необходим грубый корм.
ТЕТЯ ТАСЯ. Чой-то распердолился?
БОРЬКА. А того распердолился, Таисия Валентиновна, что слишком долго молчал, наблюдая ваши зоотехнические промахи, но теперь хватит молчать…
ТЕТЯ ТАСЯ. Отскочи.
БОРЬКА. А дело в том, что из-за неполноценности моего рациона страдает не только моя психика, которая вам, как я предполагаю, глубоко безразлична, но и мои физические кондиции, которые должны, казалось бы, вас интересовать… Вы хотиите козлят или не хотите?
ТЕТЯ ТАСЯ. Отвянь, хрен горелый…

И тут тетя Тася увидела Ленечку, который как раз появился из-за стога сена со следами этого сена в шевелюре. Мелькнула и довольная Лариса.

ЛЕНЕЧКА (увидев мать). Цыпа-цыпа!
ТЕТЯ ТАСЯ. Мать твою стерлядь!

Хватает лопату. Борька преграждает ей дорогу.

БОРЬКА. А вы не задумывались, Таисия Валентиновна, что есть и ваша вина в том, что произошло за этим стогом сена? (Ленечка на цыпочках сматывает удочки.) Вспомните, как вам сватали – в порядке поступления – Катьку Рестораниху, Тамарку Прихожалку, Маньку Веселуху.
ТЕТЯ ТАСЯ. Тоже мне невесты. Незнамо кто и звать никак!
БОРЬКА. Имена и впрямь неказистые, а сваха тем не менее всех пристроила. За нормальных мужиков, без излишной дури.
ТЕТЯ ТАСЯ. Хочешь сказать, я виновата, мать твою стерлядь? И что без мужа Ленечку выходила, хотя все говорили – не жилец? И что пенсию восемь тысяч выработала, хотя пахала сорок лет без продыху? И что проку с тебя, как с козла молока? И еще лекции мне читаешь! Угонобошу, хрен горелый!
БОРЬКА. Короче, все как обычно.

Тетя Тася с лопатой бросается на Борьку, и он убегает. Оглядываясь, выходят Ленечка с Ларисой.

ЛАРИСА. Еще хочешь?
ЛЕНЕЧКА. Ага.
ЛАРИСА. Да ты у меня монстр секса.
ЛЕНЕЧКА. Чо это?
ЛАРИСА. Это круче всех, блин.
ЛЕНЕЧКА. И Кирилла?
ЛЕНЕЧКА. Так это, еще можно?
ЛАРИСА. Отчего ж нельзя. Только дело есть, Ленечка. Поможешь Тане Шишкиной?
ЛЕНЕЧКА. Так это тетка моя. А чо делать?
ЛАРИСА. Заедет она в среду, ага? Утречком.
ЛЕНЕЧКА. Ага. А зачем?
ЛАРИСА. В суд тебя повезет. А там тебя спросят: «Ремонтировала Татьяна Шишкина дом в Козелках?» А ты скажешь: «Да. Ремонтировала». Потом в кафе-мороженое с ней сходите. И на аттракционы. Ага?
ЛЕНЕЧКА. Ага.
ЛАРИСА. Ну, пошли, монстр! Блин, ты меня как костер поджигаешь!

Снова Лариса с Ленечкой уходят за стог. 
Выбегает тетя Тася с лопатой. Навстречцу ей выходит Мила. Преграждает дорогу.

МИЛА. Мы тут посоветовались с мамой и вот что решили. Придется вам ответить за клевету.
ТЕТЯ ТАСЯ. Отскочи.
МИЛА. Отскочи. Отвянь. Угонобошила. Еще стерлядь эта ваша. Когда же вы начнете правильно говорить по-русски, как Александр Сергеевич Пушкин. Да Бог с ним, Пушкиным. Хотя бы на уровне моих учеников?
ТЕТЯ ТАСЯ. Моча пошла.
МИЛА. Боже мой! За что мне это?
ТЕТЯ ТАСЯ. Шла бы ты, мать твою стерлядь.
МИЛА. И пойду. В суд. И привлеку вас к уголовной ответственности за злостную клевету. Штраф в тысяч этак двадцать, я думаю, научит вас думать, прежде чем порочить доброе имя порядочных людей.
ТЕТЯ ТАСЯ. Чего? Порядочные? Да Николай Никифорович сам видел, как твои мужики мои доски пердошили, а твоя мать пришлепнутая на стреме стояла. С вечернего авбоса шел и видел. И в тетрадку записал и заверил в сельсовете. Съела, пердоболка? И мать твоя – пердоболка! А мужики – пердоболы и воры. И кончай пердоболить, а то я сама в суд пойду, с тетрадкой!
МИЛА. Как вы смеете… Моя мать – святая женщина… (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ (вслед). Психичка трехнутая! (Хохочет – и тут увидела Борьку. Ласково.) Вот мы и встретились на узкой дороженьке.
БОРЬКА. Держите себя в руках, Таисия Валентиновна. Вы как хотите, а я вам Ленечку в обиду не дам.
ТЕТЯ ТАСЯ (бросает лопату). Как ты это делаешь, понять не могу.
БОРЬКА. Это необязательно, Таисия Валентиновна. Некоторые люди рождены, чтобы действовать. Возможно ли, чтобы солнце взошло на западе?
ТЕТЯ ТАСЯ. Чегой-то?
БОРЬКА. Точно так же невозможно, чтобы люди, рожденные для того, чтобы действовать, еще и думали. Ам мыслить предется тем, кому Бог мозги дал.
ТЕТЯ ТАСЯ. Угонобошу, мать твою стерлядь… (Хватает лопату, Борька убегает.)

