ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 218 май 2024 г.
» » Валерия Гречина. КОЛЬЦА ПНЕЙ

Валерия Гречина. КОЛЬЦА ПНЕЙ

Редактор: Анна Харланова


(рассказы)



ПНИ

На заборе вывеска – «ПНИ». Только пинать тут никого нельзя, за это курево отнимают. Особенно нельзя пинать Полковника, хотя её больше всего хочется.

у неё клюв острый как у хищной птицы
она колет наши ягодицы
а после мы собираем руки и ноги
раскиданные по дороге

Значит, пни – это то, что в лесу. Они остаются от деревьев, как огрызки яблок. Пни – огрызки деревьев. Мы живём в ПНИ. На огрызках.
Как нам тут живётся? Хорошо. Нам выдают сигареты, по 4 в день, и белые майки, и липкую кашу, которая застывает и, если перевернуть тарелку, выпадет на стол блином. Но так делать нельзя, за это тоже отнимают курево. Или бьют по рукам. Я не люблю кашу, но компот из абрикосовых шкурок – очень. И Галка любит компот. А кашу выплёвывает себе на коленки. Она вообще часто плюётся. Помню, как она в первый раз на меня плюнула. Мы были на выгуле. И я увидел её – она сидела на скамейке, опустив руки до самой земли, тонкие руки. Стриженая голова была опущена. И под затылком была видна глубокая ямка с нежными волосками. И мне захотелось посеять поцелуй в эту ямку. И я это сделал. Она дёрнулась, подняла голову, посмотрела на меня так, как будто сейчас раскрошит. И плюнула. Её пенка осталась на моей шее, я снял её пальцем и слизал. И её вкус мне понравился. И захотелось поцеловать её сжатые губы. Я сделал это быстро. И в этот раз она не плюнула, а только куснула мой язык. А я рукой нащупал её выпуклость. И она шлёпнула меня, отбежала, отвернулась. И всё оставшееся время я видел только её колючий затылок.

Галка живёт в соседнем корпусе – для девочек. Нам туда нельзя, но очень хочется. Особенно после нашего поцелуя.



КОЛЬЦА

Сколько лет нашему пню?
– Сколько колец, столько и лет, – сказал Витька. А ему можно верить, он книжки читает. И карандаш грызёт. Я пробовал грызть карандаш, невкусно. А Витьке нравится.
А сколько мне лет? У меня ни одного кольца. Значит, нисколько?
Я сорвал сухую травинку и завернул в кольцо. Сделал ещё одно и ещё. На каждый палец – по кольцу. Посчитал, вышло 10.
– Мне 10, – сказал я медсестре.
– Три раза по 10, – хмыкнула она. – Глотай таблетку, языком не выталкивай. И слюни подотри.
И ушла. И дверь на тряпочку закрыла.
– Три раза по 10, – повторял я перед сном. – Три раза по 10. Как много…
Утром я решил, что часть колец подарю Галке. Даже если она в меня плюнет.



