ВКонтакте
Электронный литературный журнал. Выходит один раз в месяц. Основан в апреле 2014 г.
№ 215 февраль 2024 г.
» » Ирина Иваськова. ИТАЛЬЯНСКАЯ МУЗЫКА

Ирина Иваськова. ИТАЛЬЯНСКАЯ МУЗЫКА

Редактор: Наталья Якушина


(мини-пьеса в одно действие)



Действующие лица:

АНДРЕЙ – 35-40 лет, крепкий, серьёзный, в деловом костюме и галстуке. Говорит взвешенно и неторопливо.
ЛЕРА – 35 лет, кудрявая блондинка в длинном пёстром платье. Говорит легко и быстро, двигается порывисто, постоянно что-то роняет и спотыкается.
ДИСПЕТЧЕР – механический женский голос за сценой.


Зал ожидания аэропорта. Два ряда кресел. Кресла заднего ряда освещены слабо. Передний ряд из шести кресел освещён ярко и пуст. Негромко играет безликая музыка, какая обычно играет в супермаркетах и аэропортах.

ДИСПЕТЧЕР. Заканчивается посадка на рейс 555 авиакомпании «Аэрофлот», Москва-Екатеринбург.

Музыка стихает. Появляется Андрей. Он несёт чемодан. Доходит до крайнего левого кресла и садится. Чемодан аккуратно ставит рядом. Достаёт из внешнего кармана чемодана яркий журнал.
С другой стороны сцены появляется Лера. Она несёт большой рюкзак и бумажный пакет. У кресел спотыкается и пакет роняет. По полу рассыпаются небольшие мягкие игрушки. Лера смеётся, машет рукой, ставит рюкзак у крайнего правого кресла и садится.
Андрей вскакивает, пытается уйти, но возвращается, хватает чемодан, снова пытается уйти, но снова возвращается. Ставит чемодан, садится в кресло и закрывает лицо журналом.

ЛЕРА. И вовсе необязательно вот это всё делать.
АНДРЕЙ (не убирая от лица журнал). Что делать?
ЛЕРА. Убегать, прятаться, вот это вот всё (передразнивает Андрея и его суету с журналом). Я, между прочим, сразу тебя узнала. Да и ты меня, похоже, тоже не забыл. (Смеётся.) Привет, Андрей!
АНДРЕЙ (кидает журнал на пол). Здравствуй, Валерия.
ЛЕРА. Слушай, ты же знаешь, что я терпеть не могу это имя. Я Лера. Ле-ра! Как ты умудряешься вывести меня за две секунды?
АНДРЕЙ. У меня была очень хорошая учительница.
ЛЕРА (заинтересованно). О, ты всё-таки ещё раз женился?
АНДРЕЙ (коротко смеётся). Нет.
ЛЕРА. А почему?
АНДРЕЙ (мрачно). Мне одного раза вот так хватило! (Проводит ребром ладони по горлу, поднимает журнал и делает вид, что читает, но держит журнал вверх ногами.)
ЛЕРА (пересаживается на одно кресло поближе к Андрею). И я тоже больше не женилась. То есть, замуж не выходила. Но скоро, может быть, и выйду.
АНДРЕЙ (переворачивая журнал). Скатертью дорога.

Какое-то время они молчат. Лера роется в рюкзаке, достаёт расчёску, поправляет волосы. Андрей мрачно смотрит в журнал.

ЛЕРА (убирает расчёску в рюкзак). Ты всё еще злишься на меня?
АНДРЕЙ. Нет (быстро притопывает правой ногой).
ЛЕРА. Злишься. Ты когда злишься, всегда вот так правой ногой топаешь. Видишь, как я хорошо тебя помню. А ведь целых два года прошло!
АНДРЕЙ (перестаёт топать и снова кидает журнал на пол). Неправда. Это я просто так топаю. Нога у меня устала! Болит нога! Ничего ты не помнишь, не придумывай.
ЛЕРА (будто бы спохватившись). А куда ты летишь?
АНДРЕЙ (с вызовом). В Нижневартовск!
ЛЕРА (восторженно). Ох, ничего себе! Ты теперь живёшь в Нижневартовске?
АНДРЕЙ. Да! Живу и работаю в Нижневартовске! И мне там очень нравится!
ЛЕРА. А почему ты не спрашиваешь меня, куда я лечу?
АНДРЕЙ (обречённо). Куда ты летишь?
ЛЕРА. О-о-о, я лечу в один чудесный город. Я там ещё ни разу не была, но мне там тоже очень понравится. (Достаёт из рюкзака билет, заглядывает в него, отводит руку с билетом подальше, как делают дальнозоркие люди, и торжествующе говорит.) Крас-но-янск!
АНДРЕЙ. Нет такого города – Красноянск. Есть Красноярск. Почему ты так и не носишь линзы или очки?
ЛЕРА (сердито). Ты прекрасно знаешь, что линз я боюсь, а в очках похожа на чокнутую обезьянку.
АНДРЕЙ (в сторону). Чокнутую… Да-а-а... (Лере, ласково.) Неправда, я уверен, что очки тебе очень пойдут. Зачем же всё время мучиться?
ЛЕРА. А с какой стати ты обо мне заботишься, а?
АНДРЕЙ. Это я машинально. По привычке. Прости.

