Редактор: Женя Декина
(рассказ)
Кубики сахара планомерно разваливались в кружке и оседали на дне стакана. Ему нравилось представлять, что они безропотно тонут в морской пучине или разлагаются на атомы. Сегодня ребрышки подали сильно прожаренные, с тремя разными соусами. Льюис всегда ел неспеша, с удовольствием разглядывая других посетителей. Он специально выбирал кафе подальше от дома, чтобы лица людей ему не приедались. Его забавляли те, кто высчитывал каждую копейку или пытался справиться с орущими детьми. Кто-то наугад тыкал в меню, заглатывал пищу в один присест и сразу же убегал. Над этим у него даже сил не было смеяться. Жизнь в беговом колесе убога тем, что ты веришь в существование цели.
Льюис обыкновенно бросал барменам несколько колкостей, иногда потешался над теми, кто пришёл пропустить рюмочку в полдень. Обычно его не тянуло заводить разговор с простаками, однако тут Льюис поневоле притормозил. Крайний столик был слегка прикрыт каким-то уродливым растением, но он сумел разглядеть за ним низкую рыжеватую женщину. Она была уже немолода, одета в джинсы и полувер – значит не ждёт свидания. Сгорбившись, девушка что-то старательно выводила в блокноте, и ему понравилась эта серьёзность.
– Простите, у вас не занято? – спросил он и вальяжно присел напротив. Девушка смотрела на него со смесью неожиданности и любопытства. Льюис решил рискнуть. – Я давно вас заметил. Нравится тут?
– Здесь уютно, – улыбнулась она. – Даже шум становиться каким-то родным, помогает работать.
– Точно, помогает! Я вообще где угодно смогу сосредоточиться, но иногда и расслабиться не помешает. Здесь подают отличное жаркое, не желаете?
– Да не стоит, – помялась девушка. Льюис поманил официанта к себе и успокаивающе улыбнулся. Девушка читалась как открыта книга – трудяга-недотрога, которая хочет сильных эмоций и вместе с этим страшится их. Ей хочется прекрасного принца, пончиков на завтрак, розовых облаков и единорогов. Тем не менее Льюиса что-то в ней зацепило.
– Над чем трудитесь? – он заглянул в её блокнот. – Ого, так вы писатель?
– Так, балуюсь. Кручусь на работе как белка в колесе, а это так для души. Может, выйдет что-то, не знаю. А вы чем занимаетесь?
– Исследованиями. Не подумайте, я не учёный, куда мне. Я исследую жизнь. Смотрю на новое и думаю почему это новое. Кто назвал это новым? Если для другого оно старое, как оно может быть новым для меня? Вам понятно это?
– Вроде бы. Неплохой материал для книги.
– Если допустить возможность реального неметафоричного нового, то оно лишь влияет на конкретные части мозга, внося в него сумятицу – полезную или нет. А ворота внутри мозга принимают всё это и решают куда отправлять.
– Какие ворота? В мозгу есть нейронные связи...
– Этим пусть биологи занимаются. Ворота мозга - это мы и есть – наши глаза, уши, руки.
Он схватил девушку за руку, она резко её одёрнула. Льюис смутился, но не стал извиняться, а взял у официанта горячий чай и рёбрышки с картошкой.
– Простите меня, – девушке стало стыдно, и она заговорила первая. – Мне это очень понравилось. Я в университете изучала эффект дежавю. Это когда кажется, что незнакомая вещь тебе уже встречалась.
– Ты уже закончила учиться?
– Да, теперь второе образование получаю. Работаю на полставки.
– Ты смотри-ка. Мужа и детей не было?
– Что? Нет. Причём здесь это?
– Извини, если слишком прямо. Я же говорил – исследую. У меня была жена когда-то, ушла. В этом вопрос – она для меня новое или старое?
– Не знаю, как сами решите. В этом всё и есть, что человек решает всё сам.
– Или это всё решает человека. Зависит от того, как посмотреть.
– Да, очень интересно, – рассмеялась девушка. – Вам всё-таки стоит попробовать писать, выйдет куда лучше, чем у меня, ей Богу!