Выходит Кирилл, навстречу Ленечка, как будто договорились встретиться.

ЛЕНЕЧКА. Хочешь, ударь меня.
КИРИЛЛ. Зачем это?
ЛЕНЕЧКА. Так это… У нас с Ларисой любовь.
КИРИЛЛ. Дурак ты, Ленечка, прости Господи… ей что ты, что я, что шофер автолавки, что ветеринар из района… тебе весь список огласить?.. Поздравляю со вступлением в наш веселый клуб.

Жмет ошарашенному Ленечке руку и уходит.
Выходит Борька.

ЛЕНЕЧКА. Это правда? Она меня не любит?
БОРЬКА. Я что, похож на экстрасенса?
ЛЕНЕЧКА. Борька, не играй с огнем… Правда?
БОРЬКА. Признаник, вырванные под угрозой, не имеет законной силы.
ЛЕНЕЧКА. Я тебя как человека прошу.
БОРЬКА. Я козел… (Ленечка смотрит в упор.) Любит.
ЛЕНЕЧКА. Я знал! Ага! (Целует Борьку.) Ты самый классный козел в мире! (Убегает.)
БОРЬКА. Иногда приходится соврать, чтобы услышать правду. (Уходит.)

 

9 КАРТИНА. ВСЕ ЕЩЕ ВОЗМОЖНО

Володя и Кирилл выходят и встречаются, как будто договорились. Говорят быстро.

ВОЛОДЯ. Ты Шишкину спонсируешь?
КИРИЛЛ. Каждый делает то, что ему выгодно. Вот ты помогаешь Бычковым, а они тобой восхищаются, а ты привозишь им батарейки.
ВОЛОДЯ. По-твоему, любая дружба…
КИРИЛЛ. Это баш на баш. И любовь тоже. Я трахаю Лариску, поэтому заказ на дом забираю у Гоши и отдаю Мишелю. А Лариска дурит меня на материалах, но я делаю вид, что не знаю, потому что она поможет мне вытурить Бычковых.
ВОЛОДЯ. Зачем?
КИРИЛЛ. Воняют.
ВОЛОДЯ. В каком смысле?
КИРИЛЛ. В смысле говна. Устав от бешеных штормов и бессонных ночных вахт, я предпочитаю розы нюхать, а не бычковский свинарник за забором! И ты, Вольдемар, я надеюсь, не такой дурак, чтобы переть против нашей организованной преступной банды…

Кирилл уходит. Появляются Миша и Борька. Володя это не замечает.

ВОЛОДЯ. Я такой. И вы не выгоните Бычковых. Этого не будет!
МИША.Или будет. Если Ленечка по просьбе Ларисы соврет на суде, что Шишкины ремонтировали дом. (Уходит.) Вы меня невидели и не слышали.
ВОЛОДЯ (Борьке). Что делать будем?

Входит Мила, смотрит на скульптуру.

МИЛА. А все-таки жаль, Владимир, что в вашем творчестве не прослеживаются народные корни.
ВОЛОДЯ. Вы не видите, я разговариваю?
МИЛА. С козлом? (Хохочет.) Знаете ли, я тоже люблю русскую природу, как ее флору, так и фауну. Но ваши взаимоотношения с этим странным говорящим козлом вызывают вопросы. И не только у меня и моей мамы.
ВОЛОДЯ. Господи, почему, как только вы открываете рот, меня тянет блевать?
МИЛА. Да как вы смеете… Мама! (Убегает в слезах.)
БОРЬКА. Поговори с Ленечкой. По душам.
ВОЛОДЯ (вздыхает). Придется выпить. И много.
БОРЬКА. Кто если не ты. (Уходит.)

Выходит Ленечка.

ЛЕНЕЧКА. Ива кончилась, ага. Надо бы сгонять за Дробишино, ага.

Пританцовывая под мелодию Боба Марли, выходит Борька с литровой бутылкой мутноватой жидкости известного предназначения.

ВОЛОДЯ (с ужасом). Выпьем, что ли?
ЛЕНЕЧКА (сглотнул). Так это… Борьку загнать надо.
БОРЬКА. Я и сам загонюсь. Приятного аппетита. Вот колбаска.

Отдает колбасу в промасленной бумажке и бутылку.

ЛЕНЕЧКА. До чего у меня козел умный, понял-нет. Пойдем в сарайку, ага, там безопаснее.
ВОЛОДЯ (безысходно). Мать твою стерлядь.

Володя и Ленечка уходят в сарайку.
Выходит Лариса.

ЛАРИСА. Мы с тобой плохо жили, Вов? Ты вспомни, блин, и рыжики, и соленья-варенья под Лидухину самогонку, и шашлык-машлык с песнями… И другое кое-что, блин, ты ж не только художник... Их дом, говоришь? Нечестно? Да тебе, блин, откуда знать, цыпленок, что честно – что нечестно? Ты знаешь, какие бесы в Ленке пляшут и языки кажут? Это она снаружи кошечка пушистая, как открытка к Рождеству! А не хочешь, блин, когтями в глаза – расцарапать, порвать и заорать, что обдурила тебя, дебила… да ее гнать надо! А ты размяк… Но я помогу тебе, спасибо скажешь.

Лариса уходит. Володя выходит их сарайки с Ленечкой и бутылкой. Ленечка допивает остатки.

