facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
ЭЛЕКТРОННЫЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Социальная сеть Богема
Мои закладки
/ № 129 ноябрь 2018 г.
» Мария Завадская. ТЕХНЕТ (2)

Мария Завадская. ТЕХНЕТ (2)

1 | 2
_________



ДЕЙСТВИЕ 2


СЦЕНА 1. КОРИДОР

В углу коридора сидит ЛЮБА с айфоном и наговаривает очередное сообщение.

ЛЮБА. (произносит речитативом)

Мне было двенадцать, когда я влюбилась.
Он сидел такой
на три парты дальше
и у него уже,
прикиньте,
была татуировка.
Она ему не шла, но я
этого не понимала.
А еще, еще он постоянно
писал кому-то
смс на переменах.
Я уже ревновала к
этой кому-то,
хотя знала,
он влюблен в рыжую Лерку.
В нее все были влюблены.
Вот все поголовно.
А я ходила такая прыщавая.
И никто не смотрел в мою сторону.
Ну да, только Жора провожал меня до дома.
Но вслушайтесь, что за имя – Жора –
это же совок какой-то.
Когда я рыдала от такой несправедливости,
мама мне сказала:
 «Деточка, что ты хочешь, это же стадный инстинкт!»
И я такая - ага, меня задрал этот инстинкт.
И вот я беру камеру
 и снимаю свой первый ролик.
Это было начало успеха.
Успех от неудачной татуировки на теле любимого человека.

ЛЮБА встает, выдыхает. 

ЛЮБА. Знаете, что приходит в последний момент? Старость. Так вот ни ко мне, ни к вам она не придет.

Входит ВАЛЕНТИНА. ЛЮБА выключает камеру.

ВАЛЕНТИНА. Люб, там ЭТОТ. Опрятный теперь. Причесанный.
ЛЮБА. Я знаю.
ВАЛЕНТИНА. Это кто ж его так, а, Люб?
ЛЮБА. А вы не догадываетесь?
ВАЛЕНТИНА. Ты что ль, Люб, а?
ЛЮБА. Я что ль.
ВАЛЕНТИНА. А Жора твой?
ЛЮБА. Да что Жора, что Жора? Вы же видели, к Жоре все равно не пускают.

ЛЮБА запихивает айфон в карман, демонстративно не замечая ВАЛЕНТИНУ.

Я вот все думаю – что это значит «ТЕХНЕТ»? Техника нетленки? Или, может, техников нет? А! НЕТ – это сеть с английского, значит…

ЛЮБА уходит.

ВАЛЕНТИНА. Потаскушка виртуальная.



СЦЕНА 2. НОМЕР ГОСТИНИЦЫ

МАРИНА, ВАЛЕНТИНА разглядывают МУЖИКА. ПОПАДЬЯ и ЛЮБА сидят в отдалении. МУЖИК спит, он побрит, приглажен, чистый, на вид ему около 30ти. Его крылья высушены и расправлены.

МАРИНА. Ну, Любаша, ну молодец. Какого красавца, оказывается, отхватила!
ЛЮБА. Мне айфон нужен был.
МАРИНА. Ну вот. Теперь с айфоном и при мужике.
ЛЮБА. Старый.
МАРИНА. Какой у тебя? Пятерка?
ЛЮБА. Мужик старый.
ВАЛЕНТИНА. (усмехается) Скажешь тоже. Я б не отказалась.
ЛЮБА. Вот и забирайте. Я его к себе не повезу. У меня мама.
ВАЛЕНТИНА. Да куда мне! Лет двадцать долой, тогда…
МАРИНА. (смеясь) Тоже не могу. Пашик не поймет. Вот, может, матушке, при монастыре? А?
ПОПАДЬЯ. У нас церковь на краю деревни. Поднимешься зимой на колокольню, оглянешься вокруг, а там никого. Снег да ветер, ветер да снег. Дует страшно. Когда совсем холодно, волки близко подходят и воют. Громко. Вместе с ветром. Веревками себя опутаешь, в колокола бьешь, чтобы не слышать. Бом-бом! Бом-бом!

Все молчат. 

ПОПАДЬЯ. (смеясь) Что там делать красавцу такому?

МАРИНА осматривает распрямившиеся и даже кажется подросшие крылья.

МАРИНА. Омыла – забирай петуха своего. С крыльями что будешь делать?
ЛЮБА. Опадут скоро.

ЛЮБА расталкивает МУЖИКА. 

ЛЮБА. Вставай. Выспался уже. На том свете.
МУЖИК. Куда спешишь? Все там будем.
ЛЮБА. Меня только на сутки оформили. И крылья твои засыхать начинают.
МУЖИК. Успеется.
ЛЮБА. От меня фанаты видео ждут, понимаешь? Ты же для них суперхиро будешь. Лайки там, популярность.
МУЖИК. Они тоже там будут. Никого не минует чаша сия. (ПОПАДЬЕ) Правильно говорю, а?
ЛЮБА.  Недавно ты по-другому пел!

МУЖИКУ надоедают ЛЮБИНЫ приставания, он поднимается с постели.

МУЖИК. Всё, собирайся – поехали!
ЛЮБА. Наконец-то.
МУЖИК. В Москву поехали.
ЛЮБА. (возмущенно) Какая Москва? А договор? Я тебя омыла, теперь твоя очередь. Крылья работают?

МУЖИК машет крыльями за спиной. ЖЕНЩИНЫ охают, их чуть не сдувает.

ЛЮБА. Ты обещал.
МУЖИК. Небо в алмазах. Думаешь, я хочу туда возвращаться?
ЛЮБА. Ты чего? Наш договор, между прочим, на небесах подписан. Я тебе обеспечиваю возвращение, ты мне – трип по загробью. Все по-честному.
МУЖИК. Разбежалась. Я не такой дурак. Чтобы опять в это пекло.

ЛЮБА включает камеру. 

ЛЮБА. Нет?
МУЖИК. Нет.

ЛЮБА пристально смотрит на МУЖИКа.

Понимаешь, мне шанс дали. Шанс. Перестать быть свиньей. Пожить, наконец, по-человечески. До этого… Суда.
ЛЮБА. Ты охренел? Ты думаешь – всё, спасся? Да я ради этого от Жорика отказалась! Ты понимаешь? От Жорки своего!
МУЖИК. Ну и дура.
ЛЮБА. Ты еще вообще не свободен! Ты мне должен. А если не выполняешь обещания, то как ты можешь по-новому? Ничего у тебя тогда не получится! Никакая твоя новая счастливая жизнь!

МУЖИК молчит, потом встает с кровати. 