– Поверь, ты этого не хочешь. Закажем что-нибудь ещё? Ни в чём себе не отказывай.
– Давайте филе с ореховой пастой. Я отойду ненадолго, ладно?
Она поскакала в сторону дамской комнаты. Льюис продолжил думать о том, почему её встретил. Вроде же ничего особенного, но его сердце ускорялось и выписывало немыслимые кульбиты. Будто в прошлое вернулся. Будучи примерным семьянином, он и помыслить не мог о свидании с незнакомкой. Хотя сам он почти не поменялся, да и ничего не поменялось. Женщины везде одинаковые, ты никак не сможешь найти в них нечто поразительное, если это не жабры или поросячий хвостик. Льюис вальяжной походкой отправился к туалету.
Внутри было безлюдно несмотря на то, что кафе кишело посетителями. Льюис терпеливо ждал возле единственной занятой кабинки. Как только дверь открылась он воткнул нож из столового набора в живот девушке. Потом он чуть замешкался – а вдруг обманулся и прибил не ту? Да не, она. Льюис рассмеялся своей глупости и ударил ещё трижды. Вытирать нож ему было лень, тот просто полетел в мусорку.
Возле выхода он поймал такси и умчался домой. Адреналин, казалось, сочился из него, Льюис был страшно доволен собой. Не получилось у этой белочки ускакать! Он с наслаждением откинулся на спинку сиденья.
***
Льюис хрумкал чипсы и пялился в телик. Он уже неделю не бродил по кафе и ресторанам и очень от этого бесился. Радость поутихла, тем более что по ящику так ничего и не передали про ту девушку. В интернете тоже пусто, а он сидит тут как сыч. Подходило время обеда, и Льюис решил уже выбраться в город. Его «Volkswagen» приятно катил по обочине, а он от нечего делать сигналил прохожим. Льюис остановился на заправке и сразу упёрся глазами в совсем молодую девчушку.
– У вас права-то уже есть? – он высунулся из окна.
– А вам не запретили на этой развалюхе ездить? – парировала девушка. Она ничуть не смутилась, а уставилась на него наглыми серыми глазами.
– В дом престарелых меня пока не сдают, – ответил Льюис, вылезая наружу и подкрадываясь ближе. – Ты одна? Где же свора друзей?
– Я одиночка, да и вы тоже, судя по старпёрскому наряду, – Льюис искренне засмеялся. Он подумал пригласить её в кафе, это казалось логичным. Но такая колкая девица может заёрничать, да и как они поедут на двух машинах? Тем более, здесь они на виду. Она ещё что-то говорила, однако Льюис не слушал. Он прямо тут подскочил к ней, схватил за горло и несколько раз прошил её ножом. Девушка успела вывернуться и больно его укусить, из ладони потекла кровь. Льюис с отвращением пнул её тело и сел за руль.
Перед глазами у него всё плыло. Сейчас бы стейк навернуть с картошечкой. Кое-как он умудрялся вести машину, то и дело наезжая на кочки. Рана от этой хищницы почти не болела, но ему как будто туда яда накачали. Контуры дороги размывались, Льюису стало мерещиться, что его окружают со всех сторон огромные бетонные стены. Они сужались и вот-вот должны были сплющить машину. Рядом звучали испуганные крики, кто-то звал на помощь. Льюис вспомнил о мёртвой девушке, и почему-то это его взбодрило. Вопли поутихли, он стал чётче видеть дорогу. Мертвая сероглазка.
***
Льюис был на грани срыва, он разгромил всю мебель и был готов приняться колотить стены. Галлюцинаций у него больше не было, никакие голоса в голову не лезли. Однако Льюиса это просто убивало: в новостях не было ни слова об убийстве на заправке, хотя их точно видели! Он даже не спрятал тела. Ни первую, ни вторую девушку тоже не искали, а прошла уже куча времени. Вчера он рискнул проехать мимо той заправки, так она работает как ни в чём не бывало! Никаких криков и паники. Никто и бровью не повёл после ее смерти!
