Представьте: утро буднего дня, общественный транспорт. Вагон слегка покачивается, пассажиры уткнулись в телефоны с короткими роликами, но среди них есть и те, кто держит в руках бумажную книгу. Кто они, эти люди, и что они читали в первой половине 2026 года? Ответ сложнее, чем кажется, потому что читательский портрет сегодня распадается на несколько совсем разных лиц. И чтобы разглядеть их, нам придётся заглянуть в статистику Российской государственной библиотеки, отчёты издательств и рейтинги городских библиотек.
Общая картина: книг больше, тиражей меньшеНачнем с больших цифр. За первые шесть месяцев 2026 года в России выпущено 53 508 книг и брошюр – на 0,85% больше, чем в первом полугодии 2025 года (53 055). Но совокупный тираж упал на 12,59% – со 172,5 до 150,8 млн экземпляров. Средний тираж одного издания теперь составляет всего 2,82 тыс. экземпляров (данные РГБ). Это значит, что издатели выпускают больше названий, но меньшими тиражами. С одной стороны, это может говорить о том, что издатели меньше рискуют, не выпуская сразу большие тиражи. С другой стороны, это может быть сигналом большего разнообразия публикуемых книг, внимание к нишевым образцам.
Ребенок с книгой: между Ульевой и «Историей интернета»Если мы заглянем в детскую комнату библиотеки или в рюкзак школьника, то с большой вероятностью встретим там книги Елены Ульевой. По данным РГБ, она абсолютный лидер по числу изданий среди детских авторов – 98 книг за полугодие, общим тиражом 435,5 тыс. экземпляров. Ее развивающие и познавательные книжки (“Как устроен человек”, “Что такое дружба” и т.д.) для самых маленьких расходятся огромными партиями. На втором месте – Андрей Усачев (254 издания, но с тиражом 407 тыс. – средний тираж у него скромнее), на третьем – классик Корней Чуковский (70 изданий, 332 тыс.). В пятерку также входят Пушкин и Сутеев. То есть дети читают и современную образовательную литературу, и нестареющую классику.
Но если мы посмотрим на московские библиотеки, картина дополнится. В топе детского спроса там оказались не художественные книги, а научно-популярные: «История интернета» Степана Кайманова и «Вокзалы Москвы» Юлии Егоровой (по данным Департамента культуры Москвы). Это говорит о том, что юный читатель 2026 года – не только потребитель сказок, но и любознательный исследователь, который через книгу осваивает мир технологий и города.
Взрослый в очереди или метро: хилинг-проза и японский следА теперь перенесемся в переполненный вагон или к стойке регистрации в аэропорту. Что за книгу мы увидим в руках у взрослого? Если судить по данным продаж крупнейшего издательства «Эксмо-АСТ», скорее всего, это будет роман в жанре хилинг-проза – литературы, которая через художественный сюжет помогает найти ответы на жизненные вопросы. Самая продаваемая книга первого полугодия 2026 года – «Если все кошки в мире исчезнут» Гэнки Кавамуры (150 тыс. проданных экземпляров). Второе место – у «Кафе на краю Земли» Джона Стрелеки, третье – у российской новинки «Бабушка сказала сидеть тихо» Настасьи Реньжиной (тираж 51 тыс.). Все эти книги – камерные, философские, они не требуют спешки, их можно читать урывками и размышлять между станциями.
Интересно, что японские авторы продолжают захватывать внимание у российского читателя. В топе продаж не только Кавамура, но и Харуки Мураками, который входит в число самых издаваемых авторов художественной литературы по версии РГБ (56 изданий, 468 тыс. экземпляров). В издательстве «Эксмо-АСТ» это называют мировым трендом – интерес к японской прозе растёт и в Великобритании, и в США. В России же переводы с японского языка, хотя и немногочисленны по количеству названий (42 издания за полугодие), дают колоссальный совокупный тираж – 11,9 млн экземпляров (данные РГБ). Это означает, что каждая такая книга расходится очень большим тиражом. Так что человек с японским романом в метро – не редкость, а скорее узнаваемый типаж 2026 года.
