Редактор: Ольга Девш
(О книге: Леонид Александровский. Сны четвёртого года. М.: Ibicus Press, 2026. 88 с.)Леонид Александровский – родом из ужасных, гремящих и блестящих 90-х. Учился во ВГИКе и в эти самые 90-е писал про кино, музыку и иную современную культуру в разнообразных СМИ от «Искусства кино» и «Сеанса» до GQ и Harper’s Bazaar. Потом, в нулевые, и вовсе сочинял тексты песен для группы t.A.T.u. Сейчас остепенился, завел собственное издательство Ibicus Press. Хотя как остепенился, вольный ветер тех лет не выдует никакая стужа, годы свое не возьмут. И в издательстве издает Леонид то Пазолини, то первых британских денди, сам издатель, к зависти моей величайшей, мотается на концерты Гэвина Фрайдэя, ирландского денди от рока уже современного.
«Сны…» — это действительно сны, их запись, фиксация. Дело, в общем-то, обычное, кто сны не записывал, не издавал и не издавал. Спектр – от постов в блогах до недавно вышедших снов Беньямина. Сны Александровского в блоге, с соответствующим личным тэгом, и смотрелись бы прекрасно, уверен, лайки и фанатов собрали бы.
Да вот тут дело другое, что и как литература они идут. И даже лучше так, ибо – это сны о чем-то большем, во что-то складывающиеся. Можно – или это уже антураж кошмара будет? – представить, как разные маленькие, ежедневные сны сползаются, как ртуть от Терминатора, собираются, образуют один большой шар Сон. С ним Александровский и работает. «Постичь ли сон, не повредивши сну?», как рефлексировал еще Пессоа. Дадут ли сны те ключи, с которыми нестрашно проснуться, подобрав отмычку к реальности? Или, может, вообще собрал Леонид такую короткую прозу, сочинил, а снами прикрылся, на них все свалил? Все загадочно и взаимоперетекаемо. Как, например, говорила Наталия Азарова о своей книге про онкологию, что поэзия и рак похожи тем, что одинаково необъяснимы, поэтому поэзия и пояснить может. Посмотрим же.
Как все тут устроено. А устроено, с одной стороны, камерно. Сны частного человека, что уж там, особо не судите. С другой, очень энергично, лихо даже, несмотря на ночной покой, и чувствуется тут взрывной темперамент Леонида, его переливающаяся, крыш(к)у сносящая энергия. С третьей же стороны (а у снов сторон много, понятное дело), кляксы снов собираются в большую сферу, ее можно, как те слепые слона, попробовать ощупать, описать, понять, с чем дело-то имеем.
Сны тут могут быть совсем бытовыми. Или этакими виньетками – что ж, снам в идеале, коли не кошмары и не сериал на несколько сезонов, этим и полагается быть. Вот про групповые чаты в XIX веке приснилось, где огромной популярностью пользовался чат журнала «Лишние люди», «участники которого делились подробностями летних эскапад в родовых имениях в компании крепостных крестьянок. В целом, ощущение от переписок осталось самое приятное, много в этом было забытого достоинства и степенности». Или это могут быть такие дзуйхицу, наблюдения над миром, происхождения уже явно не онейрического, признаем, но в упрек автору не поставим: «Дико бесит слово “смыслы” во множественном числе. Постоянно приносили какие-то идиоты, будто смысл может быть оторван от носителя». Или такие телесные сны разные идут, от полной физиологии на грани скатологии до разблезианских всяких вещиц.
И здесь это интересно не само по себе. Приснилось, например, что люди стали испражняться через рот, а шрам после удаления фурункула вдруг ожил и пожил немного своей жизнью. Это не яркий образ сам по себе, не метафора, а – целая история, раскручивающаяся (стало разрешено испражняться публично… поставили спецурны… из-за них общепит рядом позакрывался и т. д. и т. п.). Это уже – попытка взломать логику сна, по другим совершенно законам существующую. Вообще попытка – понять сильно другое, ту логику мира (архетипы Юнга, кошмары Кафки, видения Кастанеды, имен этому подбирали много и всегда), что безусловно есть, но прячется и анализу поддаваться в обычном режиме напрочь отказывается.
Ведь даже на язык распространяющимися сны могут быть. Приснилось выражение «попал под реновацию». Что там будет и как («…меня снесут и построят на этом месте что-то новое»), не очень понятно, догадываться только можно. Понятно, что явилось целое выражение. А уж коли слова есть, то целого мира они следствие, от него долетели.
Мир этот, признаем, неуютен крайне, антиутопичен. Что ж, новостей со всех краев света посмотреть достаточно, чтобы не уснуть, а уснув наконец, сильно и тревожно ворочаться. «Поскольку теперь интернет вещей, стали постоянно отключать все. На жалобы жизнепользователей (неологизмы снятся довольно часто) отвечали недоуменно: вы чего, совсем дети, не понимаете ничего, что происходит?» И чайник с холодильником отключали. Что ж, еще немного, и после отключений интернета до такого легко дойти может, вон, умные колонки и роботов-пылесосов в шпионаже обвиняли же уже… Или снилось, что будущее время отменили. Причина – это разрушает логику мошенников и их разводы, в будущее время направленные (снимите деньги и нам переведите), на нет сводит. На более глобальном уровне тоже польза опять сплошная выходит, ведь отмена «позволила сосредоточиться на решении важных текущих проблем, ничего не откладывать на завтра и не питать себя ложными надеждами». Или вдруг все речь утратили, каждый начал на своем языке говорить. «Многие стали учить язык жестов, глухонемые зарабатывали на преподавании больше, чем курьеры, отказ от речи стал трендом у молодежи, вроде ношения маски». Тут уж такая басенная мораль у автора, но справедливая опять же, пару комментов в Сети достаточно, чтобы понять, что на разных языках даже с хорошими знакомыми говорить стал. Или вот еще сон… Но не лучше ли за ними в книгу?
Где личное настоящее и киберпанк будущего частично размывают временной контур, но при этом добавляют реалистичности, интимности даже этой антиутопии, что наступить легко может уже совсем скоро, после очередного пробуждения.
«Проснулся с мыслью, что сплю».
скачать dle 12.1