МУЖИК. Широкоугольник сняла?
ЛЮБА. Ага.
МУЖИК. Молодец. И технику безопасности соблюдай. Всегда. У меня оргазм как писк. Тонкий и недолгий. А времени хватило. Доводить гораздо интереснее, чем доводиться. Завести тебя?
ЛЮБА. Мы уже договорились, куда вы меня заведете.
МУЖИК. Недолгий, а все-таки хватило. Знаешь, сначала так по животу сладостно ударили, я на стуле сидел, а баба на мне. (изображает) И вот ударили, тело у меня выгнулось. Оно вообще своей жизнью тогда жить начинает. Тело выгнулось, голова вверх потянулась, ноги вытянулись. И я прямо головой прямо под электропилу. Она рядом стояла, а я, балбес, пренебрег техникой этой. Безопасности. Нелепая смерть.
ЛЮБА. Ага, смешная.
МУЖИК. Это только со стороны глупая, а если знать – то только такая у меня и может быть. Тихо!

МУЖИК падает на пол.

МУЖИК. Лежу, баба голая вокруг прыгает. Знаю, что все. Я - Земля, прием, прием. Я - Земля, прием, прием, Воздух. А из меня (показывает на живот и рукой изображает скрюченный росток, его постоянно трясет как в лихорадке) прямо отсюда кактус растет, иголками изнутри колет.
ЛЮБА. Жееесть.
МУЖИК. И разрывает изнутри, аж ткани трещат и лопаются. Когда скорая приехала, уже все раскрылось, и я выпрыгнул оттуда, как головастик. (нежно ЛЮБЕ) Иди ко мне.

ЛЮБА не подходит, стоит в стороне.

МУЖИК. Я не хотел с телом оставаться. К Светке полетел сразу. Посмотреть, с кем она вечер проводит. Я от нее полгода как ушел, а она все равно занозой вот здесь свербила. Присел у нее на шкафу – порассматривал. А она ничего, сидела – ногти красила. Разноцветными какими-то лаками. Одна. Я ей сразу все простил – и скандалы, и измены.
ЛЮБА. Ну и глупо. Такое не прощают.
МУЖИК. Прощают. Просто ты маленькая. Не умирала еще. Иди сюда. Сделаем, как ты хотела.
ЛЮБА. (делает шаг вперед) Имейте в виду – я снимаю. Каждый кадр будет задействован против вас.

ЛЮБА подходит, садится рядом с МУЖИКОМ. МУЖИК ее нежно обнимает, поглаживает по шее. 

МУЖИК. Страшно?
ЛЮБА. Немного.
МУЖИК. Ты теплая. Мягкая.
ВАЛЕНТИНА. Ниче, что мы здесь?
ПОПАДЬЯ. Может, не сейчас.
МАРИНА. Мы выйдем хотя бы.
МУЖИК. Только сейчас. Только сейчас.

МУЖИК и ЛЮБА в его руках неожиданно подпрыгивают и поднимаются куда-то вверх. Крылья хлопают. ЖЕНЩИНЫ визжат, их сносит ветром. ЛЮБА кричит.

ЛЮБА. Мамочка!



СЦЕНА 3. ПОЛЕТ

МУЖИК и ЛЮБА летят. Фоном идут радужные краски. 

МУЖИК. Летим как ракета через стратосферу.
ЛЮБА. У меня эта, акрофобия! Высоты боюсь. На самолетах не летаю и по крышам не лазаю.

ЛЮБА зажмуривает глаза. МУЖИК забирает у ЛЮБЫ камеру. 

МУЖИК. Уронишь еще! Держись крепче.
ЛЮБА. Меркурий раз, Венера два, три Земля, четыре Марс, пять - Юпитер, шесть - Сатурн, семь - Уран, восьмой - Нептун. Дальше - девять - всех Плутон, кто не видит, выйди вон. Я же не умру? Все-таки это не входит в мои планы. Я маленькая еще!
МУЖИК. Думаешь, мне не страшно, маленькая? Летишь так, летишь, бесконечно долго, крылышками перебираешь, то зажмуришься, то посмотришь глазком. А они все мелькают и мелькают. И я вдруг понял: они так долго мелькают, чтобы я привык.
ЛЮБА. (приоткрывает один глаз) Луну пролетели?
МУЖИК. Как только привык, так и прилетел.
ЛЮБА. Хочу, чтоб закончилось.
МУЖИК. Привыкай быстрее - перейдем на следующий уровень!

На экране сзади мигает – LEVEL, LEVEL.

ЛЮБА. К такому не привыкают!
МУЖИК. Глаза, говорю, открой.
ЛЮБА. Я не могу, понимаете? Могу только через глазок камеры. Я только так с ней общаюсь, с жизнью этой! А вы хотите, чтобы я на потустороннюю в упор смотрела.
МУЖИК. Ограничиваешь себя объективами.

МУЖИК приставляет к глазу Любы глазок камеры.

МУЖИК. Все, открывай правый. Правый, говорю, открывай.

ЛЮБА смотрит в камеру. 

ЛЮБА. Голова кружится.
МУЖИК. Левый теперь, левый, и не расслабляться.
ЛЮБА. А и правда красииииво.

МУЖИК резко убирает камеру от ЛЮБЫ. 

ЛЮБА. Ай!



СЦЕНА 4. РАЙ.

Фоном сзади LEVEL

 РАЙ. Радуга закончилась. Резкий свет. ЛЮБА и МУЖИК опускаются на пол. Хруст снега. 

МУЖИК. У бабки моей в деревне так хрустел снег, когда я ночью к туалету выходил. Надевал ее валенки безразмерные на босу ногу и скрипел. Один раз валенок с ноги свалился и в дыру угодил. Бабка мне тогда ведро поставила. Чтоб по ночам не шастал.
ЛЮБА. В Индии на берегу океана песок хрустит как снег. Когда опускаюсь в волны, всегда говорю: «Да будет воля твоя». Как будто в волнах прячется воля его.
МУЖИК. Никогда на море не был.
ЛЮБА. Прямо никогда-никогда?
МУЖИК. У меня диван стоял у окна, я ложился на него после работы и меня качало из стороны в сторону, как на лодке. А я в окно на небо смотрел и мне достаточно.

МУЖИК качает камерой. Звук шлепающей о борта лодки воды. Сзади фоном на экране видео бесконечного песчаного солнечного берега.

МУЖИК. Чувствуешь, как качает?
ЛЮБА. (расслабленно) Ага. Я всегда мечтала, когда вырасту, то отправлюсь в кругосветку. На яхте. На целый год. Буду утро встречать плеском воды о борт, чаек еще кормить, дельфинам рукой махать, и пугаться акул. И мир такой хороший, и небо чистое. Всегда.

МУЖИК лежит отрешенный. На экране - видео песчаного берега появляется жук, он подлетает к камере ЛЮБЫ, разрастается в размерах до огромной черной точки, загораживая собой весь экран.

ЛЮБА. Ой, насекомое. Прямо в объектив.

ЛЮБА смахивает жука, он опять летает небольшой точкой до тех пор, пока не увеличивается в размерах и вновь тыкается в экран.

ЛЮБА. Ну что за противный!

Жук снова попадает в объектив, но на этот раз из черной точки превращается в ЖОРУ на видеоэкране. ЖОРА сидит на песке, завернутый в цветной платок, из которого выглядывает голое тело.