Они опять молчат. Андрей топает правой ногой. Лера, прищурившись, смотрит в билеты и шевелит губами, пытаясь прочесть название города, потом прячет билет в рюкзак.

ЛЕРА. Слушай, а почему мы вообще расстались?
АНДРЕЙ (возмущённо). Это ты у меня спрашиваешь? Ты? У меня? Я в один прекрасный день прихожу домой, а тебя там нет! И вещей твоих нет! И кота! Ты кота зачем забрала?
ЛЕРА (язвительно). Это очень странно, что ты вообще заметил, что я ушла. И что кота нет. Я бы не удивилась, если бы ты встретил меня вот так, через два года, и сказал бы что-нибудь типа: «Лерка, а где у нас заварка?».
АНДРЕЙ. Я никогда тебя не называл Леркой. Что ты придумываешь?
ЛЕРА. Да. Ты никак меня вообще не называл! Только Ва-ле-ри-ей, когда разозлить хотел! И ты всё время работал! У меня новое платье – ты работаешь. Я учу итальянский – ты работаешь. Мне приснилась белая сова – а ты работаешь!
АНДРЕЙ (удивлённо). Вот сейчас не понял. Почему, если сова снится, нельзя работать?
ЛЕРА. Ну, ты даёшь! Все же знают, что совы снятся к путешествию на север! А мы никуда не могли поехать путешествовать, потому что ты – работал! И вообще, знаешь, с тобой мне постоянно казалось, что я ужасно одинокая. Вроде и замужем, но совсем одна.
АНДРЕЙ (сердито). Теперь всё ясно. Мне надо было уволиться и смотреть целыми днями на твои новые платья.
ЛЕРА (тоже сердито). И это было бы неплохо! У меня есть очень красивые платья!
АНДРЕЙ (пересаживается на одно кресло поближе к Лере). Слушай, а сказать мне всё это нельзя было? Что я много работаю, и ты, типа, одинокая вся? А?
ЛЕРА (отвернувшись). Нельзя.
АНДРЕЙ. Да почему?
ЛЕРА. Потому что я не хотела всё тебе постоянно растолковывать. Ты что, сам догадаться не мог? Я, может быть, хотела, чтобы ты чувствовал меня без слов! А ты меня вообще не понимал, не слышал и не видел! Вот скажи, в тот день, когда я ушла, а ты домой вернулся с работы, ты первым делом что сделал?
АНДРЕЙ. Да не помню я.
ЛЕРА. А я тебе скажу – ты пошёл на кухню, включил телевизор, разогрел ужин и смотрел всякие там новости. Так?

Андрей пожимает плечами, но не возражает.