Казалось бы, Льюису стоит радоваться – никто не ищет, можно жить в своё удовольствие. Только вот какой в этих убийствах толк, если они ничего не значат? Их тогда попросту не было. Он продолжил ходить в кафе, не пропускал завтрак, обед и ужин, пытался с кем-то общаться. Теперь даже самые лучшие блюда не приводили его в восторг, все встречные казались плоскими и неинтересными. Льюис думал. Он не сомневался в необходимости убийств, но после всё шло очень неправильно. Ему было бы спокойнее, если бы приходилось подделывать паспорт и менять жильё каждую неделю.
– Извините, не занято? – он подсел за бар к крупному мужчине. – Хорошее виски, нечего сказать. Давно сюда ходите?
Он молчал, будто был очень удивлён тем, что Льюис с ним заговорил. Какое-то время они пили и закусывали, беремен постоянно подливал ещё. Временами у Льюиса из поля зрения пропадал бар, но потом всё проходило.
– «Остров проклятых» шикарный фильм, как думаете? – спросил Льюис. Его снова проигнорировали. Ладно, может, просто не хочет общаться. А чего тогда не отсядет?
– Эй ты, хера ли молчишь? – крикнул Льюис. Лицо большого хмурого мужчины было невозмутимо. – Алё, скажи хоть что-нибудь. Просто да или нет! Чего молчишь?
– Тот продолжал пить пиво, даже с официантом общаясь без слов. Льюису пришло в голову, что можно грохнуть мужчину и не дожидаться ответа. Однако ему совсем не хотелось этого делать, душа не просила этого, как обычно. Бар снова поплыл, Льюис начал нашаривать нож в кармане, но его там не оказалось. Странно, обычно он просто всегда был.
В кафе Льюис стянул его со стола, но откуда тот взялся у него в кармане на заправке? Он попытался разбить стакан, но тот выдержал три мощных удара о стойку и даже не треснул. Истерика планомерно захватила Льюса, его пробрал хохот. Чёрт с ним, в конце концов, он может просто схватить его башку и размножить об стену. Льюис оглянул бар – тот опустел, хотя полчаса назад был набит битком. Бармена тоже не было. Да как так может быть? Льюис потянулся к мужчине, но его руки буквально прилипли к телу. Он начал хватать ртом воздух, страх пролезал через все дыры. Сил хватило только на то, чтобы стремглав выскочить из бара.
В течении всего дня ему никак не удавалось успокоиться. Льюиса бросало то в жар, то в холод, он метался во своей комнате словно в бреду. Никаких таблеток у него дома не оказалось, пришлось бить себя по щекам, чтобы хоть немного расшевелить разум. Может над ним проводят эксперимент? Или какой-нибудь безумный богач заплатил людям, чтобы постебаться над Льюисом? Но что тогда нашло на Льюиса в кафе, почему у него опустились руки? Может, мужчина его просто не волновал в отличии от тех девушек. Их смерть была чем-то обыкновенным и логичным.
Льюис залез на подоконник и пялил глаза в темноту, будто оттуда ему мог явиться ответ. Уже засыпая, он подумал о том, зачем вообще пришёл в кафе. Он ходит туда три раза в день, пропускал лишь после последнего убийства и тогда чуть не скрючился от болей. Льюис понял, что никогда не ел дома, не ел свою еду, только ту, что ему подавали. Можно было встать на ноги, пошарить в шкафах, но он чувствовал, что не найдёт там ничего съестного. Льюис упал на жесткую кровать. Она была новой, ортопедической, но скрипела как будто выдерживала не один десяток спин.
С утра он еле-еле вспомнил вчерашние мысли. Льюис сел в машину и сам не желая, приехал к новому кафе. Когда они уже кончаться? Городок у них небольшой, а он постоянно ест в новых местах. Льюису вспомнилась, что жена часто пекла ему пироги, и в рестораны они захаживали только по особым случаям. Иногда он водил её туда, чтобы помириться или загладить свою вину. Сейчас Льюис чувствовал, что приехал сюда только потому, что надо. Он не управлял своей жизнью, это делали за него.