ЛЮБА. (радостно) Жора!
ЖОРА. Аккуратно. Камеру не тряси. Я в ней.
ЛЮБА. Хорошо. Не волнуйся. Я снимаю, и транслирую прямо онлайн.
ЖОРА. Молодец. За лайками не забывай следить.
ЛЮБА. Точно! Чуть не забыла, прикинь? Это все волнение. Жорка! Их уже двести тысяч! Точнее, двести тысяч девятьсот шестьдесят два! Это же рекорд!
ЖОРА. Это успех.
ЛЮБА. Жорка! Ты только вдумайся – я черт-те где снимаю онлайн, и ты рядом, за нами следят, и мы популярны!  
ЖОРА. Поздравляю.
ЛЮБА. Это же рай, Жора!
ЖОРА. Ну да, дорогая, добро пожаловать в рай.
ЛЮБА. Так, Жора, меня вот что интересует- ты ж здесь уже бывалый. Так вот как тут? Как тут все устроено?
ЖОРА. Ну как? Как? Тебе сейчас хорошо?
ЛЮБА. Очень.
ЖОРА. Ну вот. Это и есть твой персональный рай. А спутник твой (показывает на МУЖИКА) его не видит. Он сейчас на диване и Светка на нем.
ЛЮБА. Диван! Это так скучно! Правда, Жор? У меня тут чего только нет – и пальмы, и песок, и даже индусы, и море, и яхта, и куча-куча лайков. Их уже двести тысяч! Это ж невероятно круто! Правда, Жор? И на море прилив.
ЖОРА. У тебя сейчас прилив дофамина.
ЛЮБА. Ага, наверное. Жор, а Жор, а ты Его видел?
ЖОРА. Кого?
ЛЮБА. Самого.
ЖОРА. Его? Видел.
ЛЮБА. Круууто!
ЖОРА. Тоже хочешь?
ЛЮБА. А ты можешь?
ЖОРА. Постараюсь. Вопросы готовь.

ЖОРА вновь превращается в черную точку – жука и исчезает. 

ЛЮБА.(говорит на камеру) О Боже! О Боже! Так, камера работает. Может быть, сейчас я увижу самого, понимаете? И что я должна Ему сказать? Грехи свои перечислить? Про  грехи мои Он и так все знает… Даже лучше меня. Надо Его просто поблагодарить. А за что? За то, что Конец Света организовал? Так быстро и неминуемо? За это благодарят?

Вновь появляется жук, который постепенно превращается в ЖОРУ, на дальнем плане размытая фигура.

ЖОРА. Вон Он.
ЛЮБА. Клёво! А можно с Ним селфи?

ЖОРА кивает, ЛЮБА спешно делает несколько снимков себя на фоне ЕГО.

ЖОРА. Всё?
ЛЮБА. Еще вопрос. Я где окажусь – в аду или в раю?
ЖОРА. Это преждевременно. 
ЛЮБА. Всех еще вот что волнует - когда же он окончательно случится, этот апокалипсис?
ЖОРА. Когда все вернутся с небес на Землю.
ЛЮБА. И ты?
ЖОРА. И я.
ЛЮБА. А почему тебя не возвращали?
ЖОРА. А я никуда не тороплюсь. Что я там не видел? Сам отказался.
ЛЮБА. А я? Я же там.
ЖОРА. Чем раньше я вернусь, тем раньше наступит конец. Оттягиваю момент.
ЛЮБА. А мама?
ЖОРА. (задумался) Как мама?
ЛЮБА. Ей дату операции назначили, а она не захотела. Когда ты спрыгнул, я собрала деньги. У нас с тобой просмотры просто зашкаливали! А она отдала их каким-то больным.

ЖОРА приподнимается, он уже не спокоен.

ЖОРА. Почему ты её не уговорила?
ЛЮБА. Я уговаривала, Жор. Она думает, что так быстрее с тобой увидится.
ЖОРА. Ни к чему ей сюда. Скажи, я приказал – пусть лечится.
ЛЮБА. Денег все-равно уже нет. 
ЖОРА. Будут. Вернешься отсюда – ролики смонтируешь и будут. Поняла?

ЛЮБА кивает.

Главное - следи за лайками и хорошенько прячь карты.
ЛЮБА. Какие карты?
ЖОРА. Карты памяти.  
ЛЮБА. Хорошо. А твой рай – он какой?
ЖОРА. Вот такой. Ты приехала ко мне. Вот я и словил рай.

ЖОРА превращается в жука и улетает. Вскакивает МУЖИК.

МУЖИК. Когда попал сюда, решил, что рай и есть конечный пункт назначения.
ЛЮБА. А разве нет?
МУЖИК. На третью ночь после смерти вернулся к Светке. Заскучал мочи нет. А она спит. Свернулась в комочек, как будто обидел ее кто. Да не кто. Это ж я ее обидел. Это я удочки свернул и умер. Оставил ее одну. Я пробрался в самое Светкино нутро, думал свернуться там тихим ребенком и спрятаться от смерти. А Светка сразу проснулась. Проснулась и как закричит. Я испугался, что меня сдует вместе с криком. Вцепился покрепче за ее кишки. А она скрючилась совсем и молит меня – уходи, Сережа, уходи. Вот тогда мне страшно стало. И знаю, что больно ей делаю, а оторваться сил нет. Крепко держу, а впереди только синь холодная. А Светка теплая, живая, единственный мой спасительный круг. Буду, надеялся, вокруг нее лодочкой безмятежно плавать. Вот и будет мне счастье. А она орет: «Больно, больно! Уходи!» А от меня комочек только и остался, что вокруг нее скукожился. И что? И что мне с этой болью Светкиной делать? Не сможет она так жить – со мной внутри. Оторвался.



СЦЕНА 5. АД

Грохот. Камера падает. ЛЮБА поднимает ее. Фоном LEVEL
 АД. На видеоэкране – кадры белого кафеля.


ЛЮБА. Блин! Стекло треснуло.

ЛЮБА садится на пол, рассматривает камеру. МУЖИК садится рядом. Через весь видеоэкран проходит трещина. 

МУЖИК. Помнишь, я тебе рассказывал, как погибла моя собака?
ЛЮБА. Не помню.
МУЖИК. Ну как же так? Мне одиннадцать было. Машина задавила. Проехалась прямо по ней. А я за «Зенитом» побежал.
ЛЮБА. Зенит? Это что?
МУЖИК. (показывает наверх) Зенит – это наивысшая точка небесной сферы.

ЛЮБА смотрит наверх. 

А еще это фотоаппарат моего детства, дурочка маленькая. Я ее сфотографировать решил. Она два года у меня жила, это ж вся моя сознательная жизнь. Как сестра мне что ли. Была. А фотографий не было. Ну вот я и решил. На память.

МУЖИК выхватывает камеру у ЛЮБЫ и показывает, как фотографировал собаку. 