ЛЕНЕЧКА. Боюсь я его, понял-нет? Оторопь берет, какая умная животина… Тва-а-арь четырехногая… не, четрехрогая…  все ж-таки четырехногая, ё-моё! А мы с тобой, Вов – человеки, понял-нет?.. Мы звучим гордо!.. А в суд не поеду, правильно говоришь, пусть Бычковы живут… А ведь утром Шишкина за мной приедет, ё-моё… А я вот чего!.. (Хватает нож, размахивает.) Иву пойду резать, за Дробишино. Прям щас и пойду, с ночевкой (Собирает ватник, котелок.) Вот такая концепция, ё-моё. (Уходит.)
ВОЛОДЯ. Господи, я прошу вас, давайте остановимся! Еще есть время! (Выходит Кирилл.) Плюнем и разотрем и скажем друг другу правильные слова, это так просто, капитан!.. А знаешь, Лена, я подумал...
КИРИЛЛ. Я тут подумал, Лен, это же Козелки, а не Цюрих. Ну есть такое дело, попахивает, особенно когда ветерок от вас, но в целом терпимо… деревня… И знаешь, тогда, с телевизором, это круто было…

Выходит Лена.

ЛЕНА. Хорошо было! Ты нежный такой, прямо непривычно. Ну да – ну да… У Гошки-то по-простому, у него математика... а у тебя логорифмы… И с говном раберемся. Соседи должны с говном разбираться…

Выходит Лариса.

ВОЛОДЯ. Вот так, черт вас побери, и будет как раньше! Это не так трудно! Как там насчет рыжиков?
ЛАРИСА. Как насчет рыжиков, блин? Завтра в шесть?
ВОЛОДЯ. Я как штык! Всегда готов!
ЛЕНА. Заметано. Ну да.
КИРИЛЛ. Не против.
МИША (выходит). И я с вами, ё-моё!
ГОША (выходит). Тогда и я!
ВОЛОДЯ. Смерть рыжикам, нахрен! Да, Гош?

Все смеются.

ЛАРИСА. Только место секретное, блин! Чтоб ни одной живой душе!
ВСЕ. А то мы не понимаем.
ВОЛОДЯ. Это все еще может быть, Господи, ну?

Пауза. Кирилл, Лена, Лариса, Гоша и Миша молча расходятся в разные стороны.
Ночь. Утро. Поют птицы. 


10 КАРТИНА. ВЫИГРАЛИ

Со всех сторон выходят Борька, Лена, Гоша, Володя.

БОРЬКА. Выиграли!
ГОША. Решение в нашу пользу!
ВОЛОДЯ. Поздравляю, ребята.
ЛЕНА. А я говорила, никто Бычкову из дома не выгонит! Вот такая она у вас, победительница! Ура! (Все кричат: «Ура».) Ты бы видел, Володя, Таньку Шишкину. Стоит красная! Вот-вот от злости лопнет! А не будет на конституцию руку аподнимать! Ты чего такой помятый?
ВОЛОДЯ. Перебрал вчера с Ленечкой.
ЛЕНА. Пил бы ты, Володя, поменьше, а то будешь как твой Ленечка. Ну да - ну да. Беру над тобой шефство!

Лена и Гошка уходят. И сразу вечереет. У Бычковых празднуют. Гармошка. Гошка поет частушку.

ГОЛОС ГОШКИ. Ваня наш малек подрос,
Для парней Иван пример,
У него огромный нос,
А еще огромный…

Звук шлепка.

ГОЛОС ЛЕНЫ. Тпр-ру! Думай, что поешь, дети не спят. И вообще, пошли в дом, Николай Никифорович тост будет говорить.

Входит Борька. Смотрит, как Володя лепит.

БОРЬКА. Давно спросить хотел. Ты алчешь славы?
ВОЛОДЯ. Ну и вопросик… Вообще-то слава бодрит… Что-то внутри ёкает, и хочется вкалывать до одури, потому что все в порядке, значит, не зря в тебя верили, и ты верил… А ты, Борька, чего алчешь?

Пауза.

БОРЬКА. Стать человеком. Без рогов и хвоста. Белка хорошая, добрая, только она говорить не умеет. Поживешь с ней – сам разучишься. И смысл в жизни потеряешь. Останется физиология да инстинкты. Хочешь честно? Ненавижу все козлиное, а люблю человеческое.
ВОЛОДЯ. Значит, и у тебя своя любовь. (Кидает на весы камешек.) И своя ненависть. (Кидает на весы камешек.)
БОРЬКА. Ты не попал.
ВОЛОДЯ. Не каждый раз.

И снова доносятся отголоски праздника, смех.

ГОЛОС ЛЕНЫ (кричит). Вот такая у вас Бычкова, неуемная! Попробуй ее тронь! (Смеется.)
БОРЬКА. Переживаешь, что не позвала?
ВОЛОДЯ. Ну как-то...
БОРЬКА. Не хочет победой делиться. Забей.

Мимо проходит Мила, но они ее не видят.

БОРЬКА. Может, все и обойдется.
ВОЛОДЯ. Ты как-то это сказал… до костей пробрало.

Мимо проходит Лариса, но и ее они не видят.

БОРЬКА. Забей.

Появляются Чингизка.

ЧИНГИЗКА. Чо творится, прикинь, орут, поют, посуду бьют. Гошка блюет. Я еле увернулась. (Володе) Повезло тебе, что не позвали, ясен пень.
ВОЛОДЯ. И ты утешать пришла?.. Все. Спать. И вообще – пьянству бой. Чего всем желаю.