ЛЕРА. Потом в душ ушёл. Так? Потом вышел на балкон – покурить. А потом вернулся в квартиру и понял, что не видишь кота. А он, между прочим, всегда за тобой ходил хвостом. И только тогда ты сообразил, что и меня в квартире нет. Так же всё было?
АНДРЕЙ (возмущённо). Ничего подобного! (Смущённо.) Ты что, подсматривала за мной?
ЛЕРА (язвительно). Ага, сначала ушла, а потом вернулась, спряталась за штору и подсматривала. А потом дождалась, пока ты уснёшь, поцеловала тебя, как спящего царевича, и снова ушла. А кот внизу меня ждал, на скамейке. Вещи охранял и такси вызвал.
АНДРЕЙ. Ну вот что ты опять начинаешь, а?
ЛЕРА. Скажи ещё: «Ой, всё!» – и закончим разговор.
АНДРЕЙ (пересаживаясь ещё на одно кресло ближе к Лере). Слушай, ну вот не надо так говорить, что во всём я один виноват. Ты тоже, знаешь…
ЛЕРА. Ну что я, что я?
АНДРЕЙ (раздражённо, с обидой). Да ты всё время порхала! (Показывает руками как порхают птицы.) Туда-сюда-туда-сюда. То подружки эти крикливые, то какие-то тупые поэты. Грязные щенки, беременные кошки. Лишайные, между прочим! А как ты художника привела переночевать, а он прямо на обоях красным вином рисовал и говорил, что это алко-аб-страк-ци-о-низм? А потом уснул в туалете, и мы не могли дверь открыть? А занятия эти твои дурацкие – то аниматор в отеле, то собачья няня, то в караоке певичка… Да и вообще все эти песни твои. Идиотская эта итальянская музыка! Я только отойду куда-нибудь, а ты поёшь. Или ещё хуже – танцуешь. Да мне, может быть, постоянно было за тебя стыдно! Неловко! Я на заправке выйду из машины, уйду в магазин, вернусь – а ты музыку на полную выкрутила, сидишь и пляшешь! Как дурочка!
ЛЕРА. Вот так? (Танцует, не вставая с кресла.)
АНДРЕЙ. Да, вот так, вот так. Перестань, пожалуйста!
ЛЕРА. А я ещё и пела по-итальянски, помнишь? (Поёт – звонко и громко, раскачиваясь на кресле.) Voglio calore sulla mia pelle! Voglio le fiamme voglio scintille.
АНДРЕЙ (отчаянно стыдясь). Да перестань ты, перестань! Люди смотрят!

Лера умолкает и пересаживается ещё на одно кресло поближе к Андрею. Теперь они сидят рядом.

ЛЕРА. Тебе правда никогда-никогда не нравилось, как я пою?
АНДРЕЙ (устало). Да не то что бы не нравилось… Ты же знаешь, что мне просто нравится другая музыка.
ЛЕРА. Вот эти твои страшные мужики? Которые орут всё время?
АНДРЕЙ (с обидой). Чего это они страшные? Нормальные мужики. И не орут, а поют. Ну не так как ты, а по-другому. Мощно! А твоя музыка она такая… Итальянская.
ЛЕРА (с озарением). А тебе самому никогда не хотелось петь вместе с ними?
АНДРЕЙ (застенчиво). Я пел. Когда никто не слышал.
ЛЕРА (с возмущением). Мы прожили с тобой два года, а я никогда не слышала, как ты поёшь! Ведь мы могли бы петь хором!
АНДРЕЙ (твёрдо). Во-первых, не хором, а дуэтом. А во-вторых (с сарказмом), как оказалось, нам с тобой не спеться.
ЛЕРА (умоляюще). Андрюша…
АНДРЕЙ (ещё твёрже). Сразу нет.
ЛЕРА (ещё более умоляюще). Ну что тебе стоит… Ну ради меня! Мы же вряд ли ещё когда-то увидимся, ты же понимаешь? А я всю жизнь потом буду мучиться, что так и не услышала, как поёт мой первый муж! Я тебе даю честное слово, если ты сейчас споёшь, я покажу тебе что-то такое, от чего ты очень сильно удивишься! Честно-честно!
АНДРЕЙ (в сторону). Вот это уже страшно… Но правда ведь, мы можем никогда больше не увидеться... (Лере). Готова?
ЛЕРА (с восторгом и широкой улыбкой). Да!
АНДРЕЙ (вскакивая, изображает игру на гитаре, громко и хрипло).
Nun liebe Kinder gebt fein acht
Ich bin die Stimme aus dem Kissen
Ich hab euch etwas mitgebracht
Hab es aus meiner Brust gerissen..
(Поет громче.)
Mein Herz brennt!!
ЛЕРА (теряя улыбку и закрывая уши ладонями). Перестань, перестань! Люди же кругом!
АНДРЕЙ (садясь обратно на кресло и переводя дух). Вот теперь ты поняла, каково мне было, когда ты свои песенки чирикала? Мощи в них нет никакой!
ЛЕРА (приходя в себя, тихо). Знаешь, может быть… Если бы ты просто сказал мне, что тоже поёшь, я бы и не ушла тогда. А тебе ещё всё эта Марина Аркадьевна писала! Да всё по вечерам.
АНДРЕЙ. Да я тебе сколько раз повторял, что Марине Аркадьевне пятьдесят восемь! У неё внуки, дача и щенки бульдогов. И вообще она главный бухгалтер, а с главным бухгалтером каждому надо дружить!
ЛЕРА. А зачем тогда всё время тебе писать? И про щенков зачем это она тебе рассказывала, а?
АНДРЕЙ (машет рукой). Да ну тебя.
ЛЕРА (спохватившись). Я же тебе обещала кое-что показать (роется в рюкзаке и достаёт футляр для очков). Вот. (Надевает очки – огромные, в красной оправе, со стразами.) Я ещё не привыкла к ним, стесняюсь. Но с ними правда удобнее, ты был прав.
АНДРЕЙ (с радостью). Ух ты! Я же всегда говорил, что тебе пойдёт! Ну, молодец же! Умница! И ничуть ты не похожа на обезьянку! (Спохватившись, сдержанно.) Наконец-то, хоть одно разумное решение.