Проявлял в ванной. Ставил красный свет специальный. И перемахивал снимки из лохани в лохань пластиковую, а потом в ванную. Моя собака… ее кишки плавали там в холодной воде рядом с другими фотографиями, рядом с мамой и папой и со мной. И мы на тех снимках все улыбались… И язык, я зачем-то снял крупно ее язык. Она за час до смерти лизала мой нос этим языком.
ЛЮБА. Жесть.
МУЖИК. Я тогда вылавливал эти мокрые снимки и плакал. Мне казалось, что я самый несчастный человек в мире. А теперь из меня самого как будто кишки вытащили. И это ты сделала.
ЛЮБА. Я?
МУЖИК. Почему ты за мной не приехала?
ЛЮБА. Я?
МУЖИК. Ты. Я тебя ждал. Я только тут понял - ты нужна мне.
ЛЮБА. Я приехала.
МУЖИК. Светка, Светка, топотуныш мой. Ножками по полу шлеп-шлеп всегда из ванной, и следочек тянется. Так и не научил я тебя, дурочку, полотенцем пользоваться. Непослушная ты, Светка, была.
ЛЮБА. Я Люба.
МУЖИК. Была. И осталась. Я же просил тебя. Просил вернуться. И где ты, Светка? Ногти красишь. А меня чужая баба отмыла. Спросишь, как выглядит – хрен вспомню. Помню только, что все за камеру хваталась.
ЛЮБА. Это вы про меня?
МУЖИК. Знаешь, сколько у меня их было? Чужих? И сам не помню. Что-то все хотели… Вспомнил. Они всегда одного хотят.
ЛЮБА. Чего?
МУЖИК. Накормить и потрахаться, конечно. А тебя, Светка, я сам хотел кормить и трахать. Ты, Светка, на мартышку похожа. Особенно, когда улыбаешься. Ну вылитая мартышка. Глазами хлоп-хлоп. Ну как такую не накормить.
ЛЮБА. Ха!
МУЖИК. Помнишь, я пришел к тебе за месяц до смерти? Зачем – и сам не знаю. Ты смотрела на меня тогда глазами-плошками. Будто кто-то вычерпал всю глубину твоих глаз. В них только я отражался, бестолковый такой. И нос мой кривой. Не знал, куда руки деть. А сама ты совсем не отражалась. Только смотрела на меня уже как на мертвого. Я понял – я для тебя уже тогда сдох.
ЛЮБА. Ой.
МУЖИК. Ад – это не когда черти с углями. Ад – это когда тебя не ждут больше.
ЛЮБА. Я Жорика тоже не ждала. Я уверена была – он вернется скоро совсем. Я знала, что мне надо ехать за ним, только все время тянула время… Фанаты там, съемки, ролики новые, рейтинги надо ловить. Мне кажется, ты сначала обиделся и потом отвык от меня. Жора, Жора! У меня на телефоне до сих пор твой номер. Мне все кажется, что нажму на него и ответишь. Приедешь, примчишься, прибежишь.
МУЖИК. Приеду, примчусь, прибегу.
ЛЮБА.  (усмехается) Ага, толстый Жорик мчится на всех парах. Та еще картина. Я номер твой не сотру. Рука не поднимется. Понимаешь?

МУЖИК кивает. 

Жизнь такая сложная штука. И теперь мне ее без тебя жить. Думаешь, без тебя не страшно?
МУЖИК. Могла приехать раньше.
ЛЮБА. Ты не захотел возвращаться.
МУЖИК. Променяла меня.
ЛЮБА. Жорка, ты всегда говорил, что для тебя нет ничего круче, чем когда мы с тобой новый рекорд по лайкам устанавливаем. А этот мужик, он такое обещал. Это же бомба.  Путешествие по загробью. На весь мир прославимся. Ты же сам ради этого все на карту поставил.
МУЖИК. Главное – копи лайки и береги карту.
ЛЮБА. Камера треснула, Жорик. Но их все равно очень много. Четыреста пятьдесят тысяч. Что может быть интереснее, чем глядеть в чужой ад.
МУЖИК. Следи за лайками и спрячь карту памяти. Не дай умереть маме.
ЛЮБА. Жорка, Жорка… Ты сам так хотел. Это ж ты всегда меня теребил, чтобы снимала. Ты кричал – не останавливайся, Люба! Давай, баба Люба, давай! Не так, что ли?

МУЖИК отбирает камеру, вытаскивает из нее карту памяти и прячет в лифчике ЛЮБЫ.  

ЛЮБА. Я сейчас поняла. Без тебя не было бы ЛЮБЫ ЭЛОТ. А была бы просто прыщавая девочка Люба. Мне кажется, что я твое создание.
МУЖИК. Понимаешь, топотуныш, я мир познавал через женщин. И новая всегда была новой страницей. Я делал тебе больно и знал об этом. Это была твоя боль, я осознанно вводил ее в тебя.  
ЛЮБА. Я и сейчас играю по твоим правилам. Еду сюда, снимаю, ногти ломаю, мою чужих голых мужиков, даю им обнимать себя. Ведь это твоя воля, Жорик! Твоя последняя воля! Так что не надо! Не надо мне накручивать чувство вины!
МУЖИК. И глаза твои плошками… Я знаю, я заслужил. Но я заново хочу. Понимаешь? Молодым, красивым, чистым.
ЛЮБА. Ага. Худым, стройным, грациозным.
МУЖИК. Я вернусь и начнем сначала.
ЛЮБА. Когда ты вернешься, Жорик, наступит апокалипсис. Так что не возвращайся как можно дольше.

Обнимаются и начинают танцевать медленный танец.

ЛЮБА. Ты сделал нечестный ход. Запрещенный. Ты умер.
МУЖИК. А ты осталась. Ты выиграла.
ЛЮБА. Я просто потянула время.
МУЖИК. Ад – это когда чувствуешь вину, а исправить уже не можешь.
ЛЮБА. Ад – это когда вина, как огромный вантуз, накрывает тебя и начинает колбасить вверх-вниз, вверх-вниз, а слив все-равно не работает и засор не уходит.  

МУЖИК и ЛЮБА начинают трястись. Похоже на танец эпилептика.



СЦЕНА 6. НОМЕР ГОСТИНИЦЫ

ВАЛЕНТИНА, МАРИНА, ПОПАДЬЯ следят по скайпу за дергающимися МУЖИКОМ и ЛЮБОЙ. 

МАРИНА. Они уже третий час трясутся.
ВАЛЕНТИНА. Ой, что делается-то.
МАРИНА. Это же ад какой-то.
ПОПАДЬЯ. А это и есть ад.
ВАЛЕНТИНА. Такая молоденькая.
МАРИНА. Я туда ни ногой.
ПОПАДЬЯ. А мы туда не попадем.
МАРИНА. Делать-то что?
ПОПАДЬЯ. Что делать? Молиться.

ПОПАДЬЯ склоняет голову, начинает бормотать себе под нос. МАРИНА и ВАЛЕНТИНА смотрят на нее вопросительно, ждут. ПОПАДЬЯ молится. 

МАРИНА. (Валентине) Думаете, поможет?
ВАЛЕНТИНА. Должно. Она ж святая почти.
МАРИНА. Думаете?

ПОПАДЬЯ молится. 

МАРИНА. Не могу я на это смотреть больше.
ВАЛЕНТИНА. Понесло же девку.
МАРИНА. Я решила. Выход один.
ВАЛЕНТИНА. Что такое?
МАРИНА. Нужно обратиться к руководству.
ВАЛЕНТИНА. Ой-ей.
МАРИНА. Я иду. Вы?
ВАЛЕНТИНА. Куда ж еще.