Володя уходит.
Появляется Гоша, качается, у него в руках кочан капусты и бутылка водки.

ГОША. А где Вовка?
БОРЬКА. Спать пошел. И объявил пьянству бой, чего и тебе желает.

Снова появляется Мила, но ее никто не видит.

ГОША. Ты ох-х-хр-р-ренительно вр-р-редный коз-з-зел нахрен! (Протягивает ему капусту.) Это, как его, спасибо тебе, ну ты знаешь… И Володе… (Уходит.)

Снова появляется Лариса, но ее никто не видит.

ЧИНГИЗКА. Эх, не выпьем, так закусим!

Чингизка и Борька уходят. Лариса и Мила встречаются.

ЛАРИСА. Чего хотела?
МИЛА. Дело в том, Лариса, что я питаю к вам исключительную симпатию. Чего не могу сказать о всех жителях наших Козелков.
ЛАРИСА. Кто?
МИЛА. Борька. Это он подсказал Володе собрать показания жителей и отговорить Ленечку ехать в суд. У меня стеночка на вернаде из досточек, все слышно поэтому. Вот я и решила… поскольку нельзя позволить говорящим козлам и прочим аморальным элементам устанавливать в Козелках свои порядки…
ЛАРИСА. Конец им.
МИЛА. Ну, тут, как говорится, сначала отмерь семь раз, а уж потом…
ЛАРИСА. Уйди.
МИЛА. Всего хорошего. (Уходит напевая.) Белая береза под моим окном принакрылась снегом, будто серебром…

Слышна гулянка у Бычковых. Появляется Ленечка.

ЛЕНЕЧКА. Смотрю, стоит кто-то стоит. А это ты. Так это… ты не серчай, ага? Ну перебрал я вчера, и забыл про суд и про Шишкину. За ивой пошел в Дробишино. Может, это, Ларис, у меня такой стояк, хоть ведро вешай!
ЛАРИСА. Уйди.

Входит Миша.

МИША. Может, я вернусь домой, ё-мое? Я вам не буду мешать, просто с Васькой посижу, а то совсем одичаю, хоть на денек, ё-моё?
ЛАРИСА. Уйди, урод.

Входит Кирилл.

КИРИЛЛ. Смени галс, Лариса, и не трогай художника. И козла. Они мне нравятся.
ЛАРИСА. Уйди, говорю.

Входит тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ. Мать твою стерлядь, ты чего задумала, свистоплетка? Я же вижу, что задумала! Ты хоть помнишь, что мы родственники, через дядю Федю, а?
ЛАРИСА. Уйди, теть-Тася. Все уйдите.

Все уходит. И Лариса.


11 КАРТИНА. РАЗБОРКИ

Утро. Поют птицы.
Выходит Ленечка, подходит к скульптуре.

ЛЕНЕЧКА. Зарезал ты меня, сосед, понял-нет?.. Ну и чо мне делать?.. (Кричит.) Курам задавать? Борьку загонять? Иву вымачивать? Всю жизнь? А может, научишь из глины дурынды ляпать? Так это… башка ведь съедет... И выпить нет...  

Володя выносит Ленечке бутылку.

ЛЕНЕЧКА. Зарезал, сосед… (Уходит.)

Володя лепит. Появляется Кирилл. Володя начинает говорить с ним не оглядываясь.

ВОЛОДЯ. Ты мерзавец.
КИРИЛЛ. Это насчет Мишки? Я-то тут причем? Он с самого начала под бабу лег, а это ошибка. Когда баба сверху, мужик будет только пинки получать.
ВОЛОДЯ. Ты сволочь. Последняя.
КИРИЛЛ. Как же я ненавижу тебя, маэстро. Но и люблю. (Смортрит на скульптуру.) Потому что ты гений. И также свидетель моих славных побед.
ВОЛОДЯ. Бог не допустит.
КИРИЛЛ. Ну это уж совсем глупо.

Кирилл уходит, танцуя под музыку Боба Марли. Володя лепит, движения его становятся все более нервные, энергичные. Появляется Борька, наблюдает.

ВОЛОДЯ. Бог не допустит! Бог не допустит! Бог не допустит! Бог не допустит!
БОРЬКА. Хватит. (Музыка останавливается.) Уезжай. 
ВОЛОДЯ. Ни за что.Это моя лучшая вещь.
БОРЬКА.Ты даже не знаешь ее названия.
ВОЛОДЯ. Теперь знаю. «Любовь и ненависть в Козелках». Я пошлю ее в Париж, на всемирный конкурс любви и ненависти. И получу гранпри. И отправлюсь в кругосветное путешествие, года на два. А потом расскажу тебе, Борька, как прекрасен мир.
БОРЬКА. Два года. Для козла многовато.
ВОЛОДЯ. Я договорюсь с тетей Тасей, и она тебя не угонобошит.
БОРЬКА. А Чингизка?
ВОЛОДЯ. И с Леной договорюсь. Реструктуризация долга. Вместо ноги целую свинью получу. Живую. Еще будете с Чингизкой на внуков любоваться.
БОРЬКА. Это если гранпри получишь.
ВОЛОДЯ (проводит рукой по выпуклостям и впадинам скульптуры). Получу, Борьку… за такую любовь… и такую ненависть… А это что?.. Я этого не лепил... Я же не псих, я знаю, что лепил, что не лепил… Не было этого, Борька! Не было!
БОРЬКА. Не истери. Иди лучше побросай камешки. Это тебя успокаивает.
ВОЛОДЯ. Я… боюсь.

