facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 184 июль 2021 г.
» » Наталья Мелёхина. ОТ РОДИНЫ К РОДИНЕ

Наталья Мелёхина. ОТ РОДИНЫ К РОДИНЕ

Редактор: Ольга Девш


(О книге: Ната Сучкова. Страна. – М.: Воймега, 2020.)



«Страна» – самая стильная из всех книг вологодской поэтессы Наты Сучковой. В этом издании нет ничего случайного или лишнего – всё, от дизайна обложки до композиции из стихотворных текстов, является единым художественным произведением. Так мыслили в эпоху расцвета рок-музыки культовые группы: они писали не композициями, а сразу альбомами, отметая ненужное и оставляя лишь то, что касается самой сути художественного высказывания, поскольку ничто не должно было помешать аудитории уловить message. Да и последовательность треков в альбомах выстраивалась, как сюжет, от завязки до кульминации, а затем к логически обоснованной развязке в виде музыкальной коды.
Любопытно, что и сама Ната Сучкова отмечает эту особенность «Страны»: «Мне кажется, что из всех моих книг – это наиболее емкое и полное поэтическое высказывание. Книга для меня представляется не сборником стихов, а неким отдельным организмом, настоящей „страной”. В нее вошли тексты, написанные за последние 5 лет. Поэтому, хоть книгу видели пока немногие, некоторые стихи могут быть знакомы читателям» (1).

Что же изображено на обложке «Страны»? А, казалось бы, ничего – пустота. Молочно-серый фон, как заснеженные берега реки Вологды или небо перед снегопадом, и на нём синим облачком единственное слово – «Страна» да имя-фамилия автора. В правом нижнем углу скромно под тяжестью «неба» притулился значок издательства «Воймега» – три квадратика. При должном усилии богатого воображения можно в них разглядеть хоть дома-«деревяшки» на вологодской набережной, хоть кота с поднятым вверх хвостом.
Многозначен этот минимализм дизайна, потому что именно эти художественные образы являются доминирующими в книге: река и город Вологда, молочно-серое небо, а под ним набережная с деревянными домами и древними храмами, снег, облака, коты и котята. Они «кочуют» из стихотворения в стихотворение, из них, как из детских кубиков с буквами алфавита, постепенно составляется слово «Страна». Дизайнер издания – Антон Чёрный, поэт и земляк Наты Сучковой, в данном случае является как бы её «соавтором». Казалось бы, он ничего особо не сделал: не поместил на обложку план набережной, не нагромоздил изображений храмов, не использовал живописных пейзажей, и, тем не менее, он сделал всё, чтобы message автора читатели поняли, как можно точнее и полнее.

В содержании, как и в оформлении, использован тот же минималистический стиль: в книге опубликовано всего 37 произведений. Опять же символическая цифра для поэтов. Как не вспомнить Высоцкого? «На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо, / А нынешние как-то проскочили». Ната Сучкова не пытается «проскочить». Напротив, разговор поэтесса затевает очень серьёзный – о Родине и родине.

Здесь всё проходит, как идёт, от года – к веку,
Бредёт Володя – костыли скрипят по снегу.
На мягких лапах в новый год не без усилий
Ступает в след Володе кот – хромой Василий.
На шапке снег, и всё в снегу, плывёт двуглавый
Андрея храм: се человек мой первозванный!


«Страна» не только самая стильная, но и самая «вологодская» из всех книг Наты Сучковой. Процитированные выше строки вологжанин поймет совершенно иначе, чем читатель, который в Вологде ни разу не был. Кто из «не-вологжан» знает, что такое «Северный коммунар», «Поплавок»1, «Речник»2, Красный мост, памятник писающей собаке3, Флор и Лавр из Харовска4 и т. д.? Однако многочисленные и разнообразные топонимические привязки в стихах Наты Сучковой не самоценны, а символичны и многослойны. В её текстах они обретают амбивалентный смысл. Чтоб показать, как это происходит, процитируем далее:

Вдали, ворочая едва язык пудовый,
Звенит во все колокола седой Никола.
И всё сверкает и парит – стоит дорога.
– Что, с Новым годом, рыбари?
– Да, есть немного. 