МАРИНА и ВАЛЕНТИНА уходят. ПОПАДЬЯ продолжает молиться. На экране МУЖИК и ЛЮБА резко прекращают дергаться и падают на пол. ПОПАДЬЯ продолжает молиться. На экране ЧИНОВНИК 1 и ЧИНОВНИК 2 уводят МУЖИКа. ЛЮБА исчезает с экрана. Одновременно падает в слизи, как когда-то МУЖИК, рядом с ПОПАДЬЕЙ. ПОПАДЬЯ начинает отмывать ЛЮБУ.




ДЕЙСТВИЕ 3


СЦЕНА 1. НОМЕР ГОСТИНИЦЫ

В холле МАРИНА, ВАЛЕНТИНА, ПОПАДЬЯ, ЛЮБА стоят навытяжку перед ЧИНОВНИКОМ 1 и ЧИНОВНИКОМ 2.

ЧИНОВНИК 1. В связи с нарушением режима работы нашего учреждения
ЧИНОВНИК 2. А именно в связи с использованием записывающих устройств и электронных носителей.
ЧИНОВНИК 1. Напоминаю, что это категорически запрещено в стенах данного учреждения
ЧИНОВНИК 2. В связи с использованием записывающих устройств и электронных носителей
ЧИНОВНИК 1. А именно ручной камеры формата Эйч-Ди, ноутбука, программы, которая передает видеоизображение.
ЧИНОВНИК 2. В связи с нарушением регламента работы данного учреждения
ЧИНОВНИК 1. Постановляем
ЧИНОВНИК 2. Постановляем
ЧИНОВНИК 1. Установить санитарный режим в данном учреждении.
ЧИНОВНИК 2. В связи с чем запрещается находиться в состоянии ожидания в данном учреждении и пользоваться опцией «есть контакт» в данном учреждении.
ЧИНОВНИК 1. В связи с этим постановляется покинуть данное учреждение в течение суток. Все ожидаемые контакты будут аннулированы.
ЧИНОВНИК 2. Вопрос о пересмотре дел рассматриваться не будет.
ЧИНОВНИК 1. Санитарный режим растянется на неопределенное время.
ЧИНОВНИК 2. Карантин.

ЧИНОВНИК 1 и ЧИНОВНИК 2 уходят. 

ВАЛЕНТИНА. Не поняла. Это что ж делается?
МАРИНА. А то и делается. Домой не солоно хлебавши.

ВАЛЕНТИНА и МАРИНА смотрят на ЛЮБУ. ПОПАДЬЯ начинает собирать вещи.

ВАЛЕНТИНА. Доигралась?
МАРИНА. Спасибо тебе, Люба Элот.
ЛЮБА. У меня камера треснула и ноутбук отобрали. И флешки. Три штуки было…
МАРИНА. Она еще флешки подсчитывает.
ПОПАДЬЯ. Вы не видели мою сумку? На колесиках.

ВАЛЕНТИНА садится на кровать, причитает.

ВАЛЕНТИНА. И как я ни с чем вернусь? Как сыну в глаза посмотрю? Костик в тюрьме будет гнить, а дурак этот старый на небесах прохлаждаться? Тот, как напьется, ох и злющий становился. Лез с кулачищами. Костик не выдержал да и…
МАРИНА. Ой.
ВАЛЕНТИНА. Я ж вернуть его хотела только ради Костика хотела. Чтоб свидетельствовал, кто прав, а кто виноват.
МАРИНА. Скажите спасибо нашей Любе.
ВАЛЕНТИНА. Он же теперь до самого Конца сидеть будет.
МАРИНА. А я на улицу жить пойду. У меня же всё, всё отобрали. Пашичка умер, так детки его и бывшие его пришли. «Выметайся, - говорят, - из нашей квартиры». А идти мне некуда. Ничего не накопила, ничего не купила. Всё псу под хвост. А, Люба?
ЛЮБА. Я-то при чем?
МАРИНА. Еще спрашивает. Вернулся бы Пашик – переписал бы завещание. 
ПОПАДЬЯ. Ко мне переезжайте. Я теперь одна.  
МАРИНА. Это туда, где волки по ночам воют? А что? И приеду! Будем с волками дружить. Всё-равно, что с людьми. А, Люба?
ЛЮБА. Я ТАМ Жору видела. Он не спешит возвращаться. Говорит, Конец Света начнется, когда все вернутся. И Жора будет стоять до последнего. Охранять рубежи.
ПОПАДЬЯ. Хорошо ему там?
ЛЮБА. Вроде.
ПОПАДЬЯ. Рада за него.
ЛЮБА. Он мне дал один важный совет. И был прав.

ЛЮБА вытаскивает из лифчика карту памяти.

ЛЮБА. Та-дам! Вот оно – мое путешествие. В целости и сохранности. Я его подмонтирую и это будет бомба! Там даже ОН есть!
ВАЛЕНТИНА. Он?
ПОПАДЬЯ. Он?
ЛЮБА. Я с НИМ селфи сделала. Увидите.

Все ошеломленно молчат.

МАРИНА. Вот я и говорю – давайте выпьем за Любу и ее предприимчивость. У Паши тут еще пол-бутылки осталось.

МАРИНА наливает коньяк в рюмку, протягивает ЛЮБЕ.

ЛЮБА. Что? И мне?
МАРИНА. Ты хитренькая деточка. Хитреньким можно.

МАРИНА наливает и ВАЛЕНТИНЕ и ПОПАДЬЕ. Протягивает ПОПАДЬЕ. 

ПОПАДЬЯ. (берет стакан) Была ни была. Бросил меня батюшка.  
МАРИНА. К черту наши проблемы! За тебя, Любаш. Ты молодая, красивая, энергичная. Тебя ждет большое будущее.

Все чокаются. 

ПОПАДЬЯ. Будущее до Конца Света. Не забывай.
ЛЮБА. А я и не забываю. Я это очень хорошо помню. У меня на подкорке это записано. Когда апокалипсис объявили, мне четырнадцать было. Четырнадцать! Понимаете? На улице весна, лежишь на кровати, окна настежь и в груди гуляет ветер, продувает ее насквозь, как будто это птичья клетка, и колибри вместо сердца. Колибри цветная. А тебе приговор выносят. Собирай вещи, выходи. Это как сообщить, что у тебя рак и осталось максимум год. Никакой разницы! Понимаете?
МАРИНА. Понимаю. Выпьем еще?
ЛЮБА. Первый раз коньяк пью.

МАРИНА наливает, ЛЮБА выпивает. 

ЛЮБА. И вот сначала горло перехватывает, сдавливает так. И дышать нечем. А потом выходишь на улицу, как будто ты уже наполовину мертвый. Ты из триллера, когда зомби тебя уже укусил и инфицировал. Думаешь: «Вот еще минута, и я уже не я». А минута проходит. Еще и еще. И ты дышишь, и опять дышишь, и опять. Наше поколение вообще уникальное, вам этого не понять.
МАРИНА. Понимаю.