Входит Миша.

МИША (говорит не своим голосом). Ее все боятся. Ё-моё. Она страхами нашими питается и живет от этого. Она думает, что она – человеческая матка, и ей все мужчины принадлежат. И когда она их позовет, они к ней все придут, даже те, которые еще не родились, и она будет давать им, и становиться все больше…

Миша вздрагивает и очумело смотрит вокруг.

МИША. Вы чего?
БОРЬКА. Это ты чего?
ВОЛОДЯ. Откуда ты все это взял?
МИША. Что?
ВОЛОДЯ. Ну, что говорил сейчас… про матку…
МИША. Ничего я не говорил, ё-моё.За газовым ключом зашел. (Берет ключ и уходит.)
БОРЬКА. Слушай, уезжай. Хоть на время.
ВОЛОДЯ. Это не ее деревня. А наша деревня, называется Козелки. И я буду тут жить. И Бычковы будут тут жить. И ничего она с этим не сделает.

Входит тетя Тася, руки в боки.

ТЕТЯ ТАСЯ. Борька, хрен горелый! Ну и чо? Белка опять пустая. И кто ее обиходит, мать твою стерлядь? Может, я? Так у меня подходящий инструмент в отсутствии. А у тебя на загляденье. (Борька стесняется.) Только чо на него глядеть, однако, его употреблять надо! Чо морду воротишь? Я второй год без козлят. Стыдоба! (Володе.) Ты пойми, Володя, я же не против, дружите - и дружите. Но второй год без козлят, мать вашу стерлядь! Ей-богу угонобошу!
БОРЬКА (с вызовом). Козлят желаете, Таисия Валентиновна? Сейчас сделаем! (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Я Белку за сараем привязала! Там сподручней!
БОРЬКА (возвращается). Этот уж вы мне, Таисия Валентиновна, позвольте решать, где сподоручней. Козел пока что я, а не вы!

Уходит.

ТЕТЯ ТАСЯ. Какая скотина обидчивая.
ВОЛОДЯ. Он не скотина. (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Ну всем не угодила… Только нет у меня времени на мерехлюндии… Ленечка, курам задал?

Тетя Тася уходит. Быстро темнеет. Наступает ночь.


12 КАРТИНА. БЕЗ ПОЩАДЫ

И ночью что-то происходит, что мы слышим, но не видим. Что-то падает, кто-то чертыхается. 
Утро. У плетня все раскидано. На круглом столике вместо скульптуры – бесформенный ком глины.
Выходит Володя, потягивается со сна. Обнаруживает разор у плетня и уничтоженный объект. Опустошен.

МИЛА (выходит). Мы тут с мамой решили, что последний инциндент переполнил чашу терпения… (Вдруг увидела разрушенную скульптуру и не в силах сдержать улыбку.) Жаль, конечно, вы так долго работали. И все же вы, Владимир, не имеете права…
ТЕТЯ ТАСЯ (появляется). Отвянь от человека, гнилушка кучерявая! И доски верни, мать твою стерлядь! (Неожиданно Мила хватает тетю Тасю за волосы.)  Отчепись, сикильдушка! Милиция!
МИЛА. Я тебя, гадина, урою! Кровью умоешься!
ТЕТЯ ТАСЯ. Убивают! Ленечка!

Мила таскает тетю Тасю за волосы, изрыгая вопли, на которые прибегает Борька, хватает горн, передает Володя и тот дует Миле в ухо. Она отпускает тетю Тасю. 

МИЛА. Всех урою! Подонки! (Убегает.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Как жива-то осталась! Ой, Володенька! ВОЛОДЯ. Восстанавливай силы, теть-Тася. Впереди серьезные бои.

Володя уводит тетю Тасю. 
Выходят Борька и Лариса как будто договорились.

ЛАРИСА (сквозь зубы). Опустить меня решил, козлик? Ой, по рогам получишь. Дружок твой уже получил.
БОРЬКА. Статья сто восемнадцатая, пункт 3 прим. Вандализм, до двух лет.
ЛАРИСА. Не докажешь, блин.
БОРЬКА. Это да, ты ж не своими руками, Леничкиными.
ЛАРИСА. Не докажешь.
БОРЬКА. Тогда статья сто двадцать пять. Хищение леса плюс неуплата налогов со строительной деятельности. До пяти лет. Документы в наличие. (Показывает стопку документов.) Рвать бессмысленно, это ксерокопии. Но если ты оставляешь нас в покое, эти документы исчезнут.
ЛАРИСА. А если обманешь?
БОРЬКА. Это невозможно. Как невозможно, чтобы солнце взошло на западе.

Борька ждет. Лариса уходит. Входит Володя и смотрит сначала на Ларису, потом на Борьку.
И тут, держась за живот и стоня, вваливается Ленечка. Борька и Володя бросаются к нему.

ЛЕНЕЧКА. Ударил. Ужас как больно.
БОРЬКА. Кто?
ЛЕНЕЧКА. Кирилл.
ВОЛОДЯ. За что?
ЛЕНЕЧКА. За то, что я твой объект кокнул.
ВОЛОДЯ. Ты?
ЛЕНЕЧКА. Она сказала, если кокну, Кирилла выгонит и возьмет меня. Кажись умираю, ага… Ой-ой-ой!
БОРЬКА. Похоже на разрыв печени. (Входит Гоша.)
ВОЛОДЯ. Отвези Ленечку в больницу.
ГОША. Карданный вал отвалился... Если только Николая Никифоровича попросить.
ВОЛОДЯ. Давай, Гоша, бегом!