Когда это началось? Льюис прокрутил в голове вою жизнь – детство, университет, женитьба, работа. Не было такого, что с неба спустились инопланетяне и нарекли его избранным. После ухода жены ему было тяжело, какое-то время приходилось глотать антидепрессанты. Но Льюис преодолел уныние, переехал сюда, зажил по-новому. В голову неожиданно пришли те девушки. Льюис не мог ответить зачем убивал, это просто было надо. Он не мог вспомнить делал ли это раньше. Мозг подсказывал, что да, но это было скрыто в тумане.
– Здравствуйте, я хотел бы сообщить о преступлении, – проговорил он в едва войдя внутрь. Льюис почти час простоял в очереди к полицейскому, ожидая пока все сообщат о своих потерянных кошельках и испорченных самокатах. – Я убил человека. Даже двоих, минимум.
– Очень смешно, – отчеканила женщина в круглых очках. Он сгорбилась над бумагами и взглянула на него с жалостью. – Не задерживайте очередь, пожалуйста.
– Я не шучу, это серьёзно. Могу описать их внешность, имён не знаю. Но о пропаже девушек наверняка должны были заявить. Хотя стойте, вторая может быть жива! Я могу назвать время и место.
– Сэр, у вас всё в порядке? У нас уже много лет никто не пропадал. Налить вам воды?
– Да, не нужно мне ничего! Арестуйте меня, найдите тех девушек. Они же живые люди!
– Хорошо, я всё проверю, вы только успокойтесь. Не употребляли сегодня?
Льюис вылетел оттуда в полнейшей панике. Они не хотят слушать, даже не могут. В нормальном мире такого быть не должно. Льюис мог просто продолжить жить дальше, тем более если ему ничего не угрожает. Однако без опасности напрочь исчезало и всякое наслаждение. Льюис чувствовал, как бессмысленность сдавливает ему горло. С ней всё было по-другому. С ней они были как Бонни и Клайд, как Холмс и Ватсон. Льюис восторгался каждым днём, ему не приходилось глотать жалкие крупинки радости. У него снова замутило перед глазами.
Ему снилось, что он бьётся с целой ордой нападавших, каждый из которых стремился зайти к нему за спину. На всех были чистые белые капюшоны, ни единого лица Льюис не мог разглядеть. Он бился отчаянно, но скоро его всё-таки уложили на лопатки и обступили. Последним усилием Льюис откинул капюшон у одного бойца и увидел своё лицо. Только оно было более приличное и чистое. Остальные тоже стали сдёргивать капюшоны: под ними были весёлые Льюисы, были тем, кто корчил злобные рожи или просто не поднимал глаз.
Он зажмурился и очутился в совершенно пустой комнате. Стены были прозрачные, но за ними была лишь пустота. Льюис не видел своего отражения, он даже не мог шевельнуться. Ему в голову пришло, что сон не должен быть таким скучным и реальным, но даже так проснуться не удалось. У Льюиса начали дергаться конечности и стучать зубы, он искусал себе губы до крови. Почему он не может проснуться? Шли часы. Льюис попытался заснуть, чуть не рассмеялся над этим. Можно ли заснуть, если спишь? И можно ли проснуться, если не засыпал?
Льюис очнулся у себя дома и даже не задавался вопросом как здесь оказался. Пару недель он терпел. Потом терпел после того, как терпение закончилось. Он пытался есть дома, но даже заказанная из ресторанов еда не лезла в горло. Льюис морил себя голодом, но всё же срывался и наспех обедал в ресторанах. Он выкидывал деньги, но они всё равно не кончались. От нечего делать Льюис ездил по городу и вглядывался в чужие лица. Если у него могут появиться союзники, то это, как ни странно, будут его жертвы. Они связаны, пусть даже находятся по разные стороны. Случайные люди не подходят, должно же быть в его жертвах нечто особенное.
Он заметил её возле своего дома, куда возвращался каждый божий день. Недолго думая, Льюис скрутил ей руки и затащил в дом. Насчёт свидетелей волноваться не стоило – наверняка все «случайно» отвернулись от окон. Девушка, однако, отбивалась по-настоящему, несколько раз заехала ему по голове и истошно вопила. Она была низенькая, темноволосая, с дурацкими круглыми очками. Льюис кое-как связал ей руки и усадил на кровать.