МАРИНА протягивает ЛЮБЕ полную рюмку, ЛЮБА выпивает.

ЛЮБА. Наше поколение умеет ценить каждый миг, каждую секунду. Нам нельзя ничего откладывать, потому что у нас нет завтра.
МАРИНА. Ну еще бы.

ЛЮБА пьет еще. 

ЛЮБА. У нас только здесь и сейчас. И я думаю, это круто. Потому что я всё, всё положила, чтобы хоть как-то зафиксироваться в этом коротком отрезке. Я приеду – и все скажут – это она, Люба Элот – та, которая показала нам загробье!
МАРИНА. За тебя! За то, что умеешь достигать цели. Да, Валь?
ВАЛЕНТИНА. За тебя, Люб. Умеешь же.

Пьют. 



СЦЕНА 2. НОМЕР ГОСТИНИЦЫ

Полумрак. ЛЮБА спит, МАРИНА и ВАЛЕНТИНА рядом с ней. МАРИНА всматривается в лицо Любы. 

ВАЛЕНТИНА. Ухрюкалась звезда наша. Спит, как мертвая.
МАРИНА. Не могу что-то.
ВАЛЕНТИНА. Я могу.

ВАЛЕНТИНА наклоняется над ЛЮБОЙ и вытаскивает карту памяти.

ВАЛЕНТИНА. Вот и всё.

МАРИНА забирает карту. 

МАРИНА. Пополам её. И совсем всё.

ПОПАДЬЯ просыпается.

ПОПАДЬЯ. Что вы делаете?
ВАЛЕНТИНА. Всё хорошо, матушка. Не спится нам.
ПОПАДЬЯ. Пили-пили, а всё равно не спится.

МАРИНА пытается разломить карту памяти, но ничего не выходит.

МАРИНА. Жесткая какая.
ВАЛЕНТИНА. Упертая как хозяйка.
МАРИНА. Маленькая просто.

Появляется ПАША.

ПАША. Марина.

МАРИНА оборачивается, видит ПАШУ. За спиной у ПАШИ трепещутся крылья.

МАРИНА. Паша?
ПАША. Я это, я.
МАРИНА. Пашичка, ты откуда же? Как же так, Пашичка?
ПАША. Не надо только этих нервов, я тебя умоляю.
МАРИНА. Пашичка, милый, я же и не думала уже. Ехала сюда, думала, хоть бы одним глазком увидеть. А потом, ты знаешь, такая история… Отправилась одна тут у нас в загробье, и нам карантин влепили.
ПАША. Марин, ну я же просил. Я что, пришёл причитания твои слушать? Вытри слёзы.
МАРИНА. Конечно, слёзы. А что ещё? Соскучилась – страсть. Хожу по дому, всё жду, что ты из соседней комнаты откликнешься. Брожу-брожу, а никого и нигде. А скоро и бродить негде будет. Выгоняют меня дети твои.
ПАША. Ну всё. Всё. Дело есть.
МАРИНА. Какое дело?
ПАША. Иди за моей мыслью.
МАРИНА. Хорошо.
ПАША. Кухня.
МАРИНА. Ага.
ПАША. Верхний ящик справа от двери.
МАРИНА. Ага.
ПАША. Открываешь. В левом углу сверху две бутылки лежат. Темные такие. С кривым горлышком.
МАРИНА. И?
ПАША. Я тебе их никогда трогать не разрешал. Вино там дорогое плещется.
МАРИНА. Помню.
ПАША. Так вот в одной и правда плещется, а в другой – не вино.
МАРИНА. А что?
ПАША. Не перебивай. Разбивай ее аккуратно. Документы там на квартиру с рейками. Я ее на тебя оформил.
МАРИНА. Пашик, ты прямо как джинн из сказки.
ПАША. Всё, я пошёл.
МАРИНА. А поцеловаться?
ПАША. У нас там не принято. Отвык я.

ПАША уходит. 

МАРИНА. Не человек, золото.
ВАЛЕНТИНА. Дай мне карту.

МАРИНА протягивает ВАЛЕНТИНЕ карту памяти. ВАЛЕНТИНА пытается ее сломать.

ВАЛЕНТИНА. Жесткая.

Входит ПЕТР ФЕДОРЫЧ с крыльями за спиной.

ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Валь, а, Валь.
ВАЛЕНТИНА. Мой.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Твой.
ВАЛЕНТИНА. А мы выпили всё. Я б тебе налила.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. (машет рукой) Да погоди, Валь. Дело у меня к тебе.
ВАЛЕНТИНА. И у меня к тебе. Собирайся – в суд поедем.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Не могу.
ВАЛЕНТИНА. А ребенка под суд – это ты можешь? Сам на небесах прохлаждаешься, а родную кровиночку не пожалел.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Это он меня не пожалел.
ВАЛЕНТИНА. Изверг.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Погоди. Лучше камеру у девки возьми.
ВАЛЕНТИНА. Это еще зачем? Еще я камерой этой не снимала.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Дура ты, как была, так и осталась. Бери пример с этой вашей блогерши. Меня сними – я показания дам.
ВАЛЕНТИНА. А камеру-то отняли.
ПОПАДЬЯ. У меня есть. Не айфон, но снимает.

ПОПАДЬЯ дает телефон ВАЛЕНТИНЕ.  ВАЛЕНТИНА снимает.

ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Снимай. Я, Петр Федорыч, в нетрезвом и непотребном виде напал на супругу свою Валентину с целью убить ее к чертовой матери. Достала меня очень. Сын вступился за супругу и спас ее. Я умер. Прошу освободить сына, он невиновен.

ВАЛЕНТИНА опускает телефон. 

ВАЛЕНТИНА. Значит, и правда, убить хотел.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Мне 18 было, когда к Земле комета Галлея подлетела. Я ее ждал год. Дни отсчитывал. А видеть – не видывал. Нет у нас в деревне телескопа. Сама знаешь.  Когда Галлея улетела, жизнь у меня остановилась. Пока ждал, думал: «Эта Галлея всё в моей жизни перевернет, уеду я из Ивановского, в космонавты подамся». Там в космосе все звезды как на ладони, пригоршней лежат. В рот положишь и захрустишь. Я должен был космонавтом быть. А меня в саперные распределили. Ямы копать. Сначала тонкий слой чернозема снимаешь, а там глина коричневая, жирная, черви кольчатые, их черенком – хрясь-хрясь, они половинками извиваются, под сапоги лезут. А потом песок, проплакавший будто. Комья на лопату налипают, засыхают - не отдерешь. Спину не разогнуть. А должен был космонавтом быть. А потом ты, дети… А в голове всё одно – просрал ты свой космос, Петя. Когда выпьешь – отпустит ненадолго, а потом опять звезды эти бьют по височку капля за каплей – просрал да просрал. Пока не выпьешь.
ВАЛЕНТИНА. Значит, и я зазря?
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Ты ж выполнишь мою просьбу, значит, не зазря.
ВАЛЕНТИНА. Чего?
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Короче, Валь, поставь ты мне на могиле фотографию другую. Такую, чтоб лицо моё было скафандром обрамлено.
ВАЛЕНТИНА. Чего?
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Лицо, говорю, скафандром.
ВАЛЕНТИНА. Где ж я такую фотографию возьму?
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Темнота ты, Валь. Деревенщина как была, так и осталась. Дети тебе весь мозг съели. А ты мне.
ВАЛЕНТИНА. Ну завёлся, завёлся. Воскреснуть не успел, уже завёлся!
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Берешь портрет мой, где я только в армию попал. У меня там брови чернющие и взгляд наглый, а?
ВАЛЕНТИНА. Было такое.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Идёшь в фотошоп, тебе там скафандр и приделают. Всё. Я всё сказал. Целоваться будем?
ВАЛЕНТИНА. У вас там не принято, говорят.
ПЕТР ФЕДОРЫЧ. Так я по памяти.

