facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Издательство Лиterraтура        Лиterraтурная Школа
Мои закладки
№ 167 сентябрь 2020 г.
» » Обзор западной академической литературы о России от 01.11.16

Обзор западной академической литературы о России от 01.11.16

Ольга Брейнингер

в е д у щ а я    к о л о н к и


Прозаик, критик, переводчик. Окончила Литературный институт им. А. М. Горького. Живёт в г. Бостон (США), учится в докторантуре Гарвардского университета. Работала журналистом и редактором печатных и электронных изданий в России и Казахстане. Публиковалась в журналах «Октябрь», «Новое литературное обозрение», «Пролог» и др.
(О книге: Дженни Каминер. Женщины с жаждой разрушения. Плохая мать в русской культуре. – NorthwesternUniversityPress, 2014;
Eliot Borenstein. Six Questions for Jenny Kaminer about her new book, Women with a Thirst for Destruction: The Bad Mother in Russian Culture. – NYU Jordan Center for the Advanced Study of Russia blog, 2015.)



Пожалуй, когда мы говорим об образе плохой матери в русской культуре, первой на ум приходит фигура разрушительной и прекрасной Анны Карениной. Но автор монографии «Женщины с жаждой разрушения. Плохая мать в русской культуре», Дженни Каминер, призналась в интервью Элиоту Борнштейну, что для неё источником вдохновения стал образ другой Анны – главной героини повести Людмилы Петрушевской «Время ночь». Именно с этого текста Дженни Каминер начала работу над галереей женских образов, которые радикально порывают с традиционной для русской литературы идеей материнского самопожертвования и смирения.  В 2014 году книга Каминер получила приз Association of Women in Slavic Studies как лучшая книга в области Slavic/East European Eurasian Women’s Studies.

Архетипический образ идеальной матери является в своем роде связующей силой русской культуры и, как показывает Каминер, на его примере можно проследить развитие многих важных социополитических тенденций 19-го и 20-го века. Перефразируя Толстого, можно сказать, что если образ «хорошей» матери – относительно универсален и традиционен для всех эпох и исторических обстоятельств, то образ «плохой» матери – гораздо более «красноречив», зависим от социополитического климата и в большей степени вбирает в себя проблематику времени.

Во вступительной главе книги Каминер разбирает исторические корни идеализированного материнского образа, видя их, с одной стороны, в языческих верованиях (мать сыра земля), а с другой стороны – в православной традиции (образ Богородицы). Именно на этой дихотомии будет основан дальнейший анализ образов женщин, которые «отклоняются, разрушают или манипулируют материнским мифом».
 
В качестве отправных точек своего повествования Каминер выбирает «периоды перемен» в русской истории – эпоху отмена крепостного права, постреволюционный период  и начало 1990-х.

Посвящённая 19 веку глава фокусируется на двух самых известных образах «неправильных» матерей в русской литературе – фигурах Анны Карениной и Арины Петровны Головлёвой. Лев Толстой, как утверждает Каминер, видит в материнстве трансцедентальную ценность и, анализируя образы Долли и Китти, делает вывод, что соблюдение традиционной материнской роли сообщает им «привилегированный способ коммуникации» – в то время как Анна, в наказание за роман с Вронским, исключена из этого круга. Салтыков-Щедрин, наоборот, рисуя  негативный образ Арины Петровны, не противопоставляет ей альтернативной модели более морального поведения.

Посвящённая 20 веку глава построена вокруг романов Горького «Мать» и Гладкова «Цемент» (Каминер также упоминает «Реквием» Ахматовой и «Софью Петровну» Чуковской). Литература постреволюционного периода, по мнению Каминер, максимально отходит от религиозного прообраза матери и обнаруживает связь с языческой культурой. В произведениях этого времени авторская позиция по отношению к матери, бросающей своих детей, наиболее снисходительна, и мать, оставляющая семью ради служения общему делу и общего блага, не столько осуждается, сколько оправдывается желанием женщины служить обществу в целом, а не ограничиваться интересами своей собственной семьи. Таким образом, в литературе соцреализма нужды нации ставятся выше жизни отдельно взятого ребёнка.

В последней главе Каминер пишет о Людмиле Петрушевской («Время ночь» и «Свой круг»), фильме  Христофовича «Ребро Адама», а также уделяет внимание медийному освещению чеченского конфликта. Для постсоветского времени, как она утверждает, характерно навязчивое волнение, озабоченность изменениями архетипического женского образа и отход от его традиционного понимания. В то же время Каминер указывает на парадоксальность трактовки и подчёркнутое свержение идеалов 19 века в литературе этого времени. Если в «Господах Головлевых», например, дети Арины Петровны потакают ей и манипулируют её желанием представлять образ идеальной матери, то в повести Петрушевской дети Анны Адриановны резко отвергают как свою собственную мать, так и идею жертвенного, благородного материнства вообще. Герои Петрушевской действуют исходя из понимания важности и центральности роли материнства в русской культуре, но их роль в тексте направлена на подрыв этого образа изнутри – как бы предполагая, что силы материнства уже недостаточно, чтобы сдерживать хаотичный мир стихийных сил «тщеславия, жадности, эгоизма, мании величия».

Книгу Дженни Каминер стоит читать в паре с классической монографией Джоанны Хаббс «Мать-Россия: Женский миф в русской культуре» (1993): это позволит не только говорить об архетипичном материнском образе и «нарушительницах» традиционных устоев русской культуры, но и  сравнить то, каким образом эта тема раскрывается с исторической точки зрения и через литературоведческий анализ.
скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
1 459
Опубликовано 02 ноя 2016

ВХОД НА САЙТ