– Извини, можешь помолчать? Мне надо поговорить.
– Вы убьёте меня? Пожалуйста, не надо! – тоненько воскликнула она.
– Я не стану... почему ты не боишься? Что значит «не надо»? Будь ты нормальной, билась бы в истерике! Чёрт, даже вы ненастоящие!
– Мы настолько же живые насколько и ты, – проговорила девушка ровным голосом. Льюис встрепенулся – она стала совершенно спокойна.
– Наконец-то! Теперь говори – зачем вы это всё устроили? Кто за этим стоит? Где он?
– Тебе до него не добраться. Он не здесь.
– А где? Как его имя, где его искать?
– Он там, а ты здесь. Найти его невозможно.
– Хватит болтать! Отвечать или пришью сейчас же.
– Хорошо, удачи найти новую жертву. Меня не станет, а ты совсем один останешься, сам знаешь.
Льюису стоило больших усилий не впиться ей в глотку. Она нагло улыбалась, приглашала его подойти ближе. Его злили не только её подколки, она заставляла себя ненавидеть всем своим существом.
– Как тебя зовут? – выдавил он.
– Никак. Но ты можешь назвать как хочешь. Больше ничего не спросишь?
– Дай подумать. – Льюис потёр виски. – Настоящий человек трясся бы от страха. Ты ненастоящая и остальные тоже. Я никого не убил!
– А с этим погоди. Кое-что на тебе всё де числиться.
– Что это? Я убивал до тех двух девушек?
– Да, но там всё было также. Есть другое. Думай сам, я тебе не книга ответов.
– Ладно, это подождёт. Почему я вообще вас вижу? Я сплю? Может, я попал в аварию и нахожусь в коме?
– Ничего банальнее не слышала! – рассмеялась девушка.
– Эй! Ты плод моего воображения, то есть и есть я, – догадался Льюис. – Ответь – где мы?
– Ничего отвечать не буду. Если бы ты хотел знать, вообще бы здесь не оказался. Здесь в смысле здесь, а не здесь в смысле там.
– Хрен с тобой. Я не знаю кого убил, не знаю, где нахожусь на самом деле. Мне важнее выбраться, – он старался игнорировать противный смех. – Я уже понял, что прикреплён к отдельным местам типа кафе и своего дома. Я езжу на чёртовой машине, пешком хожу очень мало. Притом, что она у меня недавно. Ничего из этого я не могу изменить.
– Ты молодец, – оценила девушка. – Дам небольшую подсказку. Меняй всё более глобально. Если нет потолка, то из комнаты ты легко выберешься.
– Глобально? Как, я даже не знаю, куда мне надо? Я застрял здесь... здесь? Скажи, я раньше уезжал из города?
– Зачем спрашиваешь, если знаешь?
– Конечно не уезжал! Его ведь и не существует, все воспоминания фальшивки. Пошли.
– А ты растёшь. – сказала девушка, когда они прошли мимо машины. – Она бы наверняка забарахлила. Но брать меня в качестве напоминалки про нереальность это грубо.
– Ты это я, так что не извиняюсь, – ответил Льюис. Он шли пешком к ближайшей границе, и он уже ощущал слабость и хватал ртом воздух. Руки и ноги отказывались шевелиться, приходилось с болью заставлять их двигаться.
– Фигово тебе. Хочешь что-то спросить?
– Мы оба сволочи, так что на ответ не надеюсь. Почему я хочу тебя убить?
– Потому что прежде убивал. И нет, я не о таких как я.
– Все воспоминания у меня вперемешку, от реальных в моём мозгу совсем ничего и не осталось. Попробую угадать, где я сейчас. Я ложусь спать на одном месте, значит я прикован к одной и той же кровати на ночь.
– У тебя обязателен завтрак, обед и ужин. Где всё так устроено?
– В тюрьме, детском лагере... маловероятные варианты.
