facebook ВКонтакте twitter Одноклассники Избранная современная литература в текстах, лицах и событиях.  
Помоги Лиterraтуре:   Экспресс-помощь  |  Блоггерам
» » Матвей Булавин. ДОМ У ПОЛЯ

Матвей Булавин. ДОМ У ПОЛЯ


(рассказ-обзор)


Далеко от городов возле дороги стоит дом — обыкновенный колхозный панельный, трехэтажный, нелепый, ненужный. С другой стороны дороги — сразу поле с полезной сельскохозяйственной травой; и должна быть где-то рядом речка или пруд, потому что из первого этажа выпирает крыльцом магазин РЫБОЛОВ, а возле него — еще дверь и на ней надпись "Раки живые”.
Обо всех этих обстоятельствах мы вспомним в дальнейшем, а начнём наш краткий обзор несложно — с самой первой квартиры.

Первая квартира

Действие начинается.
Коля входит в квартиру, встречаемый женой.
— Здравствуй, Маша! — говорит ласково. — Как дела?
— Почему я вдруг Маша? — взрывается та внезапно. — Автор меня еще никак не называл, и я хотела быть Эльвира Олеговна... Опять ты все портишь как всегда не успел войти!
Коля застывает в растерянности. Автор застывает в растерянности.
— Что же делать? — спрашивает Коля.
— Что же делать? — спрашивает автор.
Действие замедляется и постепенно останавливается совсем.
Что же ты наделала, Маша?

Ох! Оставим застрявших Колю, Машу и автора и скорее заглянем в следующую квартиру.

Следующая квартира

 Еще недавно в ней жила сухонькая богатенькая старушка, которая хотела после смерти стать сыром. Построила во дворе у дома часовню и молилась там денно и нощно о собственном благопревращении. И завещание составила: обернутся, мол, мощи мои сыром — получайте, дети и прочие родственники, имущество пропорционально, а не обернутся — отдать всё кошачьим приютам. Хорошая старушка, только безумная немного.
Навещавшие родственники говорили: "Зоя Анатольевна, ну какой, прости господи, сыр?" Однако, видя её непреклонность, уходили, горестно пожимая плечами.
Теперь Зоя Анатольевна умерла, тело лежит в гробу, а родственники стоят и сидят вокруг. "А что, может обернулась она сыром-то?" — говорит один из них, не самый близкий и умный. "А ты попробуй!" — отвечает ехидная внучка. "Может, экспертизу закажем?" — тихонько шепчет кто-то из угла комнаты. "На что, на сыр?" — шипят ему.
Все понимают, что завтра старушку пора везти на кладбище закапывать в землю, однако безумная и странная надежда витает в комнате, полной обычно адекватных людей.

 Такова история старушки из следующей квартиры, но наверняка вам интересно, что еще — кроме часовни — находится во дворе дома?

 Двор

 Во дворе, выгуливая лошадь, селянин Николаев встречает селянина Иванова.
— Здравствуйте, дорогой Николаев. Что делаете? — спрашивает Иванов.
— Выгуливаю лошадь, дорогой Иванов. Как видите, — отвечает весьма довольный Николаев.
— А что это у вас за удивительно крохотная лошадь? Пони?
— Берите больше, друг мой Иванов.
— Карликовый пони?
— Микропони. Видите, он такой маленький, что даже мяукает, — а не ржет.
— Может быть, он блеет?
— Вы, Иванов, совсем не разбираетесь в лошадях, — смеется селянин Николаев.
— Все равно прелесть. И наверняка недешевая ведь! Одолжите денег, Николаев, — стеснительно говорит селянин Иванов.
Николаев шарит по карманам, передав лошадь Иванову. Лошадь недовольно мяукает и царапает ему руку.

Тем временем начинается несильный сельский дождь. Неизвестная трава на поле взволнована. Вернемся же под крышу дома, где как раз происходит внезапная инспекция.