Гоша убегает. Володя уводят Ленечку. Входит Чингизка.

ЧИНГИЗКА. Ты не в курсе, репа у Зинки поспела?
БОРЬКА. Ты всегда думаешь о жратве?
ЧИНГИЗКА. Так я же не для себя. Прикинь, я для них жру. (Похлопывает себя по животу.) Уже дерутся, тесно им, ясен пень, набились, как кильки в банке. Надо репу проверить. (Убегает.)
ВОЛОДЯ (входит). Разрыва нет. К вечеру отпустят.
ТЕТЯ ТАСЯ (входит). Ленечка! Ты курам задал? Где он, мать его стерлядь?
БОРЬКА. Я задам, Таисия Валентиновна.
ТЕТЯ ТАСЯ. Ты? (Хохочет заливисто как маленькая.) Ой, не могу! Козел курам задаст… (Володе, увидела скульптуру.) Чой-то с твоей страхолюдиной?
ВОЛОДЯ. Ликвидировал.
ТЕТЯ ТАСЯ. Вот это хвалю. А то торчит, только мозгосрань наводит. Еще крапиву с лопухами скоси, и живи – не хочу. Тане на загляденье. (Борьке.) Ну а ты у меня красавчик. Белка довольная ходит, как кошка жмурится. (Уходит.)
БОРЬКА. Впервые похвалила. Никому в наше время не нужен интеллект.
ГОЛОС ЛЕНЫ. Дома, Володя?
ГОЛОС ТЕТИ ТАСИ. Боренька! Иди-и-и-и!
БОРЬКА (принюхивается). Репа пареная. (Вздыхает.) Слаб козел. (Уходит.)

Входит Лена с кастрюлькой и бутылкой водки.

ЛЕНА. Ну почему, Володя, никто к нам не ходит! Мы что, прокаженные какие!..
ВОЛОДЯ (удивлен). Как же не ходят, Лена, вчера сколько народу было, даже Николай Никифорович…
ЛЕНА (зло). Вот ведь какой ты человек! С двойным дном!
ВОЛОДЯ. О чем ты?
ЛЕНА. Завидуешь, что Николай Никифорович к нам пришел, а к тебе нет! А знаешь, почему? Ты никто!

Володя обалдел. Лена разливает водку на две рюмки, чокается с Володиной рюмкой и пьет. Потом выпивает и Володину рюмку. Так действует и дальше.

ВОЛОДЯ. Сбрендила?
ЛЕНА. Плюнуть на тебя и растереть! Тьфу!
ВОЛОДЯ. Я, между прочим, полы мыл.
ЛЕНА. Потому что не любишь ты мир, как Шилов и Глазунов! И этот, который цветочки рисует!
ВОЛОДЯ. Да пойми, Лена, я и есть мир.
ЛЕНА. Ты? (Смеется.)
ВОЛОДЯ. И ты.
ЛЕНА. Это в десятку. Я свиней ращу для людей! Вот такая у вас Бычкова, мать-кормилица! А с тебя какая польза? Тьфу! Тьфу! Тьфу!
ВОЛОДЯ. Ты мне все заплевала. С ума сошла?

Входит Гоша.

ГОША. Птичка, ну нахрен ты пришла к человеку и гадости говоришь?
ЛЕНА. И деньги ты нам одолжил, чтобы тыкать ими! Слышь, Бычков, чтобы завтра все отдал до копеечки!
ГОША. Откуда ж я возьму.
ЛЕНА. Есть еще выпить?
ВОЛОДЯ. Слава Богу, нет.
ЛЕНА. А я вот понимаю красоту! Неси глину, человек с двойным дном, покажу как надо! Вот такая у вас Бычкова, самородок! Значит, нет больше выпить? (Вынимает курицу и кидает Володе в таз.) Держи, а то помрешь без Бычковой с голоду. (Хохочет.)
ВОЛОДЯ. Ну уж нет! (Кидает курицу обратно Лене в кастрюлю.) Тут тебя не помойка.
ЛЕНА (кидает в Володю курицу и уходит). Вот она какая Бычкова – правду-матку рубит, как Матросов!

Уходят в разные стороны. Выходит тетя Тася.

ТЕТЯ ТАСЯ. А ежели ты такой умный, скажи, что мне с Ленечкой делать?
БОРЬКА. Изголодался он, Таисия Валентиновна.
ТЕТЯ ТАСЯ. Чо? Да я его на убой кормлю.
БОРЬКА. По любви он изголодался.
ТЕТЯ ТАСЯ. Моя вина, мать твою стерлядь! (Бьет себя по щекам.) Дура! Дура! Дура! А знаешь, почему я сваху прогнала-то? Не знаешь, а она Андрея моего увела. Как я его любила, так теперь не любят, мать твою стерлядь… Крючочком заколдупопила и утащила, стерва губастая. И пошел он, пошел за ней, как на привязи, даже не оглянулся, милый мой, только и видала… И чо теперь с нами будет?
БОРЬКА. Если б я мог читать книгу судеб...
ТЕТЯ ТАСЯ.Козел козлом, а перекреститься хочется. Если не угонобошу, молиться на него стану! (Уходит.)


13 КАРТИНА. БОРЬКА И МИШКА

Входят Володя и Ленечка.