– И как я могла возникнуть у такого тупицы? – вздохнула девушка. Льюис ощутил угол в ягодице, согнулся от боли и пырнул девушку ножом. После десяти ударов она распласталась по земле с издевательской улыбкой. Льюис выкинул нож, постарался прогнать чувство удовлетворения. В груди у него стало лучше. Он помчался дальше, уговаривая себя, что девушка ненастоящая. Надо отсюда вырваться. Во что бы то ни стало. Городок был небольшой, до границы оставалось всего несколько миль. Льюис уцепился взглядом за горизонт и сконцентрировался на нём. Его сознание могло сыграть злую шутку и запереть его в бесконечности. Не выйдет, существует здесь и, что важнее, там.
Два мощнейших укола едва не свалили Льюиса с ног. Это всё нереально! Там его могут остановить, но в этом мире он повелитель и властелин. Льюис бежал по ужасной дороге, поднимался всё выше и выше. Близость победы окрыляла его, теперь боль прибавляла сил. Голоса снова забирались в голову, сбивали с мыслей. Льюис неожиданно врезался в прозрачную стену прямо посреди дороги. Мышцы скрутило, колени отказывались держать Льюиса. Совсем близко начинался лес, там, там. Там было спасение. Несколько сильных ударов, и он вырвался наружу.
Боль не прошла, зато эйфория понесла его на своих крыльях. Льюис очутился на опушке, но почему-то все стволы деревьев были белые, да и трава тоже. В реальном мире зима? Его одежда тоже стала белой, голоса выли с тройной силой. Льюис метался в разные стороны и скоро сообразил, что может двигаться только вперёд и назад, вправо и влево. Иногда встречались прозрачные тупики, и их ему пробить не удавалось.
Ничего не вышло, ловушка осталось той же самой. Та дрянь его обманула. Или он сам себя обманул? Дело не только в людях из «того» мира, его сознание само не пускает его «туда». Оно чувствует в «здесь» безопасность и комфорт. Больше подсказок не осталось. Льюис понимал, что скоро ему ничего не останется, как вернуться обратно в город, к прежней жизни сурка. Давай, это же твоё сознание, будь хозяином. Он представил всё, что видит, плоской картинкой, поверил в «там».
Обычная женщина приближалась к нему с огромной иглой. Льюис не чувствовал прилива ненависти, просто попытался защититься. Ножа под рукой не нашлось, зато руки сами поднялись вверх. Несколько раз он приложил её головой о прозрачную стену и отпрянул. Женщина рухнула вниз, её кровь обрызгала его, а мозги растеклись по полу. Всё не должно быть так мерзко! Впервые Льюис ощутил настоящий ужас от убийства. Ему в нос ударил противный запах, он поскользнулся и рухнул в лужу крови. Лес пропал, теперь отчётливо виднелись крепкие белые стены.
Его скрутили по рукам и ногам, прижали к стене. Льюис наблюдал, как женщине проверяют пульс, советуются, ждут скорую. Точно так же охранники ресторана удерживали Льюиса пару лет назад. Тогда рядом собралась толпа зевак, кто-то пытался подглядывать через окна. Льюис тогда тоже думал, что это всё нереально. Она сказала, что устала так жить, что уходит и попробует начать всё заново. Говорила вежливо, но втайне наслаждалась его отчаянием. Она заслужила это. Заслужила.
Льюис перестал бороться с болью и позволил лекарствам проникнуть внутрь. Периодические он просыпался и видел «там», которое превратилось в «здесь». Перед глазами мелькала палата, бесконечный потолок, столы для питания. Оторванная совиная голова, белочка, куча мягких игрушек с распоротыми брюхами. Нет, нельзя, нельзя. Льюис вжался в свою кровать, услышал знакомый скрип. Он совершенно не боролся и медленно проваливался в темноту сознания.
Ему подали горячий чай, рядом аккуратно поставили дополнительную порцию бутербродов. Официант схватил свои чаевые и поспешил удалиться. Люди проходили мимо, и Льюис смотрел на них смеющимися глазами. Если его и замечали, то почтительно обходили стороной и спешили отвести глаза. Кубики сахара разваливались в стакане.
_________________________________________
Об авторе:
РУСЛАН ТАГИРОВРодился и вырос в городе Асбест Свердловской области. Студент специальности «Литературное творчество» Томского государственного университета. В «Литерратуре» публикуется впервые.
скачать dle 12.1
