facebook ВКонтакте twitter Одноклассники Избранная современная литература в текстах, лицах и событиях.  
Помоги Лиterraтуре:   Экспресс-помощь  |  Блоггерам
» » Александр Фролов. КОКОН СИЛЫ СЛАБОСТИ

Александр Фролов. КОКОН СИЛЫ СЛАБОСТИ





КОНТУРЫ БОГА : АКТ СМЕРТИ

Археолог:

– акт смерти: представление:
 

Фон:

Пустое поле. Неразделенное, незаполненное пространство.


Коллапсирующий:

– маркируя пространства избыточные концентраты,
колесо-сечение посреди оглавлением вязнет,
спицы бури костью растопырив.


Метафизик:

Во-первых:

Кобальт гласными тычет
(ну и что, что что-то тычинка – может от укола пера? нет сахара  – три ложки)
I’m broken.
Тобой на хрусталь или:

– называя кого?
– отнять у него внутреннее
– к чему объяснения?
– четверг и только

точка. точка. Точка


Смена декорации: фон №2:

Дубль до распятия чернилами.
Перископ бога в него же.


Коллапсирующий:

– мизантропа клише
рикошетом насекомого
параболы сферы " здесь "
переворачивает.


Беглец:

– КУРОК ВОЗДУХА


Метафизик:

– отверсты
– моментально в луковицы стрелы
– поле «мёта»

Картотека 1.0.67 ш 345 АФ


Декоратор:

– веревка концы теряла,
обретаясь холодными перспективами
в отсутствии наблюдателя.
Самодовлеющее совершенство не-зверя.
 

Беглец:

– КУРОК ВОЗДУХА

ПАЛЬЦЫ
ПЫЛЬЦЫ
ЗВОНЧЕ
 

Коллапсирующий:

– окружность, секущая колеса
язвы вкраплениями шепчет
в кулак камня пространства
каплю за каплей
планктоном стихии,
распуская на отдельные волокна
узор его.


Метафизик:

– ядро колко
Колокол Колобка Колок
точкой точкой точкой

где-то отсюда сюжет жуёт свои плечи. Конечно разен жути едомо. Но культ пассивен.


Беглец:

– ЗВОНЧЕ СОЛНЦА ПАЛЬЦЫ ПЫЛЬЦЫ
КУРОК?
 

Обращение – контураж теней:

– древо в шоколад невежества.
– яблоко – пламя до.
– не проговорит первой буквы.
– остынет не раскрывшись в бутон.
– собирающий себя из теней.
– слепой кокон силы слабости.
–вектор боли – веретено тела..


Коллапсирующий:

– песок – насекомое амальгам;
календарь беглой кости клише
по цифре сжигал мизантроп,
кальций картой золы
по кобальту хрипящего ветра
рассеял.


За кулисами:

Заинтересованный:

– спицы собирать из сабель огня?
В громе мела шкатулка лучей дымится.


Трамвай лицом кверху:

1-я дверь: белизна листа:

стена?
глаз бога?
язык?
изнанка текста? –
швы сливаются с кирпичами

2-я дверь: безумие:

заключенное в прямоугольник,
чистое, пластичное,
откликается на любое прикосновение

3-я дверь: взгляд:

голова кузнечика вспыхивает,
если остриё солнечного жала направить не неё линзой


Заинтересованный:

– на точки мизантроп измотал растущего,
приостановив в частице пылать

его плач:

– черновики бури рвало:

комья, люди, бранные секторы,
гегелевский кашель, механика смерти.


Вместе:

– немая тьма света захлеб смехом.
– зыби букв вместо
– грани кишат...
 

Фон:

под обоями
воспалённые надписи потеют,
скрипя зубами, засыпают,
 

Археолог:

– беглец?




* * *

Поры:

1. Ацетиленовые сваи холода.
2. Место склеивания.
3. Переходит светлых в черное.



Фартук домена:

 – Раз уж то не довод.
 – Глубоки их нервы – перекроить – шипов горсть.


Субстрат консерванта:

В грибе тишины тление рокотом лакуны
вне срока жжения такта.


Язва гнева домена:

а) Рука хохота, вращаясь.
б) Бурить дуги скоб пустот неустанного ускользания.
в) За ним горсть в ленту длится.


Ограничение грани домена:

Линейкой колкой пряжи
ледник молнии блеском колонами оттенков движет.


Граничит ли?

(1.0) Дотронуться – мантия вскидывает огненную гриву.
(2.0) Сваи в грядущее черного,
в невозможность,
где архитектор в раздутии изучает
отсутствие крика в сдавленном горле арахны.