ВОЛОДЯ. Правильно ты ее кокнул.
ЛЕНЕЧКА. Так ведь… Ты же в Париж ее хотел, на конкурс.
ВОЛОДЯ. Париж целее будет…
БОРЬКА. Здравствуй, кащенка.
ВОЛОДЯ. А я вам говорю, из-за нее все.
ЛЕНЕЧКА. Нет, Вов, не она виновата. И Лариса не виновата, никто ее не любил, понял-нет, только пялили, а если бы мы ее полюбили… (Появляется Лариса и Кирилл.) Если б я ее полюбил, она б лучше стала, ага. Она бы успокоилась. 
ЛАРИСА. Идиот. (Уходит.)
КИРИЛЛ. Однозначно. (Уходит.)
ЛЕНЕЧКА. Я виноват, ага. (Уходит.)
БОРЬКА. Иди спать, завтра солнце взойдет на западе. (Уходит.)
ВОЛОДЯ (оборачивается). Что он сказал? (Уходит.)

Наступает ночь. Наступает утро. Птицы нет поют.

ЧИНГИЗКА. Теть-Тася Борьку зарезала!

Сбегаются все, нет только Ларисы и тети Таси.

ГУЛ. Зарезала? Ничо себе! Борьку?
ЛЕНЕЧКА. Так это… захожу в хлев, а он висит. Без шкуры. Говорю, мама, зачем ты? Это же Борька!
ТЕТЯ ТАСЯ (входит). Да что же ему, мучиться с переломанными ногами?
ВОЛОДЯ. А кто же ему ноги…
МИЛА. Я с некоторых пор рано стала вставать. Наверно, возрастное. И вот, значит, выхожу часа так в три, смотрю, луна залила наши Козелки бледным призрачным сиянием. И вдруг, товарищи – крик – а, а, а, а – глухо так, страшно. И тут вижу – выходит из хлева тети Таси…
ЧИНГИЗКА. Ну?
МИЛА. Лариса. И несет что-то тяжелое в руке.
ТЕТЯ ТАСЯ. Ну мать ее стерлядь!
МИЛА. А я говорила, добром это не кончится. Вот до чего доводит наше с вами попустительство. Раньше, может, и не хватало на полках деликатесов, но свиньи и козлы не имели права голоса. А теперь… одни говорят, что хотят… другие лепят… третьи ноги ломают!
ВОЛОДЯ. Заткнись!
МИЛА. Ну знаете, ещё никто…
ВОЛОДЯ. Просто закрой рот. Просто закрой… Чингизка. Прикинь, солнце взошло на западе.

Все смотрят на солнце. И тогда появляется Борька, пританцовывает под мелодию Боба Марли.

БОРЬКА.Ты меня не забывай, Чингизка. Кстати, поросят у тебя пятнадцать, потому им и тесно. Вы там сообщите в книгу Гиннеса…
(Лене.) 
А ты скажи Господу спасибо, что дал тебе любящего мужа, четверых детей и железный организм. Ничто тебя не берет, даже Лидухина самогонка. Но темп сбавляй, не молодая уже. И хватит гордыню тешить.
(Гоше.)
С тобою все просто. Терпи как терпел. И люби ее, у тебя это хорошо получается. И вот тебе ключевая фраза: «Ты выпила три рюмки, птичка моя – все!»
(Кириллу.) 
Помнишь, тебе было семь лет и пьяный сосед зарубил твою собаку, и ты дал себе слово, что никогда никому не сделаешь зла? Ну так соблюдай…
(Миле.)
А ты кончай врать для начала. Ну выливает твоя мать-маразматичка помои Володе на участок. И с дровами бес твоих мужиков попутал. Признай это и, само собой, верни тете Тасе доски, у нее денег на другие нет, а пол в прорехах. Тебе же легче станет.
(Ларисе, в пространство.) 
А ты, Лариса, ни за что не делай того, что задумала, когда ломала мне ноги. Бог категорически против, а дьявол за. Если ошибешься, ждут тебя нары.
(Ленечке.) У тебя, Ленечка – самый сложный случай. Душа твоя раскалена, аж земля под тобой дымится. Выход олдин. Изматывай тело трудом, чтоб душа угомонилась. Насчет ивоплетения – вряд ли, но когда-нибудь твои усилия вознаградятся.
(Тете Тасе.) 
А вы, Таисия Валентиновна, матом поменьше ругайтесь. Пожалейте тех, кто захочет рассказать о вас, но встретится с трудностями, поскольку закон запрещает ругаться в театре с такой неистовой силой! И спасибо, что зарезали, боль сразу стихла.
(Мишке.)
А ты потерпи немного. Через пять лет Лариса твоя сильно сдаст, и мужики отпадут от нее, насосавшись. И ничего ей не останется, как оценить, какой у нее золотой мужик.
Еще Николаю Никифоровичу передайте, что брат его, с которым он сорок лет не разговаривает, хочет перед смертью повидаться. Телефон 89265548325.
(Володе.)
Ну а ты не больно огорчайся, что не получит твой объект премии. Не ты в этом виноват, а жизнь Козелковская, не возможная для воплощения. И еще одно, Володя, только не брыкайся, мол не будет такого никогда, чтобы ты снова пошел с Ларисой за рыжиками. Пойдешь. И с Леной помиришься. И сделаешь это не потому, что ты предатель, а потому что время дарует мудрость, которой обделил нас Бог… Вот и все, ребята. Пойду, меня ненадолго отпустили… Блин, даже помирать не хочется. (Уходит.)
ТЕТЯ ТАСЯ. Так, Ленечка, неси бутылку, Лидуха вчера дала, за семена. Я в отдушину ее сунула.
ЛЕНЕЧКА. Это дело, ага. (Остается на месте.) 
ТЕТЯ ТАСЯ.Слишком умный козел был, мать его стерлядь, земля таких не держит.