Они снова молчат и смотрят в разные стороны.

АНДРЕЙ (встаёт и начинает собирать в пакет рассыпанные по полу игрушки). Слушай (с подозрением), а эти игрушки что, какому-то ребёнку?
ЛЕРА. Не ребёнку. И не игрушки. Это подарки знакомым собакам и котам.
АНДРЕЙ (бросает игрушки обратно на пол, вздохнув и закатив глаза). Всё понятно.
ЛЕРА (встаёт, собирает оставшиеся игрушки в пакет. Задумчиво). Какая странная история. Он много работал, а она пела и танцевала. Ему было за неё стыдно, а ей с ним одиноко. И он, оказывается, сам пел тайком. Как-то глупо всё получилось, правда?
АНДРЕЙ. Согласен. Глупо. И больно. (Спохватившись.) Но всё уже прошло. Всё же в жизни проходит к лучшему, да?
ЛЕРА (заталкивая пакет с игрушками в рюкзак). Не знаю. Ты ведь даже не искал меня. И кота не искал. А нам, может быть, очень хотелось, чтобы нас нашли.
АНДРЕЙ (возмущённо). Да с чего бы я стал тебя искать, если ты мне оставила записку, а в ней запретила это делать? Вот так и написала: не вздумай искать ни меня, ни кота.
ЛЕРА. Ну написала и написала! Подумаешь, записка…
АНДРЕЙ (спохватившись). А, кстати, кот-то где? С ним всё хорошо?
ЛЕРА. Кот в полном порядке. А почему ты не спрашиваешь, хорошо ли всё со мной?
ДИСПЕТЧЕР. Начинается посадка на рейс 404 авиакомпании «Ханты-Мансийские авиалинии», Москва-Нижневартовск. Пассажиров просим пройти на выход 42.
АНДРЕЙ. Мне пора.
ДИСПЕТЧЕР. Объявляется посадка на рейс 123 авиакомпании «Рассвет», Москва-Красноярск. Пассажиров просим пройти на выход 34.
ЛЕРА. Да. И мне пора.
АНДРЕЙ (медленно). Удачи тебе, Ле-ра.
ЛЕРА (отвернувшись, легко и быстро). Чао.

Не оглядываясь, подхватывают свой багаж и уходят в разные стороны.
Пока они идут, начинает играть музыка («Calore», Эмма Марроне, первый куплет).
На припеве трека музыка играет громче. Андрей и Лера выбегают с разных сторон сцены, бегут навстречу друг другу и обнимаются. Стоят в центре сцены, крепко обнявшись, не двигаясь. Сцена освещена слабо. И только Андрей и Лера в луче света. Музыка играет ещё громче. Андрей и Лера разжимают объятия и расходятся по разные стороны сцены, улыбаясь друг другу. Занавес опускается.







_________________________________________

Об авторе:  ИРИНА ВИКТОРОВНА ИВАСЬКОВА 

Родилась 4 июня 1981 года в Красноярске. Член Союза писателей России, член экспертного отдела Совета молодых литераторов Союза писателей России. Публиковалась в литературных журналах «Наш Современник», «Сибирские огни», «Север», «День и ночь», «Подъём», сетевых литературных журналах «Лиterraтура», «Формаслов». Руководитель молодёжного литературного объединения «Авангард». Живёт в Анапе.скачать dle 12.1




Поделиться публикацией:
108
Опубликовано 05 фев 2024

Наверх ↑
ВХОД НА САЙТ