Владимир Зайцев. ДАЧНАЯ ЭКЛОГА

Редактор: Сергей Баталов





ДАЧНАЯ ЭКЛОГА
(маленькая поэма)

I
Выкатил из садового домика
железные старые бочки.
Поставил под водосток
ловушку для вздорной воды.
Пусть и по капле одной,
по скромной невинной капле,
но — скок- 
                  скок-
                            скок —
воды в бочках станет —
не вычерпаешь ведром!

Из-за сосен на горизонте
катится синий гром.

II
Из неструганных досок стены
гвоздь вылезает,
как будто пророс сквозь древесную почву,

как будто был выдавлен
весом прогнувшейся крыши,
пластами давно убежавшего снега.

Возьму молоток и отправлю обратно
в древесную тесную тьму,
чтоб не было гвоздику смелому страшно
цепляться за свет одному.

III
Года два как прогнили столбы
у забора
и повисли на сетке-рабице.
Но, казалось бы,
но, ка-
           за-
                лось бы,
непременно они повалятся!

IV
Выношу из сарая 
припасённый сосновый столб,
им заменяю прогнивший,
держалась калитка чтоб,
чтоб крючочек за скобку цеплялся,
чтоб всё так же скрипела петля.
Старый столб же
                              пойдет на растопку —
станет горстью гвоздей
и угля.

V
Из дерева самолётик,
с хвостом из консервной банки,
на тонком шесте кружится
в плену огородной грядки.

Пропеллер трещит по ветру,
под крыльями — лук, петрушка.
А с привязи не сорваться,
не взять никого на мушку.
VI
Раскрылся фейерверком борщевик —
триффид, земное взявший облачение.
Но триммер расстарался: вжик
                                     -вжик
                                            -вжик!
По зелени прошлось укорочение.

Крапивы размочалены листы,
лежат вповалку сныть и одуванчики.
Лишь гроздья хмеля виснут с высоты,
кивают как китайские болванчики.


VII
Обезображенной травы печален вид.
Над нею шмель обескураженный гудит,

как будто впаян он соринкой в пустоту,
как будто видит он вселенную не ту:

густые травы, словно призраки, стоят,
и мать-и-мачехи сверкает жёлтый взгляд.


VIII
В одном из полуразрушенных
деревенских домов,
куда я однажды залез,
между летними и зимними 
оконными рамами
на подложке из матрасной ваты
стояли пластмассовые,
красные и зелёные,
одноногие и однорукие 
солдатики,
безголовые лошадки
и пограничные псы.
Все они бежали, скакали, летели
в атаку,
обросшие пылью,
выцветающие на солнце,
оставленные на волю 
случайного зрителя.

IX
Нашарил в чреве проломленной печки
железный подсвечник,
в руках повертел и домой утащил.
От воска и сажи отмыл,
наждачкой сцарапал всю ржавчину,
покрасил небесным акрилом.
На лавке оставил сушиться,
а вечером вижу —
в подвысохший синий 
прилип парашют одуванчика.
Для картины оконченной
нет лишь мерцанья 
свечного огня.

X
Не послышится всплеск воды —
не запрыгнуть лягушке
в железную бочку.

XI
Грохает капля с водосточной трубы
по дну сырой ржавой бочки.

Хмель вьётся по натянутой 
на веранде бечёвке.

Солнечный зайчик отскакивает в кусты
от двери открытой теплицы.

Разделяя небо, тянется нить
инверсионного самолётного следа —

ложится на другую такую же
нить.

Никогда самолётов здесь не было,
а теперь всегда так.

И только
так.

XII
И вдруг
как сирена —

разнылся сверчок.

XIII
По небу пронёсся рой самолетов,
по железной дороге прополз строй танков.

— Что это было?
— Ничего не было
— Как не было?!
— А вот так... Гляди,
к фундаменту дома
прилепилась ромашка.


Июнь 2025 г., Кострома / март 2026 г., Переделкино







_________________________________________

Об авторе: ВЛАДИМИР ЗАЙЦЕВ

Поэт. Родился в 1984 году. В разные годы — финалист конкурса «Петроглиф», Международного Волошинского конкурса, премии «MyPrize» в поэтических номинациях. Стихи и рассказы публиковались на интернет-порталах «Пролиткульт», «Prosōdia», «Лиtеrraтура», «Литературная Россия», «Textura», «Полутона», «Дегуста», в альманахе «Полдень», сборнике «Маяки» проекта «Время прозы», региональном альманахе «Костромской собеседник». Резидент Дома творчества Переделкино.Ведёт в VK сообщество «Поэтическая винилотека», посвященное оцифровкам пластинок со стихотворениями и литературно-музыкальными композициями. Живёт в Костроме.скачать dle 12.1