Крыша

 — А наверху у вас почему ничего нету? — спросил инспектор Андрей Сергеевич.
— Как же нету? — сказали все и присмотрелись.
— Это сейчас незаметно, — сказали все через некоторое время. — А так-то всегда есть. Виталик, слазь проверь.
Виталик залез и отчего-то не захотел слезать и даже затащил наверх лестницу, таким образом ото всех самоизолировавшись.
— Виталий, что там? — кричит Андрей Сергеевич.
— Да ну тебя, — думает Виталик. — Всё тебе расскажи.
— Вот видите, Андрей Сергеевич, что-то там точно есть, — подытоживают все. — Как минимум Виталик и лестница.

 Интересный факт — Виталик и Андрей Сергеевич еще появятся в нашем обзоре (как появится и о дверь с табличкой "Раки живые”)!
 А сейчас давайте поговорим о поле, благо его совсем несложно рассмотреть с верхотуры.

 Поле и одна из квартир

 А живет в чистом поле девочка по имени например Даша. Детство у например Даши было тяжелое: росла она чистом поле совсем одна — люди всячески сторонились её, не зная, как к ней правильно обращаться,
Родители например Даши специально так назвали дочь, не желая, чтобы она повторила их скучную сельскую жизнь. Они обитают в одной из квартир, а по ночам приносят дочери еду и учебники, но слишком-то близко не подходят, опасаясь заразить например Дашу своей обыденностью.
Однажды например Даша решила повидать мир, но поскольку не знала, что за чистым полем есть настоящий — легла спать и во сне повидала иллюзорный. Всё в нем получилось как на самом деле, кроме гречишных палочек.
Кукурузные (ОКП 919621) — есть.
Пшеничные (ОКП 919622) — есть.
Рисовые (ОКП 919624) и даже пшённые (ОКП 919623) — есть.
А гречишных — нет!
Например Даша сладко спит, а нам мучайся.

 Сладок и глубок сон на свежем воздухе далеко от городов; как нежно шумит за дорогой сельскохозяйственная трава!
 Однако в доме еще много неизвестных нам квартир. Жители приходят в них и уходят прочь, плодя события, которые мы не успеем запечатлеть. Что же на очереди?

 Очередная квартира

Проживающий в ней Дима купил стрёмную кабачковую икру.
— Да ладно, нормальная вроде, — сказал пришедший к нему в гости Серёжа, попробовав.
— Вот и я говорю — сам ты стрёмный, Диман! — обрадовалась икра.
Серёжа, слегка побледнев, уставился на Диму.
— Прикинь! — сказал тот. — А меня когда стошнило от нервов — она ругаться. А я не могу, когда внутри говорят.
Напряжение на кухне нарастало, так что товарищи отправились в гостиную — выпивать.
— Слабаки! Вернитесь! — кричала покинутая стрёмная икра, но они сделали телевизор погромче и обратно не шли.

Кажется, мы еще вернемся к этим приятным парням (и к двери с табличкой "Раки живые” — помните?), а пока без лишних слов скорее, скорее заглянем в еще две соседние квартиры!

Соседние квартиры

Дмитрий Петрович просверлил малозаметную дыру к соседям и после работы наблюдал их частную жизнь. Марина ходила в желтой пижаме с цветами, Миша — в красном кожаном корсете. При встречах на лестничной площадке Дмитрий Петрович щурил глаза и робел.
Однажды он забыл завесить на ночь дыру календарем, так что свет из нее вышел лучом в соседскую квартиру. Миша пододвинул к свету кресла, а Марина принесла вино; они сидели и смотрели по очереди на спящего Дмитрия Петровича.
— Надо её закрыть чем-нибудь, — сказала Марина, когда вино кончилось.
— Да ладно, — ответил Миша. — Пускай.
Вскоре наступили утро и суббота. Дмитрий Петрович ненадолго проснулся, выпил воды, поправил календарь и лег обратно.

Такое утро, такая суббота, такие бывают соседи. На дворе между тем, как мы помним — дождь, и вместо сбежавших селян Николаева и Иванова стоит под ним житель какой-то из квартир некий Петров. Что делает он там в эту неуютную погоду?