Frag. 00001

Безмолвие разворачивает системы царств
–алисы рот –
первая дверь в рост через множители грибного ливня, –

я/к – взламывающего языка по узлу
к пределу/нехватке,
убегая от мысли туда,
где ускользание ускользания в пропусках,
как в эллипсисе иглы,
ведомой нитью, скрепляющей швы, внезапно выскальзывающей из рук,
слепящей сиянием контуров времени, отраженных в омертвившем в сталь волоске.
 

Frag. (draft) . 00001 fragile

Склеивание – 2≠2.
Равенство исключает.

Избыток/нехватка –
колесо завязи текста к неприступности блуждающей динамики горизонта его кодов, сплетающихся в единство,

словно холсты органики полюса
ацетилена холода.




* * *

ПАТТЕРНЫ ПРОБУЖДЕНИЯ (УБЫВАНИЕ УТРА)


06.00

Симфония:

Утро в стакане молока отрогами смол на разорванных от арт-удара ещёсна в клочья листах восприятия себя в себе вне себя (вынуть гласные из суффикса –(е)цк(и)й) другого во мне другом и этом пишет и пишет и пишет, пока повторный расклин будильника не отделяет меня от всех других и шлагбаум тела вздрагивает в первый раз.


06.01 (продление сна при убывающей луне)

За буквой ступени в смерть обрываются. Попытка расчертить пространство оборачивается в камень, заводящий пружины поверхности воды (точка о которой язык спрашивает сам себя, неназваная планета, книги на полке, утренний чай), резко ослабив которые отбрасывают его на количество витков спиралей – сила обратной перспективы.  Потрошатся отснятые кадры, чтобы появился один, должен исчезнуть предыдущий – свойство памяти? Лес? Отставание от? Северное сияние? – лучи с зазубренными краями, " розочка", если бутылку разбить, держа за горлышко, проваливаясь в него с головой в ускользающие лоскуты греховной актуальности (анонимность), восполняющей кропотливость пишущей машинки, сквозь толщу привычного (москитная сетка): просматривается некто, осторожный, слабый – тлеющий огонек с отвернутыми опорами, бенгальский.


06.02 (стены)

Пустотелая колода саги моросящего в кувшин и мимо повествования – стружка стражника, островками то тут, то там, осыпающаяся, штукатурка наручных сообщающихся конусов, инструментально возникающих в момент пробуждения.


06.03 (когда веки разъяты, но туман ещё плотен)

Вывихи прелюбодействующих друг с другом, друг в друге пространств, завихрениями смыкающихся (ящер, смычок о струи меди в деревянной оправе) в местах ослабления конструкций, держащихся только за счет исключительности разного рода жгутов (утро, небритость различия), но уже не помнящих явления целого, будто отдыхающий ливень на окоченевших в форме вещах после падения, нервов, отдавших почти всю тяжесть молний, диктующей руке выводить частотные амплитуды насилия называнием.


06.04 (когда веки разъяты)

Однородность плотных наполнений: любовь собирательна;

имя собственное на взлете: старые покрышки, разорванные мусорные пакеты, куклы без глаз, голов, рук, ног, просроченные продукты, книги, наполовину прочитанные, а остальные для топки, обувь, пыльные массы, бомж в углу, асфальт в язвах – отсюда созревает синтаксис утра, рыбьи глаза в стеклянной банке начинают подскакивать, стукаясь ледяными стенками.


06.05 (окно)

Где-то в ложбинке седины и долек безумия, разъятого серым, причудливым швом двора – детского горизонта, все тает – язык горячий. Самосожжение передних границ. Плод тяготеет рукой. Полоз текучих значений, имен – рукояток ветров, вращающих мельниц короткие протяжённости, апофемы скольжения света по наклонной секире тени: края беспорядочны – бессонница, некоторые пробоины, не вошедшие в фокус (щелочь). Картофельные "глазки" проклюнулись хлопьями несказанного в момент возвращения энтропии против часов энергия стрелы убывающей луны. Трамвай, его переспелость, формы скольжения предпочтительно неузнаваемы, шелуха запотевшего утра.







_________________________________________

Об авторе: АЛЕКСАНДР ФРОЛОВ

Родился в г. Ровеньки Луганской области, Украина. Окончил Донецкий государственный университет по специальности «переводчик английского языка». В 2014 году с семьёй переехал в Пензу, где работал школьным учителем. Сейчас живёт в Ростове-на-Дону. Печатался на сайте "Полутона". В журнале Цирк «Олимп» опубликованы переводы американского поэта Боба Перельмана. Помимо поэзии, занимается экспериментальной музыкой.




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
517
Опубликовано 16 июл 2017

ВХОД НА САЙТ