Оба храма, упомянутые в тексте – Андрея Первозванного и Николая Чудотворца во Владычной слободе – находятся вблизи набережной реки Вологды, между ними обычно собираются у лунок любители зимней рыбалки. Застывшая река зимой становится для вологжан более коротким «ледовым путём» из центральной части города в Заречье. В Вологде не хватает мостов, и вечерами на них образуются автомобильные пробки, потому и выражение «стоит дорога» читатель-вологжанин поймёт двояко: «стоит дорога» – стоит в пробке, и «стоит дорога» – значит, лёд встал, и по нему можно скоротать путь. Оба смысла в данной строчке актуализированы одномоментно.

А далее добавятся-наслоятся иные значения, уже не предметные. Река в стихотворениях Наты Сучковой – это проекция небесной дороги на земле. Путь по ней – это жизнь. Володя, бредущий на костылях от храма к храму – человек, сопричастный Богу уже тем, что он создание Всевышнего, и рыбаки – уже не просто рыболовы, а те самые библейские ловцы человеческих душ. Как замечает филолог Елена Титова, в текстах поэтессы «земное пространство освобождается от бытовой и обезличенной предметности» (2). На этом принципе «освобождения» от вещности жизни и стремления к вечности бытия была построена и предыдущая книга Наты Сучковой «Ход вещей», но в «Стране» этот приём оттачивается автором до остроты скальпеля и используется еще более точно и явно.

К слову, если признать существование «вологодской поэтической школы» как данность, то в новом издании Наты Сучковой мы увидим характерные отличительные черты этой школы. Среди них как раз и называют бинарную оппозицию «вещности» и вечности, а также сближение в текстах небесного и земного пространств.

Так облако у Наты Сучковой уподобляется грузовой машине («Кто облако так бешено ведёт?/Кто грузового облака водитель?»). Слово «райцентр», куда едут старухи из деревни на рейсовом автобусе, обыгрывается и приобретает значение «рай» («И выцвела давно вторая часть «Райцентра»./Старухи едут в рай – не очень далеко»). Почтальонка в стихотворении «Первый муж – Василий, и второй – Василий» – это связная между миром земным и небесным. Она передаёт послания прямо на небеса умершим супругам-тёзкам, ставя свечки в церкви по просьбе вдовы: «Царствия небесного Васе попроси!/Ходят почтальонши по святой Руси». Этот ряд можно продолжать примерами чуть ли не из каждого текста.

Авторы вологодской поэтической школы часто предпринимают болезненную попытку средствами поэзии если не остановить время, то хотя бы зафиксировать его в точке «здесь и сейчас». Отсюда в стихах Наты Сучковой то смешение эпох («В инстаграме Пушкина – зимняя дорога»), то пронизанные нежностью воспоминания о детстве как об утраченной золотой поре  (стихотворения «В синем небе очень высоко», «За железными засовами что ни век – идёт война», «Мимо барыг из небесных пределов»). И часто звучит тоска по умершим близким людям. Очень показательны строки:

Мальчику снится красивая летняя улица,
батя – живой, а вот бабка, выходит покойница,
и разлетаются бабочки из-под гусениц,
русские бабочки – не о чем беспокоится.


Поэты «вологодской школы» с огромной любовью отражают в своих стихах приметы и особенности родного края такие, как певучий окающий говор, красота северной природы, богатое литературное и историческое наследие, кровная связь с народной деревенской культурой и т. д.  К примеру, в «Вологодском романсе» Наты Сучковой звучит отсылка к знаменитому стихотворению «Вечерние огни» Николая Рубцова:

Мы эти стихи – наизусть, назубок,
огня в темноте не нашарив,
и дернется вниз ресторан «Поплавок»,
и рыба попалась большая.