Я НАТАША

Я НАТАША КУПЛЮ СЫНОЧКУ ЖЁЛТЫЕ НОСОЧКИ НАШ СЫНОЧЕК АНГЕЛОЧЕК ВИТАЛИК ДАВНО ПРОСИЛ КУПИ МНЕ МАМОЧКА ЖЁЛТЫЕ НОСОЧКИ
наташа из 3-Г вместо косынки надевает наволочку
– сними наволочку, бл..
аглая – ведьма это все знают у неё глаза вот-вот выкатятся и станут шарами которые разобьются если на них наступить ногой. наташе хочется наступить на аглаины глаза
– я невеста, у меня фата
– слюни подотри лучше, фата
их выводят на круглый двор как гусей рядком сначала мальчики затем девочки наташа не понимает почему их называют мальчики и девочки у неё в трусах волосы похожие на мочалку колючие волосы и под мышками – дремучий лес ей не дают бритву и приходится жить с лесом
двор напоминает остров серый остров кругом тюльпаны красные и один жёлтый как гадкий утёнок просят друг у друга сигареты сближаются
наташа подходит к виталику с наволочкой на голове
– невеста, невеста, – кивает виталик, обнимая наташу, щупая её талию, опуская руки ниже-ниже
– я тебе по рукам! отошли друг от друга на 5 шагов – шикает аглая, как змея, которая вот-вот укусит
наташа отходит в сторону снимает с головы наволочку получается что-то вроде примятого гнезда в котором ни одного яйца
виталик садится на лавочку начинает грызть ногти он уже все сгрыз и начал откусывать заусенцы ему больно он кусает до крови
ВИТАЛИК ХОЧЕТ ЧТОБЫ У НЕГО БЫЛИ УСЫ КРАСИВЫЕ ГУСТЫЕ ГУСТЫЕ ПРЕГУСТЫЕ ЧЁРНЫЕ КРАСИВЫЕ Я НАТАША ВИТАЛИК УСЫ КРАСИВЫЕ ДЕЛАЮ ЧТОБЫ БЫЛИ КРАСИВЫМИ ГУСТЫЕ ПРЕГУСТЫЕ ЧЁРНЫЕ КРАСИВЫЕ И ГУСТЫЕ ГУСТЫЕ ПРЕГУСТЫЕ КРАСИВЫЕ
виталик из 2-А хочет к наташе её крыло закрыто на ключ он хочет наташу
наташа сидит в распахнутом халате из него вылезает скукоженный сосок она не прячет его а продолжает сидеть раскачиваться сидеть раскачиваться
виталик стучится в закрытую дверь стучится стучится
аглая подходит он чувствует что она вот-вот клюнет его клюнет в ягодицу своим чёрным клювом
и не пустит к наташе



ГНЁЗДЫШКО

Паша говорит – «там моё гнёздышко», а ещё – «там тепло и укромно». Суёт пальцы, и дырочка расширяется от его прикосновений. Иногда он опускается вниз, и Оля видит только его бритую голову и гладит её одной рукой, второй цепляется за одеяло, чтобы не упасть, хотя и падать некуда, она лежит на кровати, простыня усыпана ягодами земляники, она полиняла от стирки и уже не такая зрелая. Оле кажется, что ягоды вот-вот созреют, они полны сока, они сейчас лопнут и брызнут алым. Паша целует «своё гнёздышко», проникая языком вовнутрь, на глубину, доставая почти до самого дна. Ягоды лопаются, рвутся на части. Оля стонет и вскрикивает. А потом её тело становится мягким и невесомым. И птенцы внутри обрастают перьями. Паша говорит «давай под крылышко». Его пальцы путаются в её кудрявых волосах. Обвивают кольцами. Только ему не хочется колец. Ему хочется быть внутри гнёздышка. И Оля, отдышавшись, впускает. Поворачивается спиной, сворачивается улиткой и ждёт, когда он прильнёт и проникнет в её гнёздышко.
А потом Паша уходит. Он живёт в ПНИ. А оттуда не так-то просто выбраться, даже если ты – нормальный. Даже если хочешь гнёздышко.



ИЗВЕРЖЕНИЕ

Похоронное агентство закрылось. Покойники закончились. Больше умирать никто не будет. Все чёрные платья отдали в ПНИ. А тут – дискотека. Можно распахивать двери. Закапывать ключи в землю или бросать в реку. Чтобы она била ключом. На дискотеке можно касаться друг друга. А ещё – можно снять пижаму и надеть платье.
Галке выдали платье – непомерное, чёрное; засовываешь голову – а там чёрная дыра.
– Я не хочу в дыру, – заревела Галка и бросила платье. Наступила на него и плюнула.
– Не хочешь платье – надевай юбку! – сказала Тата. Она тут первую неделю.
– Она – ещё мягкий хлебушек, – считает Галка. – Остальные – сухари, не разгрызёшь.
Юбка узкая, как коридор, по которому их выпускают на выгул. На тощую покойницу. Галка натягивает юбку. По бокам швы натянуты, как струны. Вот-вот лопнут.
– Ну и пусть лопаются, – думает Галка и улыбается. Одной половинкой рта. Вторая остается неподвижной.
Внутри её головы извергнулся вулкан. Лава застыла и залепила половинку лица. Хорошо, что не всё лицо. Тогда бы её закопали в землю, как закапывают луковицы тюльпанов, кругами, чтобы росли красными кругами. Но похоронное агентство закрылось. Теперь умирать никто не будет. Будут надевать платья и юбки. И идти на дискотеку, чтобы трогать друг друга.
Галка ждёт, когда Коля подойдёт ближе. У него штаны со стрелками. Как будто в гробу кому-то нужны стрелки. Она не будет плеваться. Не будет кусать. Прижмётся к нему так тесно, чтобы чувствовать внутри него горячий вулкан. И ждать извержения.