 Какая-то из квартир

Проснувшись с утра очень голодным, Петров сразу потопал на кухню, но уже по дороге вспомнил, что во-первых, еды там совсем нет, во-вторых, денег тоже нет, а в-третьих, обнаружил у себя Рыбью Голову. Это было довольно странно, но надо было спешить на работу за зарплатой, так что толком ничего обдумать не получилось.
На работе ему сказали так: «Дорогой наш, мы всё понимаем насчет зарплаты, но у вас же оказывается теперь Рыбья Голова! Боимся, что в такой ситуации денег вам выдать не можем!» — и действительно, не дали.
Петров очень огорчился и ушел с работы на улицу, где под теплым летним дождем резвились на тротуаре дождевые червяки. Выбрав одного почище, Петров вздохнул и принялся тщательно пережевывать его маленькими острыми зубками Рыбьей Головы. Вкус у червяка оказался довольно противный, но в определенных обстоятельствах выбор не так уж велик, сами понимаете.

Вроде бы не повезло Петрову, но старики рассказывали, что бывали на селе и не такие удивительные случаи. Да что там далеко ходить: вот, например — обитатель верхней квартиры.

 Верхняя квартира

Обитатель верхней квартиры — безымянный, но весьма образованный человек начал вдруг очень плохо пахнуть. Попробовал простые способы, вроде дезодорантов и гелей для душа, а потом пошел к врачу. Тот сделал дорогостоящее исследование и говорит: «Случай у вас, конечно, непростой, что скрывать. Дело в том, что внутри вас растет киви».
— Это как киви? — холодеет образованный человек. — Птица что ли?
— Да нет, не переживайте так, — успокаивает его доктор — Не птица, конечно, а кустарник. Точнее лиана. С фруктами, как в магазине. А сейчас у него период цветения, поэтому так вот плохо пахнет. Скоро уже отцветет и все пройдет.
— А что же мне делать тогда? — спрашивает человек.
— Посидите пока дома, а как запах кончится — пейте много воды и старайтесь на солнце дольше находиться. Тогда завязей будет больше и плоды крупнее вызреют. До шести ведер с куста снимают при благоприятных условиях.
— Да зачем мне эти плоды?! — ужасается человек.
— Ну как же, — удивляется ему доктор, — вы ведь образованный человек: там витаминов полно, калий, разжижение крови. Киви же фрукт известный, полезней не бывает. А больше тут все равно ничего и не сделаешь, шутка ли — киви в человеке!

Великое дело — образование!
 Давайте же и мы подумаем — что не так в образе дома у поля?
(Ответ вы получите после следующей истории — про давние времена, магазин РЫБОЛОВ, дорогу и Зезякина (его можно не запоминать, он проездом)).

 РЫБОЛОВ

 Невысок ростом Зезякин зашел в конце ноября в магазин РЫБОЛОВ.
— Простите, — робко обратился он к продавщице. — А у вас случайно нет незамерзающей жидкости для автомобиля?
— Это магазин РЫБОЛОВ! — сурово ответила та.
— Да я понимаю! — промямлил Зезякин, — Просто грязь, омывайка кончилась, ехать совсем невозможно, а в округе только ваш магазин. Я вот и подумал, может же быть…
— Вы, молодой человек, можете купить водку, разбавить водой и будет отличная незамерзайка, — сказала поучительно продавщица.
— А что, у вас есть водка? — удивился Зезякин.
— Это магазин РЫБОЛОВ! — повторила продавщица и так посмотрела на Зезякина, что тот затрепетал и решил от смущения купить еще что-нибудь полезное.
— А дайте мне спичек охотничьих, пожалуйста, — придумал он.
— Каких-каких?
— Охотничьих... не тухнут которые…
— Охотничьего не держим, — устало сказала продавщица. — РЫБОЛОВ магазин. РЫ-БО-ЛОВ.
Зезякин дернулся было спросить, бывают ли тогда рыбацкие спички, но не решился, заплатил за водку и вышел прочь.

 Прощай, проезжающий Зезякин!
 Ну что же, вы и сами уже наверняка обнаружили, что дом наш не имеет ясных очертаний: неясной абстракцией парит возле пыльной дороги, и даже сельскохозяйственная смоченная дождем трава выглядит куда как реальнее.
 Всё оттого, что ничего не знаем мы о важнейшей, формообразующей — угловой — квартире!

