facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Лиterraтурная Школа
Мои закладки
№ 140 июнь 2019 г.
» » Лев Оборин. О ПРОФЕССИИ КРИТИКА

Лев Оборин. О ПРОФЕССИИ КРИТИКА



Есть искушение общих слов, которые кажутся самыми правильными, самыми подходящими в ответ на общий вопрос: сколько раз в неделю мы поддаемся этому искушению — например, участвуя в сетевых спорах или пытаясь описать некие общемировые тенденции? Я думал, что критик должен быть кем-то вроде человека на маяке, гипотетического насельника высокой башни — не потому, что он надмирен и высокомерен, не потому что он царь и живет один, а потому что ему нужно дальше видеть. Наши (пока еще можно употреблять это слово) языки и вслед за ними наши мысли расходятся в разные стороны, как галактики или дрейфующие континенты; где-то должны быть люди, видящие, что связи между этими континентами еще не порвались, а только истончаются, как золотые нити у Джона Донна. Но с таким пониманием, если мы допустим, что есть критики — не как мы, сиюминутные, отвлекающиеся, — а какие-то идеальные, наблюдательные, энциклопедически образованные — литературное поле выглядит как результат аэрофотосъемки. Вот квадрат и вот квадрат, этот засеян таким злаком, этот сяким, большое видится на расстояньи — очень хорошо, а как насчет малого?

И вот здесь уже приходится возвращаться к нам — сиюминутным, отвлекающимся, разбрасывающимся. Ленивым и нелюбопытным, допустим. Не к нам, а ко мне. Вспоминать, что наблюдатель влияет на наблюдаемое (бить свои нейроны по рукам, понимая, что вот и параллели из физики стали общим местом). Попытаться внимательнее посмотреть на свои идиосинкразии, малообъяснимые пристрастия, guilty pleasures — и на свое безусловное, от чего захватывает дух, от чего немеешь. На Луркморе можно прочитать о синдроме утенка: что вылупившийся утенок первым увидит, то и считает матерью. Что мы когда-то в добрый час прочитали, то и выдавило у нас в мозгу свой паттерн, и мы от него никуда не деваемся. Я люблю, читая критиков, угадывать этот паттерн, и это тем интереснее, чем глубже он запрятан. Именно он роднит и объединяет критиков с писателями, с поэтами.

Как, поняв это про себя, продолжать заниматься, чем занимался, — сталкиваясь с новым читательским опытом, ставить его, как частичку пазла, в некую общую картину? сочинять обзоры, мечась из одного угла литературного поля в другой (из Америки, например, где, кажется, уже вся словесность просвечивается через призму социального, в Россию, где те же попытки до сих пор почти инопланетны, или в Японию, про которую я толком ничего не знаю и только с ужасом могу думать, какие стереотипы ворочаются у меня в голове, когда я берусь за японскую книгу)? Думаю, нужно помнить, что ты не один. Надеяться, что твои идиосинкразии не рвут связей, а, что ли, непредвиденно их маршрутизируют. Может быть, надеяться, что где-то есть такой уровень обобщения, на котором учитываются и сложности мелочей, и окинутое большим взглядом кипение поверхности (а может быть, просто рябь, гасящие друг друга флуктуации? В последние годы пришлось выслушивать и делать слишком уж много оптимистичных заявлений, и под ними ощущается какая-то опасная каверна). Едва ли такой уровень обобщения — с учетом всего сказанного выше — достижим в одной голове. Значит, чтобы продолжать заниматься своим делом, придется поверить в силу распределенности, через «себя» вернуться к «нам» — не постулированным, а предположенным.скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
1 609
Опубликовано 19 июл 2018

ВХОД НА САЙТ