ПЛЕЕР

Плеер есть, а нет батареек. Я распутываю наушники, каждый день они превращаются в паутину. Только паука нет. Втыкаю в уши мягкие шарики и слушаю тишину.
Вчера я мыла полы, чтобы заработать сигарету. Очень хотелось курить. Витька подошёл на выгуле и сунул мне язык в рот. Было приятно. Нигде не написано, что нельзя совать язык друг другу в рот. Но Аглае лишь бы сигареты отнять. Сама небось ночами курит. Прячется в туалете, перебирает в кармане сигареты. А потом курит одну за другой, одну за другой. Вот почему у неё под глазами мешки. В них прячется табачный дым.
Нам не выдают расчёски. Чтобы не чесать пустоту. Чтобы не царапать голину.
Волосы у меня были длинные, рыжие. А сейчас – стриженый газон, как у нас на выгуле. Только брови и ресницы остались рыжие. У меня по всему телу веснушки. Раньше я их прятала. А теперь представляю, что они букашки. И давлю их, давлю. Даже на груди есть веснушки. Я Витьке как-то показала веснушку на соске, он хотел меня поцеловать в эту веснушку. Но за это тоже штраф. За веснушку.
Вот сейчас лягу под одеяло, достану из-под подушки плеер, распутаю наушники. И послушаю тишину.



КОСА

– Заплели косу на животе. У меня там сын был. Его выкосили, как траву. Меня не спросили, – говорит Марина, поднимая футболку. – Вот тут сын был.
На животе – бугры и впадины, бугры и впадины. И одна тонкая неровная река.
Марину недавно попросили помочь в столовой. Повар увидела, как она положила на руки батон, прижала его к себе и начала качать.
А ночью она засовывает руки под ночнушку и гладит живот.
Марина была на пятом месяце, она помнит, как ей надели что-то на палец, она подумала, что кольцо. А потом в руку клюнули. Она уснула. Когда проснулась, на животе был лоскуток бинта, залитый зелёнкой. Как травой.
– Выкосили сына, выкосили, – повторяет Марина.



ЖЁЛТАЯ

ВИТАЛИК ЛЮБИТ ЖЁЛТЫЕ РОЗЫ И МОИ ЛЮБИМЫЕ ЦВЕТЫ ЖЁЛТЫЕ РОЗЫ. И ЖЁЛТЫЙ ЦВЕТ ВО ВСЁМ И ФУТБОЛКИ ЖЁЛТОГО ЦВЕТА И КУРТКА ЖЁЛТОГО ЦВЕТА
И СПАРТИВНЫЙ КОСТЮМ ЖЁЛТОГО ЦВЕТА

наташа берёт одуванчики и трёт ими лицо чтобы оно стало жёлтым она должна стать жёлтой пока никто не видит она суёт одуванчик под халат и натирает грудь одуванчик щекочет соски и она смеётся во весь голос смеётся так что все начинают на неё смотреть. на то какая она жёлтая только виталик не смотрит.
наташа хочет развязать халат чтобы показать виталику какая она жёлтая но халат завязан на морские узлы на нём висят замки много замков от которых нет ключей ключи проглотили рыбы которые холодят своими хвостами. кругом много рыб. один виталик не рыба. он жёлтый. и она жёлтая.
наташу уводят за плечи она чувствует как уплывает вслед за рыбами они её будут топить но ей надо выплыть чтобы показать виталику какая она жёлтая.