 Угловая квартира

Находившийся в ней стол ощущал в себе потенцию к полёту, но не пролезал в окно. В солнечные дни он, подобно бабочке, бился о пластик рам и страдал.
Леонид Петрович приходил вечером и видел раскиданные по кухне: салфетки, тарелки, сахар, оставленный Машенькой красный букет. На стол он, однако, не сердился, а гладил его, приговаривая: ”Бедолага ты, бедолага”.
Машенька, было дело, собиралась танцевать на столе чечетку, но передумала. Позже Леонид Петрович обнимал Машеньку, а она стеснялась, потому что при столе неудобно.
— Пойдемте в комнату на диван, — говорил Леонид Петрович. — Там вполне удобно.

Жизнь кипит в угловой квартире, наполняет собой различные предметы меблировки. Но есть в понятном теперь доме и необъяснимые моменты отсутствия — как, например, в еще одной (почти уже последней) квартире.

Еще одна квартира

Иван Самуилович всегда ходил по квартире совершенно голый, такая у него была привычка, опять же мог себе позволить.
А однажды встал с утра пораньше, оделся целиком — даже в шубу, и принялся в таком виде на кухне чай пить. Домочадцы, увидев это, сразу насторожились, а как Иван Самуилович после чая в душ одетый пошел — совсем испугались, в ванную ворвались и принялись шубу с него снимать, а самого вязать для передачи в соответствующую больницу. Вяжут его в тесноте санузла, пыхтят и вдруг видят, что никакой это не Иван Самуилович, а совсем наоборот — Петенька, который всегда одетый в шубу ходит и даже в машине не раздевается.
Все, конечно, обрадовались, Петеньку на место в душ поставили и пошли чай пить. Сидят, смеются, солнце в окно светит, и вдруг такие: "А где же тогда Иван Самуилович?"
А никто не знает.

Смотрите-ка, незаметным образом мы узнали про дом почти всё: форму и содержание; что в нём есть и чего в нем нет; крышу и магазин РЫБОЛОВ; и да — мы ведь помним про дверь с надписью "Раки живые”!
К некоторым обитателям мы, однако, обещали вернуться. Кажется, самое время.

Инспектор Андрей Сергеевич (из неизвестной квартиры)

Андрей Сергеевич имел в себе полость, вроде колодца, а вернее даже воронки или пропасти. Оказавшись иногда в тишине, он становился прямо и слушал, как, отзываясь тектоническим эхом, каплет внутри неизвестная жидкость.
В лежачем положении Андрея Сергеевича жидкость журчала никудышным ручейком; по ночам это слышала жена и ехидно звала пустым человеком. Сам же он понимал себя глубокой личностью, поэтому на жену не сердился.

Чу! — проходит под журчание ночь, вытекает из дома на поле, и крадется за нею утро: для кого ласково, а для кого — неотвратимо.
Несложно догадаться, что последним образом наступило оно и в знакомой уже нам очередной квартире.

Очередная квартира следующим утром

Сережа и Дима сидели на кухне и мучились похмельем.
— Диман, — тоскливо сказал Сережа. — У меня голова сейчас взорвется. Стопудов. Как же так можно было нажраться вчера.
Его товарищ в ответ только вздохнул, а голова Сережи дернулась пару раз, оторвалась и упала под стол.
Туда же сполз и обморочный от такого зрелища Дима.
— Экие мы чувствительные и нежные! — ехидно сказала голова, глядя на бледного друга. — Бухать как не в себя — мы первые, а у товарища беда — так сразу…
Не доведя эту сложную мысль до конца, она выбралась из-под стола и поковыляла в ванную, где стала чистить зубы, задумчиво рассматривая себя в зеркале.
— А звать меня будут Аленушка! — вдруг сказала голова. — Потому что какой же я теперь собственно Сережа?

И действительно, никакой — в точности как всем нам известные серые зоны между двором и дорогой: то ли пустыри, то ли так, промежутки без смысла. Там разгружаются машины в магазин, туда уходят кошки, там не играют в прятки, и кто же, кто же там сейчас?
Покинувший крышу Виталик!
Что делаешь ты в серой зоне, обитатель вышних сфер?

