facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
ЭЛЕКТРОННЫЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Социальная сеть Богема
Мои закладки
/ № 129 ноябрь 2018 г.
» » Владимир Гуга. РЖАЧНЫЕ КОТИКИ

Владимир Гуга. РЖАЧНЫЕ КОТИКИ


(рассказ)


Многие годы семья Сомовых жила припеваючи, в достатке и согласии. Но вдруг ее глава, Иван Кириллович, запил. Неприятность случилась на сорок шестом году его жизни. Зачем он связался с Бахусом, Сомов и сам не мог объяснить. В ответ на недоумевающие реплики жены и косые взгляды коллег новоявленный пьяница лишь отмахивался, дескать, отстаньте от меня, вы все-равно ничего не поймете. Да он и сам ничего не понимал. Вроде в его жизни все складывалось удачно – хорошо оплачиваемая работа, крепкое здоровье, дом – полная чаша, крутая тачка, красивая, хоть и немного потускневшая жена, умная дочь, подающая надежду на поступление в МГУ, вроде – все ништяк, ан нет! Пасмурное настроение заволокло душу Ивана, будто налетевшие невесть откуда тучи летнее московское небо. Жена, Марина Николаевна, знамо дело, решила, что Ваня забухал из-за довольно стремительного ее увядания. Но в этом случае, муж, по ее предположению, должен был начать шляться. Однако цепкий глаз Марины не уловил даже легкого намека на измену. Вовсе не третий подбородок супруги и не горькие воспоминания о ее пропавшей талии заставили Сомова нырнуть в стакан. Просто в нетрезвом виде ему гораздо легче дышалось, да и краски на картине окружающего мира с пьяных глаз выглядели как-то сочнее и радостнее.    
И, вот, во время очередного тяжелого запоя мужа Марина Николаевна, потеряв последние надежды на его сознательность, рванула к знаменитой экстрасенсше, прихватив фотку любимого. Известная миллионам телезрителей тётка, утопающая в густых черных волосах, увешенная разными загадочными бусами, браслетами, амулетами, покачала маятником над портретом Ивана Кирилловича, пожгла каких-то диковинных травок, что-то побормотала и огласила рецепт:

– Тебе надо подложить ему вот это.

На ладони колдуньи лежал крохотный шарик.

– Что это? – обладело спросила Марина Николаевна.
– Его имя – Заир, – спокойно ответила экстрасенсша.

Больше вопросов посетительница не задавала: имя Заир произвело на нее серьезное впечатление.

– Просто вшей его в воротник мужниной рубашки, которую он чаще всего одевает, – подсказала ведьма. – Или подложи под водительское сиденье вашей машины.

«Какое интересное слово «вшей», –  подумала Марина Николаевна. – Магическое… Сразу и поймешь, что именно оно означает».
Жена алкаша­–неофита оказалась сообразительней ведьмы. Она поместила бусинку Заир в подошву любимого мужниного тапочка и тщательно замаскировала сделанное отверстие.
И вот те на! Ведьма не обманула! Проблемы Ивана Кирилловича начали решаться. Нельзя сказать, что он моментально избавился от пагубного пристрастия, но объем выпиваемой им сладкой и горькой отравы начал неуклонно сокращаться, пока не дошел до одной рюмочки «по особым случаям».


В доме Сомовых вновь заулыбалось обычное человеческое счастье, такое незамысловатое и ласковое. Но не успели Сомовы отдышаться, как к ним пожаловала новая беда. Теперь она обрушилась на Марину Николаевну. Как-то незаметно для себя, но довольно заметно для окружающих, она пристрастилась к обжорству, бессмысленному и беспощадному, как русский бунт. Она вдруг стала уминать все без разбора – сладости, тяжелые жирные салаты, выпечку с кремом, убийственные изделия из заведений фастфуда. И без того склонная к полноте, Марина Николаевна быстро превратилась в огромную неваляшку, с трудом передвигающую похожими на батоны ногами. Все предостережение близких вызывали у нее лишь один ответ: «Да ладно вам! Что я преступление какое совершаю? Один раз живем! С понедельника сяду на диету». Но понедельник шел за понедельником, а Марина Николаевна продолжала… Нет, не есть, а откровенно жрать, постепенно увеличивая дозу поглощаемого.
Как-то раз дочери Марины Николаевны, измученной тяжкими мыслями о мамином недуге, приснился странный сон: она шла по пустому школьному коридору, а рядом с ней семенила незнакомая горбатая старушенция.

– Куда это мы направляемся? – спросила Таня.
– Сейчас все сама увидишь, – проскрипела бабушка. – Не гони события.