МОЛОЧНАЯ РЕКА

Его пятки похожи на маленькие сморщенные яблоки, я такие видела на кухне, из них варят компот
из моего сына не сварят компот не сварят компот
Я бы его прятала под ночнушкой, я бы ему давала сосок – пипеточку.
В Санькином ухе – мох. Он мешает слышать. Я прошу на выгуле – пососи, и спускаю кофточку
Он не слышит. Но хватает ртом мой сосок он знает, что мне нужно покормить что сейчас самое время он пьёт молочную реку пока не подходит Тата.
– Только не говори Полковнику и Аглае, – шепчу я.
Она отходит. Делает вид, что не видит. Как моя река выходит из берегов. Как струится по заросшему санькиному подбородку.
Мой сын больше не хочет есть. Его пятки похожи на сморщенные яблоки. Я его прячу под ночнушкой. Он держит во рту сосок – пипеточку. И плывёт по молочной реке.



ГРИБ

Оля ждёт Пашу. Его не пускают ПНИ. На них висят замки. Паше приходится их разгрызать, от этого у него плохие зубы и пахнет изо рта.
Но Оле всё равно. Она ждёт Пашу, чтобы пойти по грибы. Чтобы найти большой гриб.
Она хочет целовать его мшистый живот, каждый волосок, погружаясь языком в тёплый колодец пупка и ещё ниже до самого колючего пучка, который щекочет нос. Она приподнимается выше и облизывает шляпку гриба, а потом начинает скользить по его ножке. А потом весь гриб берёт в рот и гладит языком. Скользит туда-сюда, туда-сюда.
– Он съедобный, – смеётся Паша.
И она тянется к его губам. А потом возвращается к грибу. Он становится очень горячим. Он почти пылает. Она обжигает губы. Она ждёт, когда гриб выпустит сок со вкусом травы и леса.
А потом будет долго гладить гриб, накрывать его волосами, как одеялом. Паша будет запускать пальцы в её волосы. А потом уходить, уходить, уходить. Она будет пытаться удержать Пашу. Закрыть дверь на замки. Но Паша будет разгрызать замки. И возвращаться в ПНИ.



КЛЮЧ

Витькины руки выросли из дерева. Бугристые, шершавые, как кора.
– Выросли из пней, – смеётся он и начинает брызгать слюной, как из лейки. И пузырики остаются на его усах. Нежных, почти прозрачных. Он их прячет под рукой. А Полковник думает, что он ковыряется в носу и ест козявки. Наверное, потому что сама ест козявки. Наковыривает себе целую миску и ест, пока мы пьём таблетки и обнажаем ягодицы, которым хочется водицы ключевой. Только ключей нет.
Витька прячет усы, чтобы их не сбрили. Такие усы нельзя брить. Когда я их глажу пальцем, у меня внизу начинает щекотать. Как будто кто-то гладит пёрышком. И хочется ещё и ещё. Его рука проникает под резинку моих штанов. Через мою пушистую рыжину.
– Тебе хочется жену? – спрашиваю я.
– Мне хочется тебя, – отвечает Витька.
И погружает палец, и проникает в узкую щёлку. Которая открывается как дверка. У Витьки есть ключ. Есть ключ.








_________________________________________

Об авторе: ВАЛЕРИЯ ГРЕЧИНА

Прозаик, поэт, журналист. Родилась в 1989 году в Москве. Окончила Институт журналистики и литературного творчества, в качестве диплома защитила книгу рассказов «От кокона к бабочке». Дипломант литературного форума «Осиянное слово» (2009 г.), шорт-лист фестиваля короткого рассказа «Кора» (2021 и 2022), шорт-лист фестиваля «Кора-Стих» (2021), лауреат премии «Добрая лира» (2021), финалист и обладатель специального диплома премии «Восхождение» (2021) и лонг-лист (2023, шорт еще не объявлен), лауреат 3 степени международного конкурса «Русский Гофман» (2022), лонг-лист литературного конкурса издательства «Настя и Никита»(2021), шорт-лист премии Левитова (2022), лонг-лист премии Левитова (2023), лонг-лист премии Игоря Шевчука «Легкое перо» (2022), лонг-лист премии Фазиля Искандера (2023, шорт еще не объявлен). Публиковалась в журналах: «Знамя», «Новая Юность», «Осиянное слово», «Чердобряк», альманахе «Этажерка», интернет-изданиях: «Формаслов», «Электронные Пампасы», «Полутона», портале «Лиttеrrатура». Автор книги рассказов «Тритоны» (Издательство «Стеклограф, 2022 г.) и «Красная ягода» (Издательство Перископ-Волга, 2023 г.).скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
389
Опубликовано 07 окт 2023

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