Слева направо Ленечке передают бутылку, он наливает в кружку, протягивает Володе.

ВОЛОДЯ. Помянем душу невинно убиенного.

Выпивает, протягивает кружку Чингизке.

ЧИНГИЗКА. Прикинь, Борька, божественное предназначение – не мое это. Не мог ими рисковать, ну и пить не могу, сами понимаете…

Протягивает кружку Кириллу.

КИРИЛЛ. Настоящий был козел.

Выпивает, протягивает Гоше.

ГОША. Но вредный.

Выпивает, протягивает Ленечке.

ЛЕНЕЧКА. А может, его специально к нам послали? С заданием?

Выпивает, передает кружку Лене.

ГОША.Ты уже три рюмки выпила, птичка моя.
ЛЕНА. Да тут пить-то…
ГОША. Все.

Володя сурово смотрит и Лена подчиняется.

БОРЬКА (снова выходит). Да, забыл, сюрприз у меня. Вернее, у нас с Белкой. Двое говорящих!
МИЛА (вырывает кружку, пьет). Ну уж нет, товарищи! Говорящих козлов и свиней в наших Козелках больше не будет! Мы с мамой…
ТЕТЯ ТАСЯ (показывает тетрадку). Толко пикни, пердоболка. Враз опубликую!
ВОЛОДЯ. Да как это так получается, что люди ни с того ни с сего на атомы разваливаются от этой гадской любви… (кидает камешек на одну чашу весов) и этой гадской ненависти… (кидает камешек на другую чашу) любви… (кидает) и ненависти… (кидает) любви… ненависти… любви!.. ненависти!.. любви!!!.. ненависти!!!..

Володя кидает камни. Звуки ударов все громче, и вот уже они похожи на удары в колокол… и вплетается новый звук… звук мотора… он приближается.

ТЕТЯ ТАСЯ. Чо такое?
МИЛА. Может, это автолавка?
ЛЕНА. В воскресенье?
ТЕТЯ ТАСЯ. Ну а чо тогда?
ГОША. Хрен поймешь нахрен.
КИРИЛЛ. Ну и пылища.
ТЕТЯ ТАСЯ. Едет кто?
ВСЕ. Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Кто? Кто?
ЧИНГИЗКА. Прикинь, это же Мишка!
ЛЕНЕЧКА. Мишка, ага!
ГОША. На моем тракторе нахрен!
ЛЕНА. Назюзюкался, паразит!
ТЕТЯ ТАСЯ. Мать его стерлядь!
ЛЕНЕЧКА. Сюда прет, ага!
ТЕТЯ ТАСЯ. Свертай, хрен горелый!
КИРИЛЛ (испуганно). Бежим!
ВСЕ. Бежим! Бежим! Бежим! Бежим! Бежим! Бежим! Бежим!

Треск мотора нарастает. Появляется Миша на огромном тракторе. И в дупелину пьяный.

МИША. Хана всем! Аа-а-а-а-а-а-а! Удавлю, ё-моё! Суки! Аа-а-а-а-а-а!

Трактор неумолимо надвигается. Люди пытаются убежать, но сталкиваются, и снова оказываются в центре. Всесокрушающий трактор все ближе. Спастись невозможно. Чингизка выходит вперед. 

МИША. Уйди, ё-моё!

Но Чингизка не уходит.
И трактор останавливается.

Конец 







_________________________________________

Об авторе:  ЛЕВ ЯКОВЛЕВ 

Лев Яковлев родился 2 ноября 1954 года в Москве. В 1976 г. окончил Московский институт народного хозяйства им. Г.В. Плеханова. Лев Яковлев писал для Союзгосцирка клоунады, антре, детские спектакли. Переводил произведения азербайджанских поэтов. Работал в Бюро пропаганды художественной литературы в Союзе советских писателей (ССП). Работал на телевидении, писал сценарии для воскресной детской телепрограммы «Будильник», придумал и вел программу «Хорошие книжки для девчонки и мальчишки», совместно с Николаем Ламмом придумал программу «Детские анекдоты». Первые публикации состоялись в 1984 году. В 1990 году Лев Яковлев стал одним из организаторов литературного объединения «Чёрная курица» при Всероссийском центре кино и телевидения для детей и подростков. Объединение заявило о себе в апрельском номере журнала «Пионер». В том же году был создан редакционно-издательский центр «Чёрная курица», который просуществовал до 2008 года. За время его работы было издано около 600 книг. В 1990 же году под руководством Яковлева был издан альманах «Ку-Ка-Ре-Ку». Ровно через год, в 1991-м, в свет вышли первые авторские стихотворные сборники для детей дошкольного возраста «Про Петю» и «Я бегу». С 1991 года Яковлев являлся членом Союза писателей СССР. Издавал детский юмористический журнал «Вовочка». Написал либретто для опер и мюзиклов «Анна Каренина», «Плаха», «Пиноккио», «Съедобные сказки», «Тарзан» и других. В 2011 году стал лауреатом премии Правительства Российской Федерации за работу над мюзиклом «Повелитель мух», поставленном в Московском государственном академическом детском музыкальном театре имени Н.И. Сац. В 2015 в Москве создал «Театр читок», где публике предоставляются современные пьесы, отобранные на конкурсе «ЛитоДрама».скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
296
Опубликовано 10 янв 2021

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