А вот и напоминание об особом вологодском диалекте из стихотворения «Весна – девчонка-недотрога»:

Весна, согласные. Где окать?
Она тебе выходит боком,
и это – говор, не акцент.


В тексте «Что дальше Вологды, ребята?» раскрывается исторический образ «подмосковной Сибири» – так иносказательно называют родной город поэтессы, поскольку Вологда – это место политической ссылки, причем не только в былые века, но и в наши дни:

Что дальше Вологды, касатики?
Так Воркута же есть, браток?
Из мандельштамовского ватника,
из пастернаковских сапог

вытряхивай свою убогую,
и понимай, что вырос ты
из фрака, из шинели Гоголя,
из Петербурга, из Москвы.


Любопытная цитата об этой книге принадлежит филологу Елене Титовой: «Прочитав “Страну”, остаюсь при своем определении: «поэт окраины». Окраину можно толковать широко и не только в топонимическом ключе. Ничего уничижительного в таком словосочетании нет. Есть “поэты края”. Это катастрофично. Окраина же принимает разные миры, она к ним одновременно обращена, потому чувство настоящей несуетной жизни ей вполне присуще. А это чувство проявляет себя и на уровне лексики, и в интонациях, которые снимают любое предубеждение» (3).

Постепенно из образов вологодской провинции от стихотворения к стихотворению «вырастает» образ всей России, состоящей из множества больших и малых городов, сел, деревень; из ныне живущих и уже умерших людей; из родных, друзей и любимых; из реально существовавших героев нации («пионеры-апостолы») и литературных персонажей («в карету садится Печорин»); из классиков (Пушкин, Рубцов) и современников (сама поэтесса); из центра и периферии; из власти и ссыльной оппозиции.

Так от понимания малой родины, как от истока к устью, ведёт Ната Сучкова читателей к поэтическому познанию Родины с большой буквы. Говоря образно, Ната Сучкова взглянула на мир, стоя на вологодской набережной, но увидела она не только и не столько берег напротив, сколько всю Россию. Потому и заканчивается книга-альбом многозначной поэтической кодой, символически закольцованной с молочно-серой пустотой («ничего такого») на передней обложке («стороне-стране»):

Вот моя страна – флисовая кофта,
серые дома – розовый и жёлтый,
из окна – слова, песенка, и, в общем,
грустная она, а другой не хочешь.

Вот реки волна – флисовая складка,
горькая трава, а на сгибе – сладко,
за рекой – дома, за домами снова –
сторона-страна, ничего такого.


 



________________________________
1. «Северный коммунар» – предприятие в Вологде, производящее лесопильное оборудование; «Поплавок» – ресторан на речном вокзале, упоминаемый в стихах Николая Рубцова.  Оба названия звучат в стихотворении Наты Сучковой «Вологодский романс» (стр. 21).
2. «Речник» – дом культуры в Заречном микрорайоне Вологды. Название использовано в стихотворении «Весна – девчонка-недотрога…» (стр. 36).
3. Красный мост – название пешеходного моста в Вологде, у которого установлен памятник первому электрическому фонарю, в народе прозванный «памятник писающей собаке». Топонимические образы использованы в стихотворении «Аве городу и миру!» (стр. 39).
4. Храм мучеников Флора и Лавра находится в селе Кумозеро Харовского района Вологодской области, в настоящее время его реставрируют на пожертвования прихожан. Упомянут в стихотворении «На верху земного шара, в самой чаще хвойника…» (стр. 40).


________________________________
(1) Кондратов Е. «Поэтическую «Страну» Наты Сучковой презентовали в Вологде // http://cultinfo.ru/news/index.php?CODE=poetic-country-nata-suchkova-presented-in-vologda.
(2) Титова Е. Куда ж нам плыть? // Вологодский альманах-2015. – Вологда: Полиграф-Периодика, 2015.
(3) Титова Е. Маленькая скрытая полемика… // https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=3138529779705879&id=100006466647101.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
780
Опубликовано 19 фев 2020

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