facebook ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 187 октябрь 2021 г.
» » Анна Аркатова. БЕЛЬМОНДО И ЛЕВ ТОЛСТОЙ

Анна Аркатова. БЕЛЬМОНДО И ЛЕВ ТОЛСТОЙ

Колонка Анны Аркатовой
(все статьи)




В день, когда умер Бельмондо, я смотрела фильм «Анна Каренина» выпуска 1935 года с Гретой Гарбо в главной роли. Казалось бы – какая связь? На самом деле высшая и практически закономерная. Начнём с Бельмондо. Ну, после печальной новости я, как и все вокруг, молчала и думала о чём-то о своём. О бедном артисте, заповедной Франции, безвозвратно ушедшей молодости, демисезонной одежде, боксёрском обаянии, контрастах, курсах иностранного языка, либертеегалитефратерните…

Завершался мой элегический круиз неновой мыслью о сволочной несправедливости мироустройства и прихотливости выбора.
В это время вызванный к жизни телевизор одаривал меня экранизацией Толстого.

Надо сказать, каждая новая Анна – какое-то испытание для моего воображения. Ни разу ни одна из них не совпала с книжным образом, включенным во мне автором романа во время его чтения и даже перечитывания. Не скажу, что я знакома со всеми двадцатью экранными воплощениями – но и тех шести, что скромно сопроводили мою киножизнь, хватает для этого грустного вывода. Хотя, что уж тут грустить – во все времена героиня ЛТ была мечтой, а то и вершиной карьеры. И выбор режиссеров падал на тех, кто в данный момент являет собой канон непостижимой, а главное, желанной женской натуры. Прима из прим!

В самом деле, что общего между Гретой Гарбо и Софи Марсо? Аллой Тарасовой и Татьяной Самойловой? Кирой Найтли и Татьяной Друбич? Кроме таланта и звёздности? Ничего. Только Вронский. То есть все эти самобытные, спорные, не похожие на своих предшественниц Анны – кинодивы одинаково влюблены во Вронского – но совершенно загадочным образом все Вронские всех времен и народов с экрана выглядят точной копией друг друга!

Наверняка, не я первая это заметила – тем более что, повторюсь, я не знакома с персонажами немого кино – а их немало. Но уверена, что все они сертифицировались своим поколением как красавцы. То есть типаж соблазнителя не менялся никогда. Как так могло получиться – это случайность? Неизбежность? Или – боюсь предположить – налицо нечаянная победа мировой женской души, которая есть многолика или как минимум двойственна – а вот эти, кто портят нам жизнь, – плоски и неотличимы?! Заметим, гол в свои ворота забивают как раз мужчины, режиссёры, демиурги, так сказать. Ну – про первоисточник или хорошо или ничего – портрет Алексея Вронского, сложенный в романе из общепринятого восхищения и авторского презрения, лишен особенных подробностей – всё решает писательский гений в интонациях, ремарках, иронических качелях. Оставляя «приятное чувство свежести, происходившее отчасти и оттого, что он не курил целый вечер» (Л. Н. Толстой. Собр. соч., М., 1984, т. 7, стр. 66.).

Намёк на его, героя, тиражированность есть уже в имени – иначе почему бы здесь не развести любовника и мужа? Впрочем, это может быть и заигрывание с той самой «божественной двойней», тёмным анимусом, спасительной и губительной природой одновременно.

Кстати, Каренин в кино – вот он-то всегда разный. То есть это отнюдь не абсолютное зло, наказание господне. А персонаж достойный то жалости, то уважения, даже сострадания – а не одной лишь развешанной на ушах брезгливости. Вронский же, выточенный раз и навсегда как дискобол, передаётся из поколения в поколение Анн не глядя. Он уже изрядно надоел им всем. Всегда с этим пробором, усиками, артрозным поворотом стиснутой кителем шеи, амбициозный перфекционист, лишенный сомнений и интуиции. Пожалуй, только, Шон Коннери, Вронский образца 1961 года в телевизионном фильме, выглядел не столь конфетно – но именно эта роль оказалась подножием Олимпа его «бондианы». Уже через год Джеймс Бонд станет именем нарицательным.

Фигура Вронского, тем не менее, – часть нравственного пейзажа (отчасти магическая: по иронии судьбы Кристофер Рив, сыгравший Вронского в американской киноверсии 1985 года, впоследствии был обездвижен, упав с лошади).

Все реакции Вронского – пародийная копия душевных движений дикой женской природы. Падение на скачках, смерть Фру-Фру, попытка самоубийства, уход (бегство) на войну – всё это пытается встать в один ряд с утратами Анны, ее страданием и трагическим выбором. Пытается – но остаётся не поддающейся коррозии стенкой, без которой теннисисткам просто невозможно набить руку.

Другое дело Бельмондо.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
179
Опубликовано 01 окт 2021

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