Целуются. ВАЛЕНТИНИН МУЖ уходит. ПОПАДЬЯ встает. 

ВАЛЕНТИНА. Матушка, давайте и вы.
ПОПАДЬЯ. Зачем?
ВАЛЕНТИНА. Чтоб батюшку увидеть. Ломайте ее.
МАРИНА. Надо просто сделать вид, что ломаешь.

ВАЛЕНТИНА протягивает ПОПАДЬЕ карту памяти. ПОПАДЬЯ начинает ее ломать.

ПОПАДЬЯ. Ой!
ВАЛЕНТИНА. Что такое?
ПОПАДЬЯ. Сломала.
МАРИНА. Не может быть. Она очень твердая.
ПОПАДЬЯ. Твердая, а сломалась. Видно, нет батюшки там. На земле он. Не сдержал слова, покинул меня.
ВАЛЕНТИНА. Дела.
ПОПАДЬЯ. Нет ему веры.
МАРИНА. Как вы говорите? Всё в руках Божьих.
ПОПАДЬЯ. С картой-то что делать? Не знаю, как Любе сообщить.
ВАЛЕНТИНА. А не надо сообщать.
МАРИНА. Не надо. Мне вообще кажется, нам всё это снится.
ВАЛЕНТИНА. Может, и Любина карта нам тоже снится.
МАРИНА. Проснёмся и поймем.

Ложатся спать. 



СЦЕНА 3. НОМЕР ГОСТИНИЦЫ

ЛЮБА просыпается, обнаруживает, что карты памяти нет в ее лифчике. ЛЮБА видит две разломанные половинки на тумбочке ПОПАДЬИ. Подходит к ПОПАДЬЕ, будит ее.

ЛЮБА. Вы? Вы? Неужели вы способны на такое?

ПОПАДЬЯ молчит. ЛЮБА будит МАРИНУ и ВАЛЕНТИНУ.

ЛЮБА. Смотрите, что она сделала. Она же убила меня.
МАРИНА. Любочка, деточка, успокойся. Она же нечаянно.
ЛЮБА. Нечаянно? Разломать эту твердую карту нечаянно? Вы чем ее пилили? А? Где у вас пила? Под подушку запрятали?

ПОПАДЬЯ молча сидит на кровати. Вбегает МУЖИК без крыльев. 

МУЖИК. (Любе) Быстро поехали.
ЛЮБА. Куда?
МУЖИК. В Москву. Отмыла – вези.
ВАЛЕНТИНА. А крылья ?
МУЖИК. (радостно) Отпали. Живой я теперь.
ЛЮБА. Никого я не повезу. Ты мне не нужен. Мне Жора был нужен.
МУЖИК. Ты меня до Москвы добрось, дальше я сам…
ЛЮБА. (злится) Да что я в этой Москве забыла? Видео нет, выкладывать нечего, лайки не соберешь, денег не будет, Жорину маму на операцию не отправлю. Мне лайки нужны, чтобы Жорину маму вылечить.

Все молчат. 

Я же всё на это положила! Понимаете? И Жора – он тоже! Вы же представить не можете. Он специально туда раньше отправился. Спе-ци-аль-но, чтобы я за ним приехала и всё сняла. И забрала. Это был наш проект. А я не забрала и лайки про.
МАРИНА. Как – специально?
ЛЮБА. Следить надо было за моими роликами. «Люба Элот» наберите в поисковике. И всё увидите.
ВАЛЕНТИНА. Отобрали ж эти, ноутбуки.
ЛЮБА. Отобрали… Это красиво, между прочим, было. Я, Жора и камера. И гоу-про - у него на голове. Чтобы удар на ноги пришелся, а гоу-про уцелела. Мы забрались на Москва-сити. Солнце жарило, бликовало по окнам. Жора смелый все-таки. Я бы не смогла. А он сумел. Он герой.
МАРИНА. Что сумел?
ЛЮБА. Прыгнул.
ВАЛЕНТИНА. Самоубийца?
ЛЮБА. Экспериментатор. Идейный вдохновитель. Стартапер. Джампер. Понятно?
ВАЛЕНТИНА. Самоубийца.
ЛЮБА. Вы только ярлыки можете приклеивать. А он, как этот… Александр Матросов.  Жизнь положил. Чтобы показать вам, что нас всех ждет ТАМ. (Попадье) Вы понимаете, что вы его подвиг уничтожили?

ПОПАДЬЯ отворачивается, ей не по себе. Входят ЧИНОВНИКИ.

МУЖИК прячется.

ЧИНОВНИК 1. Скажите, здесь не появлялся мужчина в белой рубахе?

Все молчат.

ЧИНОВНИК 2. Повторяем вопрос – вы не видели мужчину без крыльев, в белой рубахе?

Все молчат.

ЧИНОВНИК 1. Придется прибегнуть к жёстким мерам.
ЧИНОВНИК 2. Мы вынуждены обыскать помещение.
ПОПАДЬЯ. Здесь нет никого, кроме нас.

В комнату вбегают КРЫСЫ и обступают ПОПАДЬЮ. МАРИНА орет, ЛЮБА ойкает и прыгает на кровать, ВАЛЕНТИНА пытается запульнуть в КРЫС сапогом. 

ЧИНОВНИК 1. (Попадье) От вас мы такого не ожидали.
ЧИНОВНИК 2. Мы знаем, что он здесь.
ЛЮБА. Как?
ЧИНОВНИК 1. Когда кто-нибудь лжёт, вбегают крысы. Они предупреждают, что нарушено правило 53. Лгать в нашем учреждении запрещено.
ЧИНОВНИК 2. Мы об этом предупреждаем.
ЧИНОВНИК 1. Не надо играть с нами в прятки.

Из укрытия выходит МУЖИК.

МУЖИК. Здесь я.
ЧИНОВНИК 1. Очень хорошо.
ЧИНОВНИК 2. Светлана Юрьевна ждет вас на выходе.
ЧИНОВНИК 1. Мы дозвонились ей, и она согласилась приехать за вами.
МУЖИК. Это правда?
ЧИНОВНИК 1. Лгать в нашем учреждении запрещено.
ЧИНОВНИК 2. Тот, кто нарушает, остается ни с чем.
МУЖИК. (Любе) Спасибо тебе. Без тебя бы я не выбрался.
ЛЮБА. Да ладно.
ЧИНОВНИК 2. (Женщинам) Через полчаса вы должны покинуть помещение.