Библиотечный читатель: серьезная проза и интеллектуальные бестселлерыОднако продажи – не единственный источник информации. Московские библиотеки, которые обслуживают сотни тысяч горожан, дают совсем другую картину. Здесь лидирует «Завет воды» Абрахама Вергезе – масштабная сага о трех поколениях индийской семьи, вышедшая на русском в 2024 году. Следом идут два романа Евгения Водолазкина – «Авиатор» и «Брисбен» – серьезная, философская проза, которую не назовешь легким чтением. Водолазкин – лауреат «Большой книги», его тексты требуют вдумчивости. Это значит, что бесплатный доступ к книгам смещает спрос в сторону более сложной и «статусной» литературы – той, что покупать дорого, а взять в библиотеке – удобно.
Интересно, что в библиотечном топе нет ни Кавамуры, ни Стрелеки. Это не значит, что их не читают, – просто они расходятся через книжные магазины, а не через абонементы. Так вырисовывается два параллельных мира: один – коммерческий, где правят бал утешительные истории и японский минимализм; другой – общедоступный, где ценят психологическую глубину и историческую память.
Что еще говорит статистикаОбщая тенденция – интерес к переводам растет: число переводных изданий увеличилось на 4,83% по сравнению с прошлым годом (8 608 против 8 211). При этом их тираж слегка упал, что опять же указывает на фрагментацию. Абсолютный лидер среди языков оригинала – английский (4 355 книг, почти половина всех переводов), но значительны также французский, немецкий и корейский языки. Кстати, русский язык как язык издания остается доминирующим – 97% всех книг выпускаются на нём.
Если говорить о жанровых предпочтениях, то опрос сервиса «Литнет», на который ссылается «Эксмо», показывает: самой популярной категорией у россиян остается фэнтези, затем идут романтика и приключения, и лишь четвертое место занимают детективы. Это любопытный контраст с библиотечной классикой – видимо, массовый вкус всё же тянется к эскапизму и эмоциональному комфорту.
Самая заметная книга — та, которой нет в статистике
Официальная статистика книгоиздания, которой мы пользовались выше, учитывает только обязательные экземпляры, зарегистрированные в Российской государственной библиотеке. В ней нет места самиздату — книгам, которые публикуются напрямую авторами на цифровых платформах, минуя традиционные издательства. А между тем именно там сегодня происходит, возможно, самое интересное.
Рынок самиздата в России в 2026 году может превысить 10 млрд рублей, сохранив темпы роста около 20%, зафиксированные в 2025 году. По оценкам участников рынка, объем отрасли за прошлый год вырос почти на 20% — до 8,5–8,6 млрд рублей. Основные драйверы: увеличение числа цифровых авторов, рост популярности аудиокниг и повышение стоимости бумажных изданий. На платформе Ridero за прошлый год число опубликованных книг выросло на 28%, до 187,3 тыс. Количество потенциальных авторов на платформе достигло 938 тыс. человек. При этом темпы роста продаж печатных экземпляров замедлились — с 30 до 11%, а читатели всё активнее переходят в подписные сервисы: потребление контента по книгам Ridero выросло в четыре раза.
Что это значит для нашего портрета? А то, что человек с книгой в метро мог купить ее не в магазине, а заказать печать по требованию через платформу самиздата. И эта книга, возможно, никогда не попадет в официальную статистику — но ее тираж может быть вполне сопоставим с издательскими бестселлерами. Читатель 2026 года все чаще обращается к литературе, которая существует вне большой издательской машины.
Портрет собирается
Так что же в итоге? В 2026 году в России не один читательский портрет, а как минимум три. Традиционный — тот, кто берет в библиотеке Водолазкина или покупает в магазине хилинг-прозу. Цифровой — тот, кто подписан на самиздатовские платформы и читает книги, которых нет в статистике РГБ. И экспериментальный — тот, кто открывает новый литературный журнал, где стихи соседствуют с заметками из телефона, а главный критерий отбора — не имя автора, а живость текста.
Официальная статистика фиксирует только один из этих миров. Два других остаются за кадром — но именно там, можно предположить, формируется литературный вкус завтрашнего дня.
скачать dle 12.1