Виталик

Утомлён грузом работы и общего состояния дел Виталик решил не мучиться долгим путём до дома и где был, там и лёг, не разбирая даже — на асфальт или голую землю. Прижатая его усталостью, планета не смогла теперь двигаться в мировом пространстве и замерла, выпав из всевечного верчения.
Вокруг Виталика быстро накопились жильцы, толкавшие его ногами, гневно показывающие ему на небо, где в растерянности выписывала по небу пируэты Луна, и Солнце стремительно удалялось в пучину космических измерений.
Виталик и сам ощутил наступившее вдруг сгущение воздуха и расстроился, но заставить себя встать уже не мог, так что скорее совсем заснул, чтобы силой раскрепощенного во сне ума разрешить сложившуюся ситуацию.

Вот так поворот!
Гибнет планета, всеобщее смятение, люди выходят из квартир, затихла неясная в сумерках трава — а ведь мы всего лишь хотели рассказать о доме возле поля.
Что же ты будешь делать, автор? В какую квартиру обратишься за помощью? Где твоя последняя надежда?

 Последняя квартира

Способность к предсказанию будущего Эдуард Эдуардович из последней квартиры осознал в себе давно, но не мог решить, гадать ли ему по Торе или по Таро, так что в конце концов сам нарисовал карты с фигурами и зайчиками.
Мне выпадает Треугольник, Квадрат и такая Кривая Линия. "Вскоре с тобой случится Треугольник, Квадрат и такая вот Кривая Линия", — говорит Эдуард Эдуардович. "Отлично разъяснил!" — смеюсь, выхожу на улицу, и тут-то всё и происходит.
Я лежу около подъезда, накрапывает дождь, мои углы безнадежно загнулись, мои красивые линии распараллелились. Бесформенной кляксой ожидая солнца, чтобы под теплыми лучами прорасти геометрически правильными побегами, я размышляю, отчего не достались мне зайчик или Овал.

Хаос внезапно нарастает, и даже автор повторно увяз в повествовании.
Пора скорее покидать дом у поля, магазин РЫБОЛОВ и поле за дорогой, пока не произошло дел еще более странных!
 Невозможно, однако, закончить, так и не рассказав ничего о двери с надписью "Раки живые”. Не зря же мы четырежды пообещали.
Без лишних слов — вот эта заключительная история.
 И - до свидания!

Заключительная история

"Раки живые" — прочитал Семенов на небольшом плакате. Съехал на обочину, зашел в темное прохладное помещение. Из большого таза раки тянули вверх клешни.
— Никогда не думал об этом, а ведь — живые! — сказал Семенов.
— Да, — ответила женщина за прилавком. — Особенно некоторые, покрупнее.
Волосы у нее были светлые, лицо красивое. Семенов смотрел на раков, а они в ответ таращили на него фасеточные глаза.
— Почем десяток? — спросил вошедший мужчина, настолько обычный, что не был различим в полумраке.
— Триста, — лицо женщины затуманилось жаждой наживы, так что и её стало почти не видно. Светились только волосы. Раки тревожно шевелили ногочелюстями.
— Хорошо ща. С пивком-то, эх! — мужчина отсчитал деньги и вышел, довольно хлопнув дверью.
Семенов с продавщицей взглянули друг на друга.
— А вы не хотите пива? Духота такая. — спросила она.
— Да я за рулем. На дачу вот. Просто плакат увидел.
— Бросьте. У нас местное хорошее разливают. И речка. Они оттуда, — кивнула на раков. — Оставайтесь.
В тазу раки ползали кругами, забирались друг на друга, падали, переворачиваясь на спину.
— А и правда что, — сказал Семенов. — Останусь.







_________________________________________

Об авторе: МАТВЕЙ БУЛАВИН

Родился в городе Черноголовка, живет в селе Молоково. IT-специалист. Автор коротких и очень коротких рассказов. Публиковался в разнообразных онлайн-изданиях. Лауреат Волошинской премии по драматургии.




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
398
Опубликовано 06 дек 2017

ВХОД НА САЙТ