МУЖИК и ЧИНОВНИКИ уходят.

МАРИНА. Ну вы, матушка, даете.
ПОПАДЬЯ. Со всех сторон виновата. Люб, ты прости меня. Я соберу деньги для мамы Жоры. В приходе своем попрошу. Дом продам.
МАРИНА. Я тоже продам. Мне теперь есть, что продавать. Выделю, сколько смогу.
ВАЛЕНТИНА. Люб, Костик выйдет – соберем с ним.
ЛЮБА. (растерянно) Да ладно.
ПОПАДЬЯ. Странно мне только, что все мы Конца Света ждем, а ведем себя мелко-мелко так, как лягушечки в луже грязной плещемся, и, кроме лужи своей, ничего замечать не хотим. (Валентине и Марине) Вы зачем девочке мстить решили? Что вам это месть принесла, а?
МАРИНА. А вот принесла. Квартиру мне.
ВАЛЕНТИНА. А мне сына.
ПОПАДЬЯ. Полегчало вам?
ЛЮБА. Почему мстить? Кто сломал-то?
ПОПАДЬЯ. (Любе) А ты? Славы ищешь? А без нее о помощи просить не пробовала?
МАРИНА. А я вообще не верю. Не верю я в этот Конец Света.
ЛЮБА. Да ладно?
МАРИНА. Я атеистка. Верю в науку и в обезьян.
ЛЮБА. В смысле? Что мы все произошли от обезьян?
МАРИНА. Ученые доказали, геном шимпанзе и человека похожи на 99 процентов. Там только одна загогулина. У человека на одну хромосому меньше, чем у обезьян. Потому что у человека две хромосомы слились в одну.
ЛЮБА. Отличаемся на целую хромосому!
МАРИНА. Но остальные 99 процентов, деточка.
ЛЮБА. Может быть, эти две хромосомы слились и образовали то, чего нет у этих горилл.
ВАЛЕНТИНА. А чего это у них нет?
ЛЮБА. Души, души у них нет! (Попадье) Я ведь права?
ПОПАДЬЯ. У животных нет души.
МАРИНА. Пашик говорил, что душа – это фантом. Сочетание клеток, которое возникло благодаря стечению обстоятельств и естественному отбору. Придем и исчезнем через несколько лет. И все. Никаких иллюзий про загробную жизнь.
ПОПАДЬЯ. Смелая вы женщина, Марина.
ЛЮБА. А кого же я ТАМ видела? А?
МАРИНА. А ты вообще ТАМ была? Где доказательства, а?
ЛЮБА. Это видели тысячи людей.
МАРИНА. Только вряд ли кто-то записывал. Не докажешь. (показывает на Попадью) Её вот благодари.
ЛЮБА. Тогда нечего вам было и приезжать сюда. По логике вашей.
МАРИНА. Я понимаю, это глупо и по-ребячески как-то… Надо быть последовательной. Но он лежал тогда в морге в костюме своем сером спокойный. Спал. Просто спал и странно было только одно в этом сне - Пашик не храпел. Я все ждала, что он сейчас захрапит. А он очень громко храпит, поверьте. Так, что я убегала всегда в соседнюю комнату. Бируши не помогали. И вот мне казалось, что в морге это будет совсем громко, там же эхо и эти голые плиты. И я в глубине себя переживала, что вот неудобно же как-то будет – гости пришли солидные, в черном с иголочки, все церемонные, скорбные. Они же никогда не слышали, как Пашик храпит. И тут такое. А потом Пашика в стену задвинули. Так он и не захрапел.

МАРИНА достает бутылку виски.

МАРИНА. А ведь допить надо, раз никто не вернется!
ЛЮБА. Опять?
МАРИНА. Не помешает.

МАРИНА наливает всем, но никто не притрагивается. 

МАРИНА. А потом вижу в морге – стоит…
ВАЛЕНТИНА. Кто? Пашик?
МАРИНА. Какой Пашик? Пашик в стене уже. Она стоит. Его любовь с той квартиры. Ну там, где рейки и ветер. Смотрю – и еще одна стоит. И третья. Стоят. И бывшие его все. Прямо в ряд. Я теперь думаю – они знали про храп его или только я все эти годы мучилась? Вот спал он при них или нет? Так и ехала с этой мыслью сюда. Спросить его хотела.
ВАЛЕНТИНА. Что ж не спросила?
МАРИНА. Не успела. Слишком  быстро явился. И эта щедрость его. И квартира эта, где он с бабами этими… Подарил. Знает же, что жить там не смогу.
ВАЛЕНТИНА. А мой? Он же убить меня всю жизнь мечтал. Как мне теперь это признание в суд нести? Я ж со стыда сгорю.
ПОПАДЬЯ. Батюшка не сдержал обещания.  
МАРИНА. Все хороши. Осталось теперь собаку завести. Собаки, кажется, не храпят. И души у них точно нет.
ЛЮБА. Слушайте, какая собака… Что вам стоит начать заново? Я, может, только сейчас поняла, кого потеряла. Но мы-то живы. Значит, можно сделать новый виток и найти, наконец, подходящих – еще живых. Тех, кто лучше, тех, которые не бухают, не бегают за каждой юбкой и не дают пустых обещаний.
МАРИНА. Тех, говоришь, деточка? Тех?
ЛЮБА. Ну да. Тех, кого надо.

ЛЮБА начинает чокаться. Подходит к каждой и чокается. 

МАРИНА. (чокается) Только тех, деточка, нет.
ВАЛЕНТИНА. (чокается) А и правда, нет.
ПОПАДЬЯ. Тех - нет.
ЛЮБА. Я поняла. Тех-нет. 
СЦЕНА 4. КОМНАТА ОТБОРА.

Большая пустая комната с гулким эхом, вдоль стены стоят стулья, больше ничего. Стулья пустые. Звучит ГОЛОС из ниоткуда. 

ГОЛОС. В ТЕХНЕТ карантин. Возврата нет. В ТЕХНЕТ карантин. Возврата нет. В ТЕХНЕТ карантин. Возврата нет. В ТЕХНЕТ карантин. Возврата нет. В ТЕХНЕТ карантин. Возврата нет.






Родилась в Ульяновске. Закончила факультет культуры и искусства Ульяновского госуниверситета (специальность «журналистика»), заодно – Школу кино и телевидения при АНО «Интерньюс», режиссура игрового и документального кино. Работает на телевидении.



_________
1 | 2






_________________________________________

Об авторе: МАРИЯ ЗАВАДСКАЯ

Родилась в Ульяновске. Закончила факультет культуры и искусства Ульяновского госуниверситета (специальность «журналистика»), заодно – Школу кино и телевидения при АНО «Интерньюс», режиссура игрового и документального кино. Работает на телевидении.скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
238
Опубликовано 02 апр 2018

ВХОД НА САЙТ