Их шествие закончилось кабинетом директора.
«Пипец! – подумала Таня. – К директору просто так не вызывают. Наверно мне сейчас устроят какую-нибудь выволочку. Но за что? Я же отличница!»
Кабинет почему-то оказался совершенно пустым. Лишь старинные напольные часы создавали иллюзию присутствия чего-то условно живого. Они тикали, отмеряя движения неуловимого времени. Таня повернула голову к старушке, но той и след простыл, будто в воздухе растворилась.

– Хочешь спасти свою маму? – неожиданно раздалось несколько детских голосов, будто перед Таней стоял хор девочек-невидимок.
– Конечно, хочу! – мгновенно отозвалась Таня. – А с кем я разговариваю?
– Это мы, жалюзи из кабинета директора, – ответил хор. – Ты нас очень расстраиваешь, Таня! Разве можно девушке, претендующей на золотую медаль употреблять нехорошее слово «пипец»? А также словечки «зашквар», «хайп», «жесть», «бомбануть»? А еще ты курила за школой с Керосиновой. Мы видели! Только, что взять с Керосиновой? Она – двоечница и оторва, она уже имела сексуальную связь с мужчиной, ты же – примерная старшеклассница.

Тане стало стыдно.

– Я больше не буду… – прохныкала она.
– Ладно, проехали! – ответили жалюзи. – Тебе, типа, надо взять пряник бабушки, отломать от него кусочек, растолочь, и как бы подсыпать маме в еду, например, в суп. Догоняешь?
– Я поняла вас, чудесные жалюзи, – ответила Таня и проснулась.

«Привидится же такая хреновина, – подумала девушка, покидая свою постель. – Но все-таки надо попробовать…»


Когда-то в шестидесятых годах, еще при Никите Сергеевиче Хрущеве, Таниной бабушке-студентке за спортивные достижения подарили большой круглый пряник с изображением Эльбруса и надписью «Вперед, к новым вершинам!». Вместо того, чтобы съесть подарок, его поставили в прабабушкин сервант, рядом с фарфоровыми слониками, засохшей морской звездой и портретом Есенина. Красивое угощение, напоминающее поднос с барельефным рисунком, как-то не лезло в рот ­ - произведение искусств, все-таки. Так пряник и стоял в серванте, превращаясь в камень.
В лихие девяностые, прабабушкин сервант был выкинут на помойку, а каменный пряник отправлен на антресоли, в запасники, так сказать, семейной истории. Иногда его доставали, когда наводили ревизию в старье, но выбросить бабушкину награду рука не поднималась. Он лежал в тишине и темноте, ожидая своего часа. 
Таня сделала все так, как велели жалюзи ­ – взяла молоток, отбила им кусок пряника, натолкла его в ступке и подсыпала полученный порошок в мамин суп. Умом она понимала, что совершила акт безоговорочного идиотизма, но подсознание убеждало – нет, это – не идиотизм, но великое таинство!
И уже через неделю Марина Николаевна начала приходить в норму и возвращаться в форму: притупился ее аппетит, мысли стали витать не только вокруг эклеров и окороков, но и касаться других аспектов бытия. Окончательным аккордом победы над пороком стало начало занятий Сомовой в кружке танцев.
Все вроде бы устаканилось… Но как бы не так! Эстафету жестоких испытаний подхватила Таня. Новое бедствие пришло в дом вместе с дорогим смартфоном. Подарок отличница получила на свое семнадцатилетие. Надо заметить, что и до появления этой симпатичной штучки, Таня подолгу «торчала» в социальных сетях. Но теперь она провалилась в эту виртуальную топь по «самое не хочу», как выразился Иван Кириллович. Раньше Таня читала Маркеса и Ремарка, учила английский и французский языки, участвовала в волонтерских программах. Был у нее и серьезный молодой человек – Павел, тоже отличник, студент второго курса МГИМО, будущий дипломатический работник. Но к сожалению, в один прекрасный день у Тани просто «сорвало башню», как выразилась ее лучшая подруга Света Керосинова. Вместо того, чтобы наслаждаться умными книгами, открывать чудесный окружающий мир, готовиться к поступлению в МГУ, Таня начала выкладывать во всех социальных сетях своих ржачных котиков и собирать за них лайки. Отличницу… правда, уже бывшую отличницу, победительницу всероссийских олимпиад словно подменили: с утра до вечера, а порой и ночью, по дороге в школу и на уроках она комментировала фотки котиков – свои и чужие, иногда участвовала в баталиях, защищая милые пушистые создания от всяких обсосов, говнарей, и задротов, коими кишит виртуальное пространство. А котики действительно были ржачными – с такими выразительными физиономиями! В бантиках! В корзинках! В прикольных ботиночках! Чудо! И чем больше Таня размещала котиков, тем больше задротов гадило в комментах под ее постами. Постепенно это противостояние превратилось в какую-то битву, стало частью великого мирового сражения прекрасного с безобразным, добра со злом. Иногда схватки продолжались до пяти-шести утра, а в половине восьмого Таня вставала и с разбитой головой, на ватных ногах плелась в школу.
От регулярного недосыпа и неправильного питания успеваемость девушки резко снизилась, организм и умственные способности значительно ослабли. Иван Кириллович и Марина Николаевна не знали, как победить этот заскок и очень переживали за дочку. Не меньше родителей переживал и серый котик Дымок. Раньше Таня души не чаяла в маленьком озорнике, играла и разговаривала с ним. А теперь он оказался как бы выброшенным из жизни, будто картонная упаковка из-под биг-мака. Домашние кошки такого обращения не терпят. Умный Дымок понимал, что там, за стеклом проклятого экранчика, у него появилась масса конкурентов и противников, с которыми следовало немедленно покончить. Но как? Решение подсказала старая, потрепанная ворона, обладающая чародейским даром. Мудрая птица часто топталась на металлическом карнизе кухонного окна квартиры Сомовых, топорща мокрые перышки. Дымок ее не гонял, уважая старость и побаиваясь вороньего сглаза. За хорошее к себе отношение ворона решила помочь котику. Она рассказала ему на зверином языке, что вечером такого-то дня, во столько-то минут, по такой-то программе центрального телевидения будут произнесены магические слова. Они-то и спасут Таню.
К счастью, в указанный день старшеклассница как раз сидела перед включенным телеком и отбивалась в своем смартфоне от очередной нападки какого-то отсоса. В указанное время сообразительный Дымок наступил лапой на пульт, и на экране возникло одутловатое лицо американского президента Дональда Трампа, украшенное соломенной челкой.
 
– Я думал, что это будет очевидно, – сказал Дональд, разлепляя свои заплывшие глазки, – но я хочу уточнить на тот случай, если это было не так, что в ключевом предложении своего ответа я сказал была бы, вместо не была бы.

«Была бы не была бы», – машинально повторила Таня и тут же избавилась от проклятого наваждения, как Кай после поцелуя Герды. Она равнодушно посмотрела на фотку ржачного котика с лентой безумных комментариев и принялась ласково трепать своего любимого Дымка: 

– Хороший мой, любимый!

После чудесного исцеления Тани, ее «хороший» тут же изменился в нехорошую сторону. Не успел Дональд Трамп закончить свою магическую речь, как Дымок принялся агрессивно царапаться, злобно шипеть, «метить» обои и проявлять другие признаки агрессии по отношению к своей хозяйке и ее близким. Так началась односторонняя война между одичавшим по непонятным причинам котом и доброй семьей Сомовых. Зверь перестал давать себя гладить, взял моду драть мягкую мебель и царапать полировку, начал метить территорию, считая себя полновластным хозяином дома.
Конечно, долго это безобразие долго продолжаться не могло. Его прекратил Иван Кириллович, обнаружив однажды раскиданные по полу осколки своей любимой чашки.

– Да что же это такое! – заорал Сомов, быстро снял ремень и хлестанул Дымка пряжкой.

Шерсть на загривке кота встала дыбом. Зверь заверещал и метнул в обидчика молнии из глаз.

– Вот падала! – ругнулся Иван Кириллович и выскочил из квартиры, громко хлопнув дверью. Одним порывом он сбежал по лестнице и понесся в гастроном за чекушкой. Ему требовалось срочно снять стресс и, вообще, отвлечься от этой однообразной рутины, что давила его не первый год.







_________________________________________

Об авторе: ВЛАДИМИР ГУГА 

Родился в Москве. Выпускник музыкального училища им. С. Прокофьева и Литературного института им. А.М. Горького. Прозаик, публицист, эссеист, корреспондент журналов «Читаем вместе», «Региональная Россия» и портала «Книги моей жизни» (издательство АСТ). Координатор проекта «Народная книга» (издательство АСТ). Автор многочисленных рассказов, рецензий, интервью. Публиковался в журналах и газетах: «Огонёк», «Урал», «Полдень XXI век», «Лиterraтура», «Литературная Россия», «НГ- Exlibris», «Литературная газета», «День литературы», «Частный корреспондент», «Свободная Пресса», «Перемены» и проч. Участник тематических сборников прозы, выпускавшихся в издательствах АСТ, ЭКСМ, Астрель-СПб, Рипол-Классик. Автор книги коротких рассказов «Плюш и бархат». В августе 2016 года выходит документально-публицистическая книга Владимира Гуги «Фаина Раневская великая и непредсказуемая», (ЭКСМО).
скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
453
Опубликовано 21 авг 2018

ВХОД НА